Свидание за доллар - Диана Рейдо

Джонатан прищурился:

– Ты мне уже настолько доверяешь, что готова запросто приглашать домой?

Перл вздохнула. Ну, конечно, опять эти подначивающие расспросы.

– Ты можешь в такой же степени опасаться меня, как и я тебя. Вдруг я завезу тебя в полицию вместо гостеприимного дома? Или дома у меня целый арсенал всяких штучек для пыток нездешних мальчиков.

– Один-один, – широко улыбнулся Джонатан, – ладно, веди! Кажется, нам ничего другого не остается, кроме как довериться друг другу.

…Вот так и получилось, что минут через сорок после того, как Роджер сел в свой «Мерседес», он увидел, как Перл и Джонатан, весело смеясь и даже чуть приобнявшись шутливо, направляются к маленькой симпатичной фиолетовой машинке Перл.

И был вне себя от изумления.

Теперь он не мог представить себе, как дождется завтрашней условленной встречи с Джонатаном в «Поцелуе», чтобы передать ему деньги и услышать полный и подробнейший отчет о «хорошо проделанной работе».

* * *

Перл жила в квартире-студии, конечно, отличающейся от той, которую она снимала до знакомства с Роджером Мерри.

Да, Роджер купил ей квартиру неподалеку от центра города, но расположенную в то же время поблизости от популярного городского парка.

Он сделал это с ошеломляющей небрежностью, словно походя, словно это было ничего не значащим делом, легко и стремительно оформив все необходимые бумаги, в которых Перл Пэрриш значилась полноправной хозяйкой студии.

Перл недоумевала и вслух, и про себя, зачем Роджер это сделал. У нее ведь была съемная квартира, в которую она могла незамедлительно съехать, если бы вдруг решила покинуть головокружительный особняк Веселого Роджера.

Зачем?

Кажется, на этот вопрос был лишь один ответ – Роджер просто хотел сделать ей подарок.

Подарок, который невыразимо приятен и прекрасен сам по себе, а для современной американки – ценнее любых драгоценных украшений. Который останется с Перл независимо от того, останется ли она с Роджером или предпочтет разорвать эти отношения.

Впрочем, тогда Роджер, скорее всего, не думал ни о каком расставании. Он хотел верить, что встретил женщину своей жизни, и уж тем более у него в мыслях не было предполагать, что женщина – какой бы умницей и красавицей она ни была, как бы себя ни ценила – способна добровольно, по собственной инициативе расстаться с ним.

Новая квартира Перл была чуть ли не вдвое больше предыдущей. Ванная и туалет были раздельными. В ванной прекраснейшим образом соседствовали джакузи (пусть не слишком большое) и прозрачная душевая кабинка.

С того времени, как Перл вновь полюбила жизнь (и себя), всякий раз она была вольна выбирать – тугие струи душа за прозрачным оргстеклом, или же пышная пена пузырей в бурлящем джакузи. Оптимальным вариантом был бодрящий душ с утра и расслабляющая вечерняя нега в джакузи.

А сейчас был белый день, но Джонатан, который по настоянию Перл отправился ополоснуться перед планируемым обедом, почему-то выбрал отнюдь не душ.

– У тебя есть пена для ванны?

– Что? Пена?

– Удивлена?

– Да. Ты не кажешься таким уж сибаритом, искушенным в приеме водных процедур.

– Понял. Жаль, что пены нет. Половина удовольствия…

– Есть соль для ванны, – вспомнила Перл.

– Годится.

– Лаванда и эвкалипт.

– Хотя пены и будет вдвое меньше. Ладно, переживу.

Перл почему-то замешкалась, хотя уже отдала Джонатану соль, показала, как пользоваться переключателями, наполнять джакузи, принесла и повесила на горячую сушилку махровое полотенце…

– Ты что-то хотела сказать? – спросил Джонатан, внимательно глядя на девушку.

– Я… Нет-нет, – и Перл слегка покраснела. Впрочем, она тут же нашлась: – Если хочешь, мы ведь можем постирать твою одежду.

– Правда? Вот здорово!

– Точно.

– Надо же, а я и не подумал. Но, Перл…

– Да?

– А в чем я буду ходить?

– Извини. Об этом я как-то не подумала.

– Нет мужской одежды?

– Абсолютно нет.

– Ни штанов брата, ни рубашки бойфренда? Так-таки ничего нет? – не поверил Джонатан.

Перл вздохнула, чуть улыбнулась.

– Штанов нет, рубашки нет, брата нет давно, и никакого бойфренда в наличии тоже не имеется. Даже не знаю, как спасти положение. Правда, не знаю.

– Я мог бы походить в полотенце… Шутка. Это не положено порядочному гостю.

– Посмотрим… Я пороюсь у себя в шкафу, может, найду самую старую и самую широкую футболку. Вдруг произойдет чудо, и я выкинула еще не все подобные футболки из своего гардероба?

Джонатан широко улыбнулся, вновь сверкнув своими необычно белыми зубами.

– Понимаю… Бродяга-голодранец другой одежды не заслуживает?

– Я что-нибудь поищу, – кротко проговорила Перл в ответ.

Закрыв за собой дверь ванной и услышав почти сразу же шум воды, с силой бьющей в эмалированное дно джакузи, она прошла к холодильнику и устроила ему суровый осмотр.

В конце концов Перл остановилась на салате по-гречески (это крайне полезно – для пищеварения, для кожи, для волос, для всего-всего), пасте с огромным количеством тертого сыра (если сверху положить аппетитные полоски ветчины, то получатся практически спагетти карбонара), красному вину и мороженому с хот-фаджем на десерт.

Ей хотелось одновременно вкусно накормить гостя и в то же время не смущать его ненужной роскошью.

Перл быстрым взглядом окинула помещение студии, повернувшись к холодильнику спиной.

Импровизированная «спальня» – на самом деле огромнейшая кровать с балдахином, который мог скрыть все, что не следовало видеть постороннему взору – находилась в дальней части студии. Каждому, кто входил в просторную комнату, приходилось обходить кожаный диван, стоящий спинкой к входу. Возле дивана стоял низкий журнальный столик. Эта композиция могла служить гостевым вариантом спальни, или же использовалась для просмотра фильмов на плазменной панели, прикрепленной к противоположной стене.

В центре комнаты стоял основательный дубовый стол – он же обеденный, он же, при необходимости, и рабочий.

Ну, а барная стойка вполне удачно разделяла «столовую – гостиную» и кухонную часть – с мойкой, плитой, вытяжкой, стиральной машиной и прочими радостями хозяйственной части жизни Перл.

Она отправила все вещи Джонатана в стирку, мимолетно успев подивиться – все-таки он довольно аккуратен для человека, привыкшего к вокзально-бродячей жизни.

Потом проверила свой автоответчик и порадовалась отсутствию сообщений.