Звериная страсть - Лисавета Челищева

Один из них, высокий и худощавый парень с растопыренными пепельными волосами, подходит ко мне с нежной улыбкой. Его голос сразу успокаивает.

— Прошу, не бойтесь, прекрасная госпожа. Мы не желаем вам зла, лишь хотим вам помочь.

Он устраивается в кресле напротив дивана, где я лежу.

— Меня зовут Кирилл, а это мои старшие братья — Агний и Юргис.

Я отрываю взгляд от завораживающего юноши с его странными волосами седого цвета и беззастенчиво изучаю остальных двух.

Самый высокий из троицы, Агний, со светлыми локонами, с извиняющейся улыбкой ставит передо мной стакан с водой.

Меня сразу завораживает его грация и галантная манера поведения. Почему-то начинаю испытывать непреодолимое желание побыть ещё немного ближе в его согревающем присутствии.

Тем временем Юргис, рыжеволосый молодой человек с небольшим шрамом на щеке около глаза, ехидно хмыкнул, прислонившись к шкафу с фарфоровыми фигурками.

Наши взгляды встретились и по моей спине пробежал лёгкий холодок от скрытой угрозы в его зелёных хищных глазах.

— Юргис, ради всего святого, не смущай нашу гостью! — тихо взмолился Кирилл.

Но огненноволосый парень не обратил на него никакого внимания. Его полный насмешки взгляд по-прежнему был изучающе устремлен на меня. Или… на мое тело?

На периферии своего зрения замечаю движение возле дверного проема.

Там прячется небольшого роста парнишка с темно-каштановыми волнистыми волосами, его глаза скрыты за густой челкой. Он разглядывает меня с безудержным детским любопытством. Похоже, он самый младший среди братьев.

— Мы обнаружили тебя вчера в прихожей поместья. Ты была сильно ранена и находилась на грани замерзания, — деликатно объясняет Агний. — Как ты себя чувствуешь сейчас?

Он опускается передо мной на корточки и с добротой протягивает руку.

Завороженная его необычными глазами, один из которых темно-карий, а другой небесно-голубой, я трепетно протягиваю ему свою ладошку.

Он сдержанно улыбается, проверяя мой пульс и температуру лба.

— Как твоё имя?

— Вопрос в том, братец, способна ли она вообще говорить! — огрызается Юргис, вызывающе скрестив руки.

Бросаю на него холодный взгляд в ответ.

— …Говорить? Смотря с кем. — отвечаю, не обращая внимания на его язвительную ухмылку.

Агний выпрямляется во весь рост, молчаливо обращаясь к брату.

Ах, жаль, что он повернулся спиной и не могу я увидеть его лица. Ибо то, как рыжеволосый фыркнул, отталкиваясь от места, чтобы смиренно уйти — говорит о многом.

Бросив напоследок мрачновато-любопытный взгляд в мою сторону, Юргис исчезает в тени коридора.

— Ты помнишь, что с тобой случилось? — спрашивает Кирилл, на его лице отражается искреннее беспокойство.

Я вздыхаю, пытаясь собрать воедино разрозненные воспоминания.

— За мной погнались упыри, загнав в глубину чащи… А потом я наткнулась на удивительно тёплую речку, перебралась на другой берег… И после этого все как в тумане, — вспоминаю я, морщась от головной боли.

Кирилл еле заметно нахмурился, и прочистив горло, покосился на брата.

— Мы о тебе теперь позаботимся, — успокаивает меня Агний. — Телу нужно время, чтобы восстановиться.

Опустив взгляд, чувствую недоумение от приятного аромата, который окружает его шлейфом — смесь свежей мяты, мыла и чего-то смутно-лекарственного. Может, это Агний обработал раны мои и забинтовал ожоги?

Отмороженные щеки вспыхивают жаром, вводя меня в смущение.

— Ты можешь быть нашей гостьей столько, сколько того потребуется для твоего полного восстановления. — заключает он, прерывая мою робость.

— Для вас уже приготовлена гостевая спальня наверху, милая госпожа. — вмешивается Кирилл, в его тоне звучит некая неловкость, когда он бросает взгляд на мою травмированную ногу. — …Однако с вашей сломанной ногой и нашей лестницей…

Не успевает он и закончить фразу, как Агний наклоняется ко мне и безо всякого труда поднимает на руки.

У меня перехватывает дыхание от удивления, когда он проносит меня через гостиную так, словно я ничего и не вешу.

Совсем не глядя на мое изумленное лицо, парень несет меня в сторону коридора и через тёмную прихожую, оставляя растерянного Кирилла позади нас.

Когда мы достигаем подножия просторной дубовой лестницы, он останавливается и кротко улыбается.

— Надеюсь, это было не слишком дерзко с моей стороны… — шепчет он, бережно прижимая мое тело к своей груди.

Отвечаю ему улыбкой на улыбку, не в силах подобрать слова, чтобы выразить, как благодарна я ему за доброту и помощь.

— Меня Шура зовут…

На какое-то мгновение его взгляд ещё больше смягчается и в нем появляется глубина мудрости и печали, которая разжигает мое любопытство.

Агний относит меня в самую дальнюю комнату на втором этаже — уютное и тускло освещенное помещение, украшенное тяжелыми шторами и множеством мерцающих свечей.

Он бережно укладывает меня на мягкую кровать с балдахинами, наши глаза ненадолго пересекаются, прежде чем я робко отвожу взгляд.

— Хорошенько отдохни, Шура, — тихо произносит он, проверяя взглядом мои травмы.

Если бы Лукьян только знал, где я и что жива… Наверное, страдает сейчас, переживает за судьбу мою. Суженый мой, как надеюсь я вернуться к тебе поскорее…

Измученная как физически, так и душевно, я сразу же погружаюсь в глубокую дремоту в роскошной спальне, которую мне предоставили.

В ушах раздаются удаляющиеся шаги Агния, затем мягко закрывается дверь. Комната погружается в мирную тишину, окутанную мягким мерцанием догорающих свечей.

*** тем временем

* * *

Просторная столовая внизу была тускло освещена, отблески языков пламени в камине отбрасывали танцующие тени на лица четырех парней, сидевших за большим дубовым столом. В воздухе висела гробовая тишина, нарушаемая лишь звоном столовых приборов о фарфоровые тарелки, когда они заканчивали свой поздний ужин.

Юргис, известный своим развязным характером, откинулся на стуле, на его губах заиграла зловещая улыбка.

Он поднял свой фужер, в котором плескалась какая-то багровая жидкость, и сделал затяжной глоток, после чего отставил его, удовлетворенно причмокнув губами.

— Лично меня не заботят жизни человеческих отродий! — заявил он, его голос был таким же холодным, как и зимние ветра за окном. — Единственное, что стоит сделать в данной ситуации, — так это повеселиться с девкой вдоволь и вышвырнуть ее туда, откуда явилась!

Кирилл, юноша более благого нрава, зыркнул на Юргиса из-под бровей.

— Ты такой же ужасный, как и те упыри, от которых бедняжке чудом удалось спастись! — в голосе седовласого юноши звучало презрение.

Юргис искренне захохотал, не обращая внимания на оскорбление.

— Я гораздо хуже всех кровососов вместе взятых, и ты это прекрасно знаешь, братец!

— Ты мне не брат. Ты — зверь без совести и нрава, не заслуживающий моего