Спецназ по соседству - Лана Вайн

Тишина.

– Глеб, твою мать! – заорала я уже громче, вкладывая в голос всю свою злость и отчаяние.

Послышались шаги. Дверь в мою комнату медленно открылась. На пороге стоял сосед с чашкой кофе в руке и все той же издевательской ухмылкой.

– Что, котенок, созрела для искренних извинений?

– Мне нужно… в туалет, – выдавила я, краснея до корней волос.

Он отпил кофе, смакуя момент.

– Не расслышал. Повтори.

– В туалет мне нужно. Срочно! – зашипела я, чувствуя, что еще немного, и я просто лопну.

Глеб поставил чашку на мой стол, подошел к кровати и, достав из кармана тот самый ключик, склонился надо мной. От него пахло кофе и чем-то еще, терпким и мужским. Его близость заставила сердце пропустить удар, но сейчас мне было совершенно не до того, чтобы анализировать эти новые, странные ощущения.

Щелк.

Наручник на моем запястье расстегнулся. Я тут же потерла натертую кожу.

– Спасибо, – буркнула я, не глядя на мужчину, и пулей выскочила из комнаты.

Вернувшись в комнату, я обнаружила, что Глеба и след простыл. День был безнадежно испорчен. Я завалилась на кровать, собираясь провести остаток вечности в состоянии обиженной на весь мир амебы.

Но моим планам не суждено было сбыться. Телефон завибрировал. Ирка.

– Рори, привет! Ты не занята? – прощебетала подруга в трубку.

– Привет. Занята. Страдаю, – пробурчала я.

– Отставить страдания! У меня форс-мажор! Завтра свидание с парнем мечты, а мне надеть нечего! Срочно нужна твоя помощь как эксперта по стилю. Поехали по магазинам? Я угощаю кофе и пирожными!

Предложение было слишком заманчивым, чтобы отказаться. Шоппинг, кофе и сплетни с лучшей подругой – именно то, что доктор прописал для лечения уязвленного самолюбия.

Через час мы уже гуляли по огромному торговому центру. Ирка щебетала без умолку, рассказывая о своем таинственном кавалере, а я понемногу оттаивала, пересказывая ей утренние приключения.

– Он приковал тебя наручниками?! Розовыми?! – хохотала подруга так, что на нас оборачивались прохожие. – Рори, да это же готовый сюжет для романа!

– Очень смешно, – надулась я.

Мы обошли десяток магазинов, перемерили гору одежды, выпили по огромной чашке капучино с самыми вкусными в мире чизкейками, и Ирка наконец-то нашла «то самое» платье. Счастливая и довольная, она уже собиралась тащить меня к выходу, как мой взгляд зацепился за небольшой сувенирный павильончик в центре холла. Там продавали всякую забавную ерунду: кружки с прикольными надписями, магниты, брелоки.

И тут я увидела ее.

Маленькую табличку, какие обычно вешают на дверь. На ней кривоватыми буквами было выведено: «ОСТОРОЖНО, ЗЛОЙ СОСЕД».

На моем лице медленно расползлась хищная улыбка.

– Ир, подожди секунду, – сказала я подруге и решительно направилась к павильону.

– Можно мне вот эту табличку?

Продавец, скучающий паренек, завернул мою покупку в бумажный пакет. Я вышла из торгового центра, сжимая в руке свой маленький трофей.

Глеб думает, что он победил? Что я буду сидеть и плакать? Что ж, он очень сильно ошибается. Война только начинается. И теперь у меня есть для нее новое, совершенно неотразимое оружие. Пусть все знают, какой монстр живет за соседней дверью!

Глава 8 (Глеб)

Следующие пару дней моя жизнь становится снова похожа на обычную. Никто больше не подливает мне краски в шампунь, не раскидывает свои бутыльки по всей квартире, не подрезает меня у двери в ванную за пять минут до семи утра и не пытается надорвать свою задницу, двигая мебель. Аврора залегла на дно. Нынче о ее гораздом на выдумки характере и мстительной натуре напоминали только косые недовольные взгляды в мой адрес и по-прежнему размножающиеся в нашем холодильнике розовые стикеры с надписью «мое». Хочется верить, что такие перемены в ее симпатичной головке случились после эпизода с наручниками. Надеюсь, эта малышка поняла, что я на порядок старше и шутки мои могут быть на порядок жестче.

К слову, я этот «белый флаг» увидел. Принял. И тоже стал мальчиком-зайчиком. Перестал воровать из холодильника ее еду, источающую изумительные ароматы на все девять этажей нашей панельки. Больше не включаю музыку, пока принимаю душ по утрам. И даже перестал называть ее «котенком». Хотя тут надо уточнить, что мы вообще свели все свои разговоры к необходимому минимуму, убрав из уравнения даже привитую нам с детства вежливость, обязывающую сказать друг другу «доброе утро». Мы даже пересекаться стали реже, как будто наша квартира стала в пять раз больше.

Война в нашей «общаге» перешла в стадию стазиса.

Нравится ли мне это затишье? Определенно.

Скучаю ли я по безумным выдумкам соседки? К сожалению, да. И эта мысль до усрачки меня пугает. Видимо, за пару недель столкновений мой мозг привык быть всегда начеку и сейчас ему тупо скучно. А моим глазам не хватает воинственно вздернутого носа девчонки, мечущих молний взглядов ее больших зеленых глаз и вида стройных красивых ног в обтягивающих леггинсах.

Стыдно признать, но в дни нашего «довоенного перемирия» я появлялся в гостиной, когда тут отсвечивала Аврора, исключительно ради того, чтобы поглазеть на ее упругую попку. Пару раз, из этого же побуждения, задирал ненароком ее футболку. И разочек даже ущипнул ее за ягодицу. За что тут же получил поварешкой по лбу, к сожалению, выбрав не самый удачный момент, когда она была вооружена.

Было прикольно. А сейчас стало скучно. Мой решительный «ответный ход» достиг своей цели. Зло затаилось. Но будни снова стали унылыми и однообразными. Поэтому, чтобы хоть как-то растрясти свою задницу, в вечер субботы я заваливаюсь с парнями в спорт-бар.

– Ну!

– Давай-давай!

– Э-э-э, ты че, олень, ворот не видишь, что ли?!

Гудят посетители, грохая бутылками о деревянные столики. Сегодня по телику гонят прямой эфир хоккейного матча «СКА» против «ЦСКА». Думаю, не надо объяснять, за кого болеет Питер? Принципиальные соперники и все дела. Страсти накаляются до предела, когда наша команда начинает сливать игру в середине второго периода при счете ноль-три.

– Мне кажется, или в этом году мы как-то слабенько гребем? – спрашивает Раш.

– Не, гребем-то мы как раз нормально в свои ворота, – хмыкаю я, не сводя глаз с шайбы. – А вот забиваем херово, – говорю в тот момент, когда от удара нашего нападающего резиновый снаряд с лязгом влетает в штангу.

– Именно это я и имел в виду, спасибо, мистер придурок, – пихает меня кулаком в плечо Марк.

– Не люблю хоккей, – качает головой Сота. – И не понимаю всеобщего ажиотажа.

– Это потому что ты бывший футболист, – бросаю я. – Извечное фанатское противостояние: у кого яйца крепче.

– Возможно. Почему в этом баре никогда не показывают матчи