Не всё дракону масленица, или Мамашка для близняшек. Серия 4 - Ольга Ивановна Коротаева

– Альбом. – Я потянула потрясённую женщину за руку. – Ты видела, где он?

– Бергж забрал с собой! – снова расплакалась она. Сэвери открыл новый портал и исчез. – Всё я виновата!

– Ты здесь ни при чём, – осадила я. – Мне надо было самой задуматься, почему этот человек днями и ночами околачивается рядом. Были подозрения! А ещё меня должно было насторожить, что он пытался ухаживать за мной, а затем легко переключился на тебя. Как не подумала об этом?..

– Что толку выяснять, кто виноват? – перебил меня Сиджи. – Надо найти этот альбом.

– Подождём возвращения господина градоначальника, – проронила я и огляделась. – Может, пока немного приберёмся? Как это получилось?

Сестра Алки уже принесла веник и принялась заметать обломки в угол.

– Бергж будто с ума сошёл, – пояснила Алка и расширила глаза. – Я и подумать не могла, что он настолько сильный маг. Ведь он только всё чинил… А сегодня так разозлился, что всё начало взрываться!

– Что же его взбесило? – поинтересовалась я.

– Вот. – Помощница подобрала с пола полусгоревший лист и протянула мне. – Я сказала, что почерк Бергжа немного похож на тот, которым было написано «Время пришло». Эту записку я получила сегодня утром.

Я приняла бумажку, край которой чернел от сажи, и присмотрелась.

– Мне казалось, что Бергж буквы пишет мелко и более растянуто, что ли… Но здесь они крупные и округлые. Немного похоже на запись на фото, но всё равно почерки кажутся разными.

– Я обратила внимание на некоторые особенности, – пояснила Алка и царапнула ногтем строчку. – Вот эти завитушки. И соединение между этими буквами, словно пишущий дважды обводил. Видишь?

Теперь и я заметила сильное сходство. Так, если бы человек старался изменить свой почерк, но детали его выдали. Вздрогнув, вынула записки, которые всегда носила с собой с момента, как получила, и сравнила. Спина похолодела – те же самые завитушки.

Тихо ахнула:

– Это он мне угрожал!

– Господин Соксхлет вернулся, – шепнула Алка.

Я подняла голову и встретилась взглядом с мужем. Тот поджал губы и отрицательно покачал головой.

– Судя по слою пыли, – добавил он, – Бергж не жил в доме, который указан в его личном деле.

– Где же тогда он жил?

– Он часто оставался ночевать у нас, – пожала я плечами.

– Или у меня, – покраснела Алка.

– А теперь лжеплотника раскусили, и он сбежал, – подытожил Сиджи. – Но всё же непонятно, почему он забрал портреты детей и принёс сюда.

– Возможно, он не планировал похищать альбом, – задумчиво проронил Сэвери. – А хотел кому-то показать.

– Кому? – испуганно расширила глаза Алка.

– Тому, на кого работал, – предположил умэ и взял мою руку. – Найдём заказчика – отыщем и альбом.

– Может, господин Гоц сможет прояснить этот вопрос? – воодушевилась я. – Попросим Аккерета поговорить с Липоком!

– Не стоит утруждаться, – возразил Сэвери и сузил глаза. – Я сам допрошу этого человека.

– Что? – вздрогнул Сиджи и побелел лицом.

– Кстати, – насторожилась я. – Фаркасс, а ведь это ты с некоторых пор живёшь в этом доме. И с Липоком тебя какие-то делишки связывали. Помню, как он появился на балу в ратуше и заявил, что сопровождает умэ.

– Если бы я хотел посмотреть альбом, сделал бы это в блинной, – недовольно нахохлился мужчина.

– И своим интересом привлёк бы внимание к себе. – Я всё больше и больше уверялась в том, что за Бергжем стоит умэ Сиджи. – А ещё ты Ральвину хотел придушить. Помнишь нашу первую встречу? Что? Не поделили деньги от продажи детей?

От ярости по ладоням пробежали искры чужой магии, и я сжала пальцы в кулаки, едва сдерживаясь. Сэвери лёгким пассом окружил нас всех силовым щитом, не давая Фаркассу возможности сбежать, и произнёс:

– Советую признаться.

Сиджи потемнел лицом и глянул на меня так, что мурашки побежали по спине. Казалось, мужчина вот-вот вспылит и между умэ начнётся сражение. Я сделала шаг к Алке, чтобы при опасности защитить женщину и её сестру. Но Фаркасс вдруг смиренно выдохнул:

– Хорошо.

Глава 17

Мы расселись кто на чём из уцелевшей мебели и слушали негромкий голос Сиджи.

– Ральвина была моей истинной парой, – признался мужчина и глянул на меня исподлобья. – Да-да, мы были вместе. Если можно так сказать, ведь нас привлекало друг к другу лишь физически. Я искренне ненавидел эту женщину и судьбу, которая связала меня с убийцей…

– А сам-то! – не сдержавшись, перебила я. Почему-то стало очень обидно за женщину, в чьём теле я оказалась. – Чуть что, бросаешься на беззащитных драконов.

– Без-защитных?! – икнул он и возмущённо вытаращился на меня.

– Да! – Я махнула рукой. – Чуть ни за что Ирочку нашу не угробил.

– Ни за что? – хохотнул умэ. – Напомни, кто разрушил твою блинную и из-за кого теперь тебе приходится, трясясь от страха перед мужем, принимать посетителей в доме градоначальника? Что, молчишь? То-то же!

– Господин Сиджи, – холодно оборвал его Сэвери. – Мы с женой решим возникшие недоразумения без вашей помощи. Сосредоточьтесь на том, что вас связывает с Липоком Гоцем.

– Она и связывает, – снова помрачнел Фаркасс. – Мы с Ральвиной то сходились, то ссорились… Даже не пытайтесь представить, каково это – ненавидеть ту, без кого жить не можешь! Но в один момент вдруг всё изменилось. Наша связь стала невероятно спокойной и уютной. Это был единственный приятный день в моей жизни. На следующий Ральвина пропала, а заодно исчезли все мои накопления. Я безуспешно искал мерзавку по всему королевству, а она, как оказалось, сбежала в другой мир, из которого вернулась совсем другая женщина. Но понял это я не сразу…

Он наградил меня таким тоскливым взглядом, что в груди ёкнуло.

– Не отвлекайтесь, – приказал мой муж. – При чём тут господин Гоц?

– Дуняша вела себя иначе, чем Ральвина, – продолжил Сиджи. – Как успокоился, я понял это. Другой взгляд, жесты, манера речи. Я выследил, где она живёт, узнал, в чьём доме, а после договорился с Липоком о взаимовыгодном сотрудничестве. Он помогает мне вернуть истинную пару, а я…

Он осёкся и неловко помялся. Я иронично предположила:

– Дай догадаюсь. Оставляешь его в живых? Поэтому он молчал… Неужели тебя Гоц боялся сильнее, чем полисменов, следователя и самого градоначальника?

Фаркасс криво ухмыльнулся и с видом победителя покосился на Сэвери. Тот будто и не заметил, подытожив:

– Выходит, Гоц не знал, что объединяет Ральвину и Бергжа?

Он нахмурился, а по ауре умэ пробежались серые волны, от которых у меня возникло неприятное ощущение – будто наждачкой по коже!

– Вы снова вините себя? – Я заглянула в глаза умэ. – Не надо. Аккерет намекнул, что заглядывать в души