Носитель гена дракона - Лина Леманн

— Необычный случай, но вы, рэнни, сказали правду, — говорит он и встает. — Что же, рэнни, я пропущу вас в Академию, но завтра же жду после занятий в своей лаборатории. Мне нужно провести некоторые опыты.

«Опыты?» — так и читается в глазах Хельги, и меня такой стыд прошибает, который я не чувствовала с тех пор, как разбила мамин любимый флакончик духов.

— Это точно необходимо? — уточняю на всякий случай. Мужчина приподнимает брови.

— Вы что-то скрываете?

— Нет, что вы.

— Хорошо. Где ваши вещи? Я не видел ничего, с чем обычно юные девушки приезжают в общежитие. Как я понял, вы жить собираетесь именно там.

— Да, но… — меня окидывают холодным безразличным взглядом. — Так получилось.

— Ох и намучаюсь я с вами, — верно подмечает декан. — Берите пострадавшую с собой. Стазис продержится еще с пару часов. Я провожу, пока вы опять не влипли в очередную историю.

Подхватываю Хельгу и бегу за деканом: из-за широкого шага он удаляется слишком быстро. Я всерьез беспокоюсь за сердце бедной свекрови, слишком много ее затыкают сегодня. А что со мной потом будет, лучше даже не предполагать.

Охранник провожают нас хмурыми взглядами, намекая, что меня запомнили. Зато ворота добродушно распахиваются перед нами и туман ласково обволакивает наши ноги. Интересно, почему он здесь и не вырывается за пределы территории? Но думать об этом и бежать за широкой спиной, сгибаясь под весом Хельги, очень неудобно. Да и свербит мысль, что я без вещей буду делать и как за ними вернусь, ведь уже смеркается. А главное, когда.

Мы с деканом негласно решаем не мучить друг друга разговорами и потому скупо прощаемся у ворот общежития. Захожу в двери, и тут меня пригвождает хриплый и низкий женский голос:

— Имя и образ.

— Кайли, — выпаливаю на автомате от неожиданности. — Образ?

— Новенькая, что ли? — хрипят справа и я медленно поворачиваюсь, ощущая себя под прицелом чьих-то глаз. Оно и понятно: за низким столом сидит пышногрудая троллиха с тремя волосками, торчащими из глянцевой макушки. На ней пестрое розовое платье в белый горошек, резко контрастирующее с землисто-серой кожей. У троллей в принципе возраст определить сложно, а в таком прикиде — тем более.

— Ага, — медленно киваю.

— Я тут типа на охране сижу и комендант в одном лице.

— Ясно, — с расстановкой произношу. Кажется, троллихе скучно, а вот у меня уже все отваливается от тяжести Хельги. Делаю несколько шагов к лестнице, но понимаю, что едва ли знаю, в каком направлении мне идти.

Комендантша видит мое замешательство и снисходительно спрашивает:

— Ты из какой комнаты?

Номер я запомнить не успела, но зато есть у нее определенная характеристика…

— Из розовой.

— А, с Сайми живешь? Ну, не повезло, не повезло. Пойдем, провожу тебя.

— Спасибо.

На удивление, троллиха не продолжает разговор. Она идет впереди грузной походкой, а мне в нос ударяет смесь запаха чеснока и лука. Хочется поморщится, но я стараюсь держать лицо.

Спустя пару коридоров мы-таки доходим до комнаты. Я уверена, что розовое пятно расползалось по стенам, но теперь оно заключено в самой двери, которая аж подрагивает от беззвучных вибраций. Выглядит жутко.

Но комендантше все равно. Она прикладывает руку к панели на стене, и внутри двери щелкает замок.

— Открыто. Проходи. Твоей соседки, кстати, нет. Ушла куда-то на ночь глядя, вроде не должна вернуться. По крайней мере, я ее не пущу. Обустраивайся.

— Спасибо, — повторно благодарю, когда комендантша открывает для меня дверь.

— Свет включается так, — она хлопает в ладоши, и становится светло.

Сразу же нахожу глазами не розовую кровать и опускаю на нее Хельгу. Как гора с плеч в прямом смысле этого слова. Троллиха уходит, оставляя нас одних. Кладу найденный камень на тумбочку. Он действительно угольно черный: с одной стороны глянцевый, с другой — матовый и с мелкими зазубринками. Необычно, но разберемся с этим позже. Никаких сил просто нет. В сон клонит с такой силой, что я так и падаю на кровать, едва не придавив Хельгу.

Мик

Первую ночь в столице пришлось провести на чердаке казармы, но рано утром Той отвел меня в Академию.

Ее красота вблизи меня, конечно, поразила. Высокие острые шпили, белые стены с барельефами. В моем городе нет такой архитектуры, и гордость сменила досаду по поводу того, что я не отправлюсь на войну сразу же.

— В комнатах только одно место осталось, — бубнит охранник в общежитии, когда Той ясно выразился, что нам нужна свободная кровать.

— Так давай туда, — рычит он нетерпеливо. — У меня еще много дел.

— Ты же знаешь, о чем я? — не унимается охранник. На вид это самый обычный человек, хотя какое-то внутреннее чувство подсказывает, что он из оборотней.

— Ну, ничего. Наш Мик не даст себя в обиду. Тем более общежитие предполагает наличие соседей.

— Но…

— Закончили разговор! Мик, закинь вещи и возвращайся. Нужно еще успеть получить учебники в библиотеки и потом — на боевое поле. Время не терпит.

Боевое поле! Это заставляет кровь бежать быстрее.

— Ладно, — пожимаю плечами и следую за охранником. Он провожает меня на самый верхний этаж, половину которого занимает видовая площадка, а вторую — одна-единственная комната.

«Да там целая армия поместится», — подмечаю, бегло осматривая богатое убранство, достойное королей. Только царским кровям нечего делать в общежитии, у них есть свои дворцы и прислужники.

— Твой сосед не подарок, сразу говорю, — предупреждает охранник, закрывая дверь за мной.

— Я уже догадался.

Той встречает нас хмурым взглядом и принимается читать лекцию о нормах морали в Академии, негласных правилах и как оно сложилось исторически. Все это интересно, но тело требует разминки, особенно после длинных медлительных прогулок с волочащими ноги троллем.

Поэтому я с радостью ускоряюсь, завидев издалека дутый купол полигона, про который рассказывал мне Той пять минут назад.

— Ты так не беги, — окликает он позади. — Успеешь еще.

— Мне не терпится приступить к занятиям! — бросаю с улыбкой и оставляю наставника позади.

Лишь на секунду замираю у двери полигона. Изнутри не слышно и звука, отчего кажется, что там пусто. Но стоит открыть дверь, как уши в трубочку скручиваются от царящего там шума, а в глазах рябит от мелькающих разноцветных огней и искр.

— Берегись! — раздается сбоку, я рефлекторно отскакиваю в сторону, и огромным рыжий шар врезается в дверь, распадаясь на множество кусочков.

— Все нормально. Отличный удар, — ободряюще машу скромному тощему блондину, выпустившему снаряд. Парень сильно отличается от других: краем глаза подмечаю, какие спортивные