Шаг к бездне - Катя Новак

Анна напряжённо посмотрела на него:

— Значит, дача Гончарова — следующий пункт. Но…

Зазвонил телефон Анны, и она вздрогнула. Виновато посмотрела на Илью: она лишь хотела на секунду включить его, чтобы посмотреть, что написал Митя, и сразу выключить, а потом отвлеклась на новости и забылась. Мигнула иконка входящего сообщения. Анна машинально развернула окно, и на экране высветилось сообщение от Мити: «Если сможешь, подай сигнал, я тебя заберу». От неожиданности Анна вздрогнула, а на щеках полыхнул жар, будто её застали за чем-то предосудительным.

— Что ещё за вспышки? — насторожился Илья, уловив краем глаза, как у неё в руках дисплей светится. — Я же просил держать все телефоны выключенными!

— Извини, я буквально на секунду… — Анна прикусила губу. — Хотела посмотреть одну настройку. А тут Митя…

— Ага, понятно, — саркастично отозвался Илья. — Твой хахаль-таки объявился?

Анне стало неловко. Она ощутила слабину в коленях, как всегда, когда речь касалась Мити. Почему Илья так острит? Он же не знает всей истории. Стараясь оставаться спокойной, она быстро выключила телефон и сказала:

— Он беспокоится. Вообще-то это нормально. Прислал сообщение, спрашивает, не нужно ли нас «вытащить»… — Анна выдохнула. — Илья, может, он действительно…

— Хочет помочь, — договорил Илья с кривой усмешкой. — Или, может, он среди тех, кто хочет всех нас похоронить. Никаких гарантий.

Сердце Анны бешено билось, словно она оказалась между двух огней. Внимательно глядя на мрачное лицо Ильи, она вспылила и произнесла чуть громче, чем собиралась:

— Нет никаких доказательств, что Митя замешан в этой бойне! Он не такой…

— Да? — оборвал Илья. — А ты хорошо его знаешь? Достаточно, чтобы довериться, когда нас объявили террористами?

— Илья! — Анна вскипела, ощутив, как внутренне сжимается от обиды за Митю. — Не нужно меня укорять. Я не прошу бежать к нему сломя голову, но… просто нельзя всех подряд подозревать.

— А вот я считаю иначе, — отрезал Илья, отворачиваясь. — Пока не разберёмся, кто тут на чьей стороне, я не собираюсь рваться к твоему ухажёру.

Анна сжала телефон в ладони. Колючая тишина повисла в комнате, и только тяжёлое дыхание Кравцова нарушало её.

— Ладно, — устало произнесла Анна, стараясь разрядить обстановку. — Телефон выключен. Идём дальше, решим, что делать. Просто… не нападай на Митю без повода.

Илья лишь хмыкнул:

— Хорошо, если телефон не успели отследить. Как ты ещё аналитиком работаешь с такой безалаберностью?

Несколько секунд они гневно смотрели друг на друга, пока не напомнил о себе раненный Кравцов, застонав и пытаясь приподняться. Анна мельком бросила взгляд на его побледневшее лицо и поняла, что трудный разговор надо отложить. Проблем и без этого хватало.

— Ладно, хватит ссориться, — вмешался Фёдор Иваныч, заставляя их обоих успокоиться. — Действуйте, как знаете, а я что могу — помогу. Кравцову нужен покой, я никуда не отпущу его, помрёт ещё и будет на моей совести. А вы вдвоём с богом отправляйтесь. Я присмотрю за ним. Поешьте только хоть перед отъездом. Хлеб всему голова, вы же знаете.

Кравцов чуть пришёл в себя после укола обезболивающего. Анна помогла ему привстать, Илья пока осматривал фургон. Фёдор Иванович быстро накрыл на стол. Еда была простая, но вкусная: картошка с тушёнкой, мятный чай. По телевизору, который снова включил Фёдор Иваныч, замелькали новые сводки: «Похититель Стрельцов замечен на выезде из города». Анна попросила выключить звук, чтобы не слушать это враньё, и все с ней согласились.

Провожая их до дверей, Фёдор сказал:

— Будьте осторожны, ребята. Я видел в окно, как рядом с домом продефилировал чёрный внедорожник. Может, они ищут ваш фургон. Уезжайте неприметными дорогами.

— Спасибо, Фёдор Иваныч. — Илья по-дружески протянул ему руку.

Тот обнял его, как родного.

— Главное, живыми выберитесь. А этот молодец пусть у меня пока отлежится.

Кравцов устало улыбнулся:

— Вы спасли мне жизнь. Долг я не забуду.

Они погрузились в фургон. Илья завёл двигатель, тронулся с места по узкой улочке, стараясь не шуметь. Анна, сидя рядом, напряжённо вглядывалась в окна и боковое зеркало. На углу она краем глаза заметила знакомый силуэт большой машины. Тёмная, кажется, внедорожник, но, возможно, просто похожая.

Путь к даче занял около двух с половиной часов. Серая грозовая туча наползала на небо, обещая дождь. Асфальт постепенно перешёл в грунтовку. Они миновали пару старых дачных посёлков — пустынных в это время года. Наконец Илья, сверившись с описанием Фёдора Ивановича, нашёл ветхий забор с прогнившими досками, а за ним домик с облупленной краской.

— Похоже, сюда, — сказал он, припарковав фургон у кустов.

Анна вышла и натянула капюшон на голову: ветер усилился. Илья тоже вышел, держа пистолет наготове. Ворота были приоткрыты. Скрюченные ветки яблонь создавали мрачную картину запустения.

— Какое-то гиблое место, — тихо заметила Анна.

Они вошли во двор. Трава здесь летом буйно разрослась и ещё не успела догнить, кое-где валялись обломки строительного мусора. Домик выглядел одиноким и нежилым. Илья постучал в дверь — никакого ответа. Он нажал на ручку, и та со скрипом отворилась.

Внутри царил затхлый запах сырости. Узкий коридорчик, две комнаты, одна из них с выломанной фрамугой. Анна посветила фонариком: обшарпанные стены, пыль, кое-где следы свежих отпечатков обуви.

— Кажется, тут кто-то совсем недавно шарился, — пробормотал Илья, наклоняясь над сломанной дверцей шкафа.

Анна зашла в комнату, где на полу валялись листы бумаги. Она подняла один: типичные распечатки ведомственных форм. На полях стояли пометки, почерк напоминал гончаровский.

— Похоже, Гончаров действительно был тут, — сказала она. — Но либо он сбежал, либо его утащили.

Илья кивнул, нахмурив брови:

— Смотри, следы крови. Совсем немного, но явно кого-то ранили.

Анна посмотрела на узкий след на полу, похоже, кто-то волок кого-то. От этого по спине пробежали мурашки.

— Значит, нас опередили.

Илья со злой гримасой ударил кулаком по стене:

— Чёрт, получается, надежда на то, что Гончаров нас спасёт, тает. Либо он замешан и сбежал, либо его ликвидировали.

— Может, не ликвидировали, а увезли, — предположила Анна. — Он же непростой человек, могут удерживать где-то…

Илья покачал головой и устало выдохнул:

— А нам что? Нас объявили преступниками. У нас нет поддержки.

Анна чувствовала, как внутри поднимается отчаяние. Всё, на что они рассчитывают, рассыпается, а время поджимает. Над головой послышался раскат осеннего грома. Почти стемнело.

— Пошли отсюда, — сказал Илья, уходя из комнаты. — Здесь ничего не найдём больше.

Когда они вернулись к фургону, начался мелкий дождь. Густой запах мокрых листьев смешался с тревожным гулом ветра. Анна вздохнула, чувствуя беспросветную пустоту: