Астра. Исцеление любовью - Анна Дант

— Бабушка Лемида старая уже совсем стала, а дети в Ромашках живут. Помнишь Ромашки? Ходили туда на речку. Так вот, забрать её дети хотят, а скотину девать некуда. Крупный скот ещё как-то продать можно, а вот птицу и кроликов… Не нужны никому, у самих полно. Кстати, корова не нужна тебе? Два отёла уже было, молоко исправно даёт.

— Нет, с коровами связываться не буду, — открестилась я. — Мороки много. А вот кроликов забрала бы, да только клеток нет.

— Клетки тебе Лемида отдаст, они ей без надобности. Мужикам скажу, они принесут вместе с кролами. Такую помощь примешь?

— Такую приму, — кивнула я. — Ещё спросить хотела… Поможет кто с дровами? Мало осталось.

— Поможем, Астра, поможем, — хохотнул староста. — Не все ещё знают, что у нас теперь травница есть. Так что, скоро у тебя пациентов много будет, не переживай. И дров навезут, и по хозяйству помогут, и свататься будут.

— А вот это нет, — открестилась я. — Не готова я… Траур выдержать надо. Да и не хочется мне замуж.

— А надо бы, — нахмурился мужчина. — Мужики уже косят на тебя, а как траур пройдёт, так начнут бегать. Мне-то что, это твоё дело. Обидеть не обидят, а в остальном сама разберёшься. Только вот бабы у нас ревнивые больно, а тут молодая женщина, да ещё и травница. Как бы не обозлились они.

— А вот об этом я не думала, — пробормотала я.

И ведь правда… Молодых вдов и просто девиц незамужних не любили ни в одной деревне. Даже у нас на Земле к таким девушкам было предвзятое отношение в глухих сёлах.

Страшно женщинам остаться без хозяина в доме. Это Астра только одного родила, да вот Адам пока не торопится заводить ещё детей, но в основном в семьях было по трое минимум. А то и пятеро детей. А тут я… Нет, замуж я не хочу в любом случае… Тем более, меня не привлекают местные мужчины. Все они — обычные деревенские мужики, любящие выпить вечером и не желающие хотя бы мыться каждый день.

Есть и другой тип мужчин — знатные лорды. Те и алкоголем не злоупотребляют, и чистоту любят, и поговорить есть о чём. Только зачем лорду я — деревенская женщина с ребёнком? Скорее всего, я так и останусь вдовой, не пережившей утрату мужа. Кстати, а вот над этим стоит поработать. Меньше улыбаться, прямым, свободным взглядом не смотреть. Горюю я! Горюю! Так и мужики лезть не будут, и бабы причину для ненависти не найдут.

— Бабушка Лемида, это Адам, — крикнул староста, приоткрыв входную дверь, и повернулся ко мне. — Совсем плохо слышит. И ходит медленно, а ведь не хотела к детям переезжать. Ругалась, что не бросит дом, да и мешать не хотела.

Я улыбнулась. Старики везде одинаковы. Если привыкли одни жить, то и смерть хотят встретить в своём доме. Наверное, я буду такая же.

— А-а-а, это ты, — выходя в прихожую, протянула старушка в сером платке и цветастой юбке. — Чего тебе, Адам?

— Вот, привёл Астру, нашу травницу. Хочет птицу твою купить, Адам отошел в сторону, пропуская меня вперёд.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровалась я. Кит остался на улице.

— Здравствуй, Астра, — улыбнулась старушка. — Не помнишь меня, да? А я тебя помню, маленькая такая, хорошенькая. С бабушкой ходила постоянно.

— Не помню, — вздохнула я, действительно не припоминая женщину. В детстве Астра не обращала внимания на взрослых, они ей были не интересны. Другое дело — травы и лекарства. Если бы бабушка не умерла так рано, если бы не тётка… Астра стала бы прекрасной травницей и избежала трагичного брака.

С другой стороны, она была слишком мягкой, шанс нарваться на изверга был слишком велик.

— И что, курочек разводить будешь? — вырвала меня из раздумий бабушка Лемида. — Хочешь, козу тебе ещё продам? Хорошая коза, добрая. Ой, а это кто?

— Это мой сын. Кит, — представила я мальчишку, приобнимая его за плечи.

— А отец-то где?

— Отец погиб, — коротко отрезала я, не желая вдаваться в подробности.

— Значит, одни вы теперь. Горе-то какое, — вздохнула старушка. Но переубеждать я не стала. Да, горе, горюем. Хотя Кит оттаивает потихоньку.

— Так что с птицей, бабушка Лемида? — напомнил про цель визита Адам.

— Да забирайте. Всех забирайте! Семь несушек молоденьких, да ва петушка. Хорошие петушки, кур в строгости держат! Ой, а что я придумала! — старушка всплеснула руками. — Кит, а ну поди за мной! Друга тебе подарю! Хорошего друга, верного!

Я тяжело вздохнула. Кого там сердобольная женщина дарить собралась, и почему без моего согласия? Но промолчала, проследив, как бабушка уводит Кита в сарай.

А вышел мой ребёнок уже с щенком на руках. Маленьким, лохматым. За ним следом бежала мать щенка, поскуливая.

— Мама, можно мы его возьмём? — с мольбой в голосе заканючил мальчишка. Вцепился в щенка так, словно разлучи я их, это будет самое жестокой, что видел ребёнок. А щенок самый обычный. Чёрный, с белой манишкой и носочками. Судя по лапам, крупным не вырастет. Может, по колено.

— Возьмём, — согласилась я. — Только ухаживать за ним сам будешь. И воспитывать тоже.

— У Боньки щенки умные, — махнула рукой старушка. — Никогда цыплят не душили, да и не кусали никого. Добрые, но на чужих лают. Ладно, идём, кур покажу. Забирайте всех, забирайте.

Адам вопросительно глянул на меня. Пожав плечами, кивнула. Двумя больше, двумя меньше — значения не имеет. Отдав бабушке несколько монеток, я подошла к клетке с кроликами. Хорошие, крупные, но нужны ли они мне? Из меха я ничего не сделаю — не смогу даже шкурки обработать. Если только на мясо… Мороки много. Мясо мы и так купим. А вот козу можно купить. Молоко свежее будет, да и полезнее оно, чем коровье. А место найдём, сарай у нас большой. Сено только заготовить сложно будет, ну что же, справимся.

Таки шли мы по деревне. Кит нёс на руках щенка, а я вела козу за верёвку. Кур нам привезут попозже, Адам ушел договариваться.

— Травница! Астра! — раздалось сзади.

Оглянувшись, увидела, как в нашу сторону бежит женщина лет сорока.

— Что случилось?

— Детёнок