Плюс-один - Дженна Левин

— Мне нужен кто-то, кто будет изображать моего парня на семейной свадьбе.

Он уставился на меня. Мимо нашего столика шумной толпой прошли подростки и направились к стойке. Мы не обратили на них внимания.

— Прости, что… что?

— Знаю, это звучит дико…

— Звучит, — согласился он. — Очень дико.

— Клянусь, всё обретёт смысл, когда я объясню. — Я задумалась. — Ну… возможно, обретёт.

— Весь во внимании, — угол его рта дёрнулся в насмешливой полуулыбке. Чёрт, его губы были ужасно отвлекающими. Я вдруг осознала, что не знаю его имени. Я не включила «узнать имя» в список критериев для фальшивого свидания, но внезапно это показалось важным.

— Вообще-то, ты мог бы сначала сказать своё имя?

Он приподнял бровь.

— Зачем?

— Ты знаешь моё имя, а я всё это время думала о тебе как о «мистере Федоре-Мудаке. — Это вызвало у него удивлённый смешок. Чёрт, даже смех у него должен быть таким привлекательным? — Это ставит нас в неравные условия.

Его полуулыбка превратилась в ухмылку.

— Значит, ты обо мне думаешь?

Я всегда считала, что выражение «покраснеть до корней волос» — фигура речи. Оказалось, я ошибалась. Если бы мои туфли умели краснеть, они бы тоже покраснели.

— Совсем нет, — соврала я. — Ну, разве что прошлым вечером, когда ты едва меня не убил, сбив с ног на тротуаре.

— Для бухгалтера у тебя поразительная склонность к драме.

— У меня абсолютно средние актёрские данные для бухгалтера, — сказала я, чувствуя себя слегка не в себе. Разговаривать с этим мужчиной было всё равно что пытаться идти по прямой на кренящемся корабле. — То есть их у меня нет вообще. А уж кто бы говорил! Вчера вечером ты был в федоре и в плаще при температуре около минус пяти. Ты выглядел так, будто… будто… — Я замялась, тщетно подбирая слова.

Он поморщился:

— Будто хотел, чтобы меня заметили?

— Да, — сказала я. — Именно так. Если честно, ты кажешься до безумия драматичным.

— Обычно такое замечание доставило бы мне удовольствие, — ответил он, выглядя крайне недовольным. — Но в нынешних обстоятельствах я совсем не рад, что мои лучшие попытки слиться с фоном провалились.

Я не имела ни малейшего понятия, что он имел в виду. Впрочем, это было неважно. Мы уходили в сторону, теряли время.

— Слушай, — сказала я. — Ты скажешь мне своё имя или нет?

— О, — произнёс он так, будто только что вспомнил о моём существовании. — Конечно. Реджинальд.

— Реджинальд? — переспросила я. Необычное имя для кого-то моего возраста. — Это действительно твоё имя?

— С какой стати мне называть тебе фальшивое?

Я пожала плечами:

— Ты похож на того, кто так бы сделал.

Он фыркнул:

— Справедливо. Но Реджинальд — моё настоящее имя.

— А фамилия?

Он тяжело вздохнул:

— Моя фамилия Кливз. Полностью — Реджинальд Кливз. Ну что, теперь, когда ты знаешь, кто я, объяснишь, зачем тебе нужно, чтобы я притворился твоим парнем?

Ах да. Вот оно.

— Реджинальд, — начала я. — Хотя, можно я буду звать тебя Реджи?

— Зачем?

— Так короче, чем Реджинальд.

Он пожал плечами:

— Как хочешь.

— Ладно. Реджи, — повторила я. Как объяснить всё так, чтобы не прозвучать капризным подростком? Возможно, это в принципе было невозможно. — Моя семья обожает язвить по поводу того, что я одна. Каждый раз, когда очередная кузина выходит замуж, градус этих колкостей взлетает. И вот я только что узнала, что моя кузина Гретхен скоро выходит замуж. И я подумала… — Я запнулась, судорожно подбирая слова. — Я подумала, что если приеду на свадьбу с человеком, которого представлю как парня, они отстанут.

На лице Реджи снова появилась ухмылка. Честно говоря, я не могла его за это винить. На его месте я бы тоже ухмылялась.

— И когда ты увидела меня здесь, мирно сидящим за своим делом, решила, что я подойду на эту роль.

— Да.

— Почему? — Он сложил руки на столе и наклонился ко мне. — Мы ведь даже не знакомы, а я, кажется, уже показал, что не особо надёжен. Я не только врезаюсь в невинных бухгалтеров на улице, но и нарочно читаю журналы вверх ногами.

Он указал на свой брошенный журнал с такой самоиронией в глазах, что уголки моих губ дрогнули в улыбке.

— Мне всё равно.

— Правда?

— Правда. — Я посмотрела ему прямо в глаза. — Ты же не серийный убийца?

Улыбка сползла с его лица. Рука, лежавшая на столе, сжалась в кулак.

— Прошу прощения?

— От моего плюс-одного мне нужно только одно — чтобы он не оказался насильником, убийцей или ещё кем похуже. — Я пожала плечами. — У меня невысокие стандарты. Я ведь прошу всего лишь несколько часов твоего времени, а не руки и сердца. После свадьбы мы больше никогда не увидимся. А почему именно ты…

— Потому что я для тебя чертовски красив и неотразимо обаятелен, — мрачно отозвался он. — Так?

Я вспыхнула.

— Ээ… нет. — Я запнулась, пытаясь найти слова, как бы так сказать: «Ужин у тёти Сью в воскресенье, времени искать кого-то другого нет, ты кажешься достаточно странным, чтобы согласиться на это, а если я приду с кем-то немного ужасным, родители, может, вспомнят, что есть вещи и похуже, чем моя вечная одинокая жизнь… и да, ты несправедливо красив и странно обаятелен, но это тут совершенно ни при чём», — и при этом не обидеть его и не прозвучать ещё жалостнее, чем я уже себя чувствовала.

— Потому что я оказался в нужное время в нужном месте, да? — сказал он так, словно прочитал мои мысли, даже не удосужившись оформить это как вопрос. Будто мы обсуждали погоду.

Я замялась. Ладно уж, стоит признаться.

— У меня нет времени. Мне нужно найти кого-то прямо сегодня. И, как ты сам говорил раньше, ты вроде как должен мне услугу.

К моему удивлению, Реджи откинулся на спинку стула и расхохотался так громко, что подростки у стойки, заказывавшие напитки, обернулись и уставились на нас.

— Это лучший розыгрыш за всю историю, — сказал он, всё ещё смеясь. — Семьям уже веками пора перестать совать нос не в свои дела. Я в деле.

Я уставилась на него.

— Ты не считаешь, что этот план нелепый?

— О, я думаю, что он более чем нелепый, — ответил он. — Именно поэтому я хочу в нём участвовать. Если я смогу помочь тебе выбраться из этой передряги и при этом повеселиться — для меня это будет только в радость. — Он вздохнул, крутя ручку кофейной кружки. Потом, гораздо мягче, добавил: — И, наверное, я и правда должен тебе услугу.

Если его голос был чертовски сексуальным, когда он вёл