Развод. Ошибку не прощают - Хелен Кир

— Какое будущее? — срываю тиски. В обратку закольцовываю хват. — Ты даже женат ни разу не был. Мою ждал? Не пизди! И не нужна она тебе в том понимании. Ты ж её используешь, сучёныш и сольёшь.

— Не тебе судить!

— Как раз мне!

Лбом рассекаю в лепёшку раздолбанный нос. На лицо брызжет горячая струя. В ответ же получаю кислотный удар в грудачину. Сходимся снова, пока кипит злость и бурлит неизрасходованная лава ненависти. Что-то падает, бьётся и ломается. Кругом слышится визг и крик. Но нам наплевать. Пусть всё сгорит в решающей схватке! Насрать на всех.

— Разойдитесь. Растащите их. Мужчины, помогите.

Врезается между нами заполошный голос.

— Я вызвала полицию.

— Охрана!!! Сюда!

Квохчут устроители мероприятия, сетуют на учиненный беспорядок. Но звуки юзом идут, словно отдельным блоком информации воспринимаются. Внезапная сила отрывает от Сэма. Руки летят назад, щелкает холодный металл. Прикладывают мордой в пол в ошметки мебели. Перед глазами топчутся грубые ботинки.

— В участок их оформляйте.

Глава 16

— Отпустите их, пожалуйста. Вышло недоразумение.

Хмурый капитан шумно отпивает чай из керамической кружки. Он настолько суров, что на первый взгляд кажется, что упрашивать бесполезно. Но я не оставляю попыток. Господи, вот позорище. Сэм важная шишка, Андрей не самый последний человек в бизнесе теперь, а что натворили. Дураки! Сколько еще ждать пока представитель Сэма приедет и вытащит ненормальных не знаю. Пробую своими силами, но не очень выходит.

— Знаете какой ущерб нанесли учреждению? — сверкает глазами из-под очков. — Разбиты дорогие стойки. Погибли экзотические растения. Стёкла витражные.

— Все оплатят.

— Гости перепуганы. Нанесен урон репутации.

— Мы принесём извинения публично.

— Вот только не понимаю почему заключённые контракты не аннулировали.

— Они слишком перспективные люди.

— Поэтому учинили уличные разборки.

— Алкоголь. Мужчины не пьют. Просто в этот раз отметили удачные сделки и вот…

— Прям не пьют?

— Вообще впервые увидела со стаканом в руке.

— Небось подшитые.

— Что Вы! Чисты как младенцы.

— Да уж!

На автомате луплю ответами по неоспоримой логике капитана. Не прорезать мужика. Кремень.

Мне некогда расстраиваться из-за ссор с бывшим, тут нужно максимально быстро действовать. Скорее вытащить, закрыть вопросы по разбитой мебели и расстаться друзьями. Свидетелями позора стали немногочисленные люди, в основном персонал был зрителями ужасной схватки Сэма и Андрея. Я совершенно случайно завернула на шум и застыла. Сначала отказывалась верить глазам. Два здоровых мужика месили друг друга не останавливаясь. Кровь, мат и яростный рык сотрясали воздух.

Первый порыв броситься в самую гущу казался самым правильным, но рациональная часть мозга восторжествовала над эмоциями. Смели бы и не заметили. Оставалось, закусив губу, беспомощно наблюдать, как мужики дерутся.

Лишь в тот момент, когда Семён изловчился и начал заламывать Ковалёва, неосознанно закричала.

— Андре-е-й!

Мой крик разрубает воздух. Бывший сбрасывает Сэма и пересекается со мной взглядом. Его, бешено-жгучий, наполненный горько-яростной надеждой вперемешку с перцовой злостью и мой, растерянный и испуганный. Он знает, что значит этот выкрик. Понимает. Ругаю себя за несдержанность, поливаю распоследними словами. Выдала с потрохами, что прячу. Выставилась на обозрение идиотка. Молюсь, чтобы не догадался в пылу, но понимаю, что бесполезно.

Зажимаю рот руками и качаю головой. Андрей делает шаг на встречу. Он полыхает и искрит. Вины в его облике больше не существует. Я будто греховна сама перед ним, будто что-то непоправимое сотворила. Будто не он меня предал, а я его.

Ковалёв выбрасывает руку вперед, кричит, что я променяла его на Семёнова. В ужасе отступаю и почти упускаю момент, когда Сэм подсекает бывшего за ногу и укладывает лицом в пол. Перед глазами плывет картинка… Слёзы.

То есть он сказал, что я с Сэмом якобы. Или может Сэм ему подобное сказал? Не понимаю и не хочу понимать. Они с ума сошли? Я и не думала, я не собиралась с кем бы то ни было связывать свою жизнь. Ни перед кем не оправдываюсь и не собираюсь, но черт побери, неужели мужчины думают, что для женщин все просто? Да они идиоты!

— Вот и материальная претензия пришла, — щелкает мышью. — Ознакомьтесь.

Пока изучаю распечатанный лист, распахивается дверь и входят сразу два представителя. Ясно, защита Ковалёва и Семёнова припожаловали. Быстро же они приехали. Меня вежливо выпроваживают из кабинета. Усаживаюсь на неудобное кресло под дверью. Закутываюсь плотнее в рваный пиджак Сэма.

Я измучена дурацкой поездкой. Кто же знал, что этим все закончится. Больше всего на свете хочу поехать домой, забыть все как страшный сон. Прикрываю глаза, но посидеть в одиночестве не удаётся. Рядом качается кресло. Приторный запах духов врезается в нос.

Сука! Припожаловала.

— Скоро их отпустят?

Разговаривать с ней не хочу. Пребывать в одном помещение противно и мерзко. Я будто в вонючей жиже обмакиваюсь. Морщу нос, отворачиваюсь. Всем видом демонстрирую, чтобы убиралась подальше.

А она наглая-а-а-….

Ведет себя вызывающе и дерзко. Распахиваю глаза. Впервые имею возможность рассмотреть соперницу близко. Ну что ж… Хорошенькая. Отрицать бесполезно. Тонкая звонкая сволочь. Глазки распахнуты, губы пухлые. Все при ней. В открытое декольте выглядывает третий размер, не меньше.

Дева сидит, забросив ногу на ногу. Оттягивает узкий носочек, покачивает им. С нетерпением смотрит на закрытую дверь. Понимаю, не хочет ждать. Вечер, наверное, по-иному планировала закончить. Каждое слово в мозгу отпечаталось, когда в кабине про Андрея говорила. Каждое!

— Не знаю.

— М-м-м, — кивает она. — Я Катя.

— Пф-ф-ф.

Надеюсь, хватит ума расценить моё фырканье. Не думает же, что я рада её видеть?

— Андрей свободен?

— Что-о-о?

— Ты слышала? — не мигая смотрит в упор. — Я спрашиваю, он теперь свободен? Мне это важно.

— Спроси у него!

— Я спрашивала. Слушай, ты не обижайся на меня. Знаю, что у вас всё. Просто вежливость, ок? Ну ты ж понимаешь, что, если бы он прям любил тебя, но на мою задницу не повёлся, — мои глаза расширяются. Я поражаюсь беспардонной наглости идиотки. — Так что давай честно. Раз уж вы разбежались, бахну из всех орудий. Видишь, нормально говорю тебе. Без обид, хорошо?

— Ты дура?!

— Сама ты дура, — кидает в рот пастилку. — Не я. С тобой бесполезно. Посмотри на себя, Ира. Ты корова. Твой размер неприличен. Настоящая женщина должна носить максимум сорок два, а ты? Лошадь! Что вы потом замужние ноете? Муж смотрит в сторону. Вы родили и поплыли. Типа, замужем, жру как хочу. И вот результат. Смотри, что мужикам интересно, — вскакивает и ведет руками по узкой талии. — Вот! А не ваши окорока.