Ликвидатор - Светлана Бернадская

И шприцы. Много-много шприцов. Ну конечно, почему бы и нет — близлежащие аптеки недолюди ведь тоже разграбили. Этими шприцами идиоты набирали уже растворенное в физрастворе вещество из сломанных ампул и вкалывали друг другу прямо в вену.

Никакой надежды больше не осталось, и Келли прекратила даже для виду трепыхаться, когда ее грубо толкнули грудью на стол.

С вялым удивлением она отметила, что среди отморозков есть и несколько женщин. Изможденные, все как одна с затравленными, дикими взглядами, они пялились на «новенькую» кто с откровенной ненавистью, а кто — с нескрываемым облегчением.

Келли лишь слабо дернулась, когда с нее содрали куртку — та повисла на завязанных запястьях — и, не слишком заботясь о стерильности, вкатили дозу тридиопсина в локтевую вену.

— Все, новенькая готова! — истошно заорал один из отморозков, ничем не отличавшийся от собратьев, заросших страшными косматыми бородищами.

И сунул руку Келли под живот в попытках нащупать застегнутый на джинсах ремень.

Рука, впрочем, вскоре исчезла: позади возникла потасовка, в которой отморозки выясняли, по какому праву один из них решил быть у Келли «первым», в то время как остальные ничем не хуже.

И правда, ничем. Пока одни били друг другу морды, другие успели содрать с волос Келли резинку и теперь дергали за них, наматывая на кулаки целыми прядями. Даже в восхищении ее длинными, чистыми и хорошо пахнущими волосами не проскочило ни одного цензурного слова.

Мэдлин была права. Это уже давно не люди.

И для этих животных Джей хотел какой-то справедливости?

Тем временем «поклонники», кажется, выяснили отношения и определили очередь из желающих осчастливить новенькую своим, как они наивно полагали, уже фертильным семенем. Ремень наконец поддался чьим-то похотливым лапам, джинсы неумолимо поползли вниз. Келли изловчилась, улучила момент и, резко перекатившись по столу, впечатала обе кроссовки в ближайшие мерзкие рожи.

Насладилась воплями и потоками крови, брызнувшими из сломанных носов.

Эх, зря она не надела армейские ботинки, вроде тех, что носил Джей.

Это было единственное и последнее, о чем она успела пожалеть, потому что в следующую секунду мощнейший удар прилетел ей в висок.

Подарив в награду спасительное беспамятство.

ГЛАВА 7. Трудно быть киборгом

«JL31 вызывает станцию RS316.

Физическое состояние единицы: рабочее.

Статус выполнения задач: без значительных изменений.

В целях экономии энергии портативных источников энергии в последующие рапорты будут включаться только важные достигнутые результаты и критические отклонения от заданного плана».

***

Первое, что увидела Келли, открыв глаза — тусклое свечение светодиодной ленты, спрятанной в пластиковом коробе с отражающим покрытием.

Хранилище лаборатории Халикса.

Странно. Как она сюда попала? Не приснились же ей последние события в карьерном лагере.

Она слегка повернула голову — и та отозвалась вспыхнувшей в виске болью. Ребра тоже заныли. И растертые ремнем запястья. Но руки — очередная странность — оказались свободными.

И джинсы, кажется, на месте.

Лицо Джея, сидевшего рядом прямо на полу, выглядело несколько иначе, чем во время их последнего разговора. К опухшей скуле и разбитой губе — следам ярости самой Келли — присоединились внушительная ссадина на лбу и слегка раздавшаяся переносица, вкупе с интересной расцветкой на носу и оплывшим глазом.

— Мы в лаборатории?

Ну а что? Уточнить все-таки не помешает. На всякий случай.

Да и надо же с чего-то начать разговор.

Голос противно осип. А во рту все еще оставался привкус мерзкой тряпки, и от него хотелось как следует отплеваться.

— Да, — последовал гундосый ответ.

Джей утер грязной тряпкой струйку крови, показавшуюся из ноздри, но в целом не изменил расслабленной позы. Ноги полусогнуты, предплечья покоятся на коленях.

— Как я здесь оказалась?

Келли поднялась, опираясь на руки, и села на холодном твердом полу. Распущенные волосы, напомнившие о недавних малоприятных событиях, рассыпались поверх распахнутой куртки. Мелькнуло легкое раздражение и желание собрать их в привычный хвост на макушке, но резинка, в отличие от самой Келли, осталась в плену у «жуков».

Выражение лица Джея, следящего за ее движениями, неуловимо изменилось. Теперь он пялился на ее волосы, и в глазах его застыло такое выражение…

Такое… странное.

Которому Келли не смогла найти определения.

— Я принес.

Она наконец отважилась мельком осмотреть себя. Джинсы, к счастью, и правда на месте. Крови в стратегически важных местах не наблюдается. Как и характерной боли.

Ремень на месте и даже застегнут — правда, чуть свободнее, чем прежде.

Выходит, насильственного «оплодотворения» ей удалось избежать.

Слава дерданским богам.

— Ну и как это понимать?

— Что именно?

— Ты отбил меня у своих парнишек, а не встал в очередь, как поступил бы любой справедливый человек.

Разбитые губы Джея расплылись в неуместной мальчишеской улыбке. Из носа снова потекла кровь, и он небрежно смахнул ее тряпкой.

Кажется, это та самая, которая недавно была у Келли во рту.

Фу, гадость какая.

— Мне показалось справедливым сперва узнать у тебя, согласна ли ты отдаться им всем. Включая меня.

Келли фыркнула. Еще немного, и она разразится истерическим хохотом.

— Отдаться. Слово-то какое. С душком справедливости, надо признать.

Джей вопросительно приподнял бровь. Подпухший глаз его от этого приоткрылся чуть шире.

— Так ты согласна?

Из горла вырвался нервный смешок.

— Отдаться им всем? Ты в своем уме? Конечно же, нет.

— А мне?

— Катись к черту, Джей! — от души пожелала она. — Справедливый ты наш.

— Это значит «я не готова отказаться от секса с тобой, Джей Эль, но и признать, что хочу его, тоже не готова»?

Джей Эль, значит. Вот тут-то с Келли случился настоящий припадок. Она расхохоталась, запрокинув голову и смахивая обильно выступившие слезы кулаками с содранными костяшками. Джей смотрел на нее с удивлением и растерянно улыбался. К счастью, истерика длилась недолго. Келли утерла лицо краем футболки и, наплевав на брезгливость, высморкалась туда же. Только после этого смогла с достоинством встретить выжидательный взгляд Джея и его идиотскую улыбку.

— «Катись к черту» — означает «нет», Джей Эль. Я не хочу секса ни с тобой, ни с кем-либо еще.

— Почему? — И опять это дурацкое искреннее любопытство. — Это же приятно.

Келли закатила глаза.

— «Приятно» это бывает только с тем, кого любишь.

— Да? — Меж его идеально правильных бровей пролегла задумчивая складка. — А ты меня разве не любишь?

Отличный повод снова рассмеяться, но Келли теперь было отчего-то не до