Греховная принцесса - Трейси Лоррейн

Это не отвечает на мои вопросы о том, почему он бросил меня на прошлой неделе. Но я уверена, что этому есть объяснение.

Его мир. Его жизнь. Я не уверена, что, когда-нибудь пойму это. Честно говоря, я не уверена, что хочу этого. Но я знаю, что он способен на все это и даже больше. И я знаю, что по какой-то причине он сделает все, что потребуется, чтобы защитить меня.

Его большая рука гладит мою голову, и я утыкаюсь щекой в его грудь.

— Я с тобой, Иви, — шепчет он мне в волосы. — Моя.

Я не знала, что сердце может болеть и петь одновременно, но именно это и происходит, когда он шепчет последнее слово.

— Твоя, — обещаю я в ответ.

Вновь наступает тишина, и мы лежим, окутанные теплом воды, а за огромным окном на черном небе мерцают звезды.

На кончике моего языка вертятся новые вопросы, но я проглатываю их, слишком довольная, чтобы вникать во все это.

В конце концов, вода вокруг нас начинает остывать, так что, если мы не хотим оказаться в холодной воде, нам действительно нужно двигаться.

Он застонал, когда я приподнялась, оттаскивая свое тело от его.

Когда я поворачиваюсь и смотрю на него, то обнаруживаю, что его глаза закрыты, как будто он действительно только что уснул.

Я выдавливаю щедрое количество геля для душа на мочалку, которую взяла из шкафа, и начинаю приводить его в порядок.

Он стонет, когда я провожу ею по его коже, рисуя круги по руке, изучая татуировки на бицепсе и затянувшиеся синяки на груди.

— Мы должны повторить это, когда я не буду мертв.

— Ты и так не мертв, — поддразниваю я.

Улыбка растягивает его губы, а глаза снова закрываются, наслаждаясь моим вниманием.

Опустив мочалку под воду, я натираю его пресс и прохожу путь вниз по ногам и к ступням.

Когда я возвращаюсь к его талии, его член ударяется о тыльную сторону моей руки.

— Думала, ты совсем устал? — шучу я.

— Хммм, но ты же голая, Лисичка. Мое тело хочет тебя, несмотря ни на что.

А как насчет твоего сердца?

Понятия не имею, как мне удается держать эти слова при себе, но это так.

Моя рука скользит по его груди, останавливаясь прямо над органом, о котором я только что думала. Оно уверенно стучит за ребрами, и несколько секунд мы остаемся в таком состоянии.

Но потом он открывает глаза и мгновенно находит мои.

С моих губ срывается слабый вздох от того, что в них горит огонь.

— Я облажался, — тихо признает он. — Я буду делать это снова. Возможно, часто. Но… — Он нервно сглатывает. — Ты простишь меня?

Я выдыхаю воздух через губы.

— Ты здесь, Алекс. Когда я нуждалась в тебе больше всего. Нет никаких сомнений.

В его глазах мелькает что-то темное, но оно исчезает так быстро, что я думаю, не привиделось ли мне это.

— Давай ляжем в постель. Я хочу заснуть с тобой в моих объятиях.

Я падаю в обморок. Сильно. — Вот видишь, как я могу не простить тебя, когда ты говоришь такие вещи?

— Много, много причин, — отвечает он.

— Мы поговорим завтра. Или даже на следующий день. А сейчас просто… расслабься.

Он кивает, слишком измученный, чтобы делать что-то еще.

Мы вылезаем из ванны, и я заворачиваюсь в полотенце во второй раз за несколько часов.

— В шкафу есть зубные щетки, — говорю я, но тут же чувствую себя глупо. — Но, конечно, ты и так это знаешь.

Он внимательно изучает меня, натягивая полотенце на талию, но ничего не говорит по поводу моего замечания.

— Ты чувствуешь себя как дома, да?

Я застываю на месте, когда он идет на другой конец комнаты, хватая новую зубную щетку и наполняя ее сине-белой полосатой зубной пастой. Его мышцы напрягаются и пульсируют самым восхитительным образом, когда он двигается.

Я поглощаю каждый изгиб, пока мои глаза не находят ямочки над его задницей.

— Видишь что-то, что тебе нравится? — спрашивает он во время чистки зубов.

Мой взгляд перескакивает на него в зеркале, и он усмехается над моей реакцией на то, что меня застукали.

— Смотри сколько хочешь, Лисичка, — бормочет он, стягивая полотенце, чтобы оно упало у его ног. — Я весь твой.

Я не могу удержаться от смеха, когда он сжимает свою задницу, а затем соблазнительно покачивает ею.

— Ты идиот, — смеюсь я, направляясь в спальню.

— Меня называли и похуже.

Бросив полотенце на спинку дивана, я пробираюсь к кровати, добавляя в свой шаг немного нахальства, как вдруг моя кожа начинает покалывать от предвкушения.

Оглянувшись через плечо, прежде чем залезть под одеяло, я обнаруживаю именно то, чего ожидала: Алекс стоит в дверях и не сводит глаз с моего тела.

Как это возможно, что одно лишь присутствие человека может заставить тебя забыть о том, в какой ужасной ситуации находится твоя жизнь? Или это не так?

Если я права, и я его, то все могло бы стать намного проще.

Я вспоминаю, как Блейк предложила использовать его, чтобы помочь нам выбраться из нашей дерьмовой жизни несколько недель назад, и тихо вздыхаю. Возможно ли, что я все равно оказалась здесь? Конечно, я здесь не для того, чтобы использовать его или забрать его деньги. Я просто…

— Хватит думать, Лисичка, ложись в постель.

Алекс отталкивается от дверной рамы и идет ко мне. Его длинные ноги быстро преодолевают пространство. Он откидывает одеяло на свою сторону, и мы вместе падаем в холодную постель.

— Прости, если напугал тебя, — тихо говорит он, притягивая мое тело к себе.

Я хочу сказать ему, что это не так, но думаю, что тот факт, что я пряталась в гардеробной, наверное, говорит сам за себя.

— Я испугался, когда не смог найти тебя и…

Прижав пальцы к его губам, я заставляю его замолчать.

— Не сегодня. — Отодвинув их в сторону, я наклоняюсь вперед и прижимаюсь своими губами к его, в сладчайшем поцелуе.

Зацепив рукой заднюю поверхность моего бедра, он огибает мою ногу вокруг своей талии, прижимая нас как можно ближе.

Наш поцелуй медленный и нежный, но полный безмолвных обещаний и извинений, от которых у меня на глаза наворачиваются слезы.

— Я от тебя без ума, — пробормотал он, его глаза закрыты, а голос сонный.

— Чувства взаимны, — признаюсь я, но слишком медленно. Его дыхание уже выровнялось, и он поддался изнеможению.

Я долго лежу и