Вернись, я все прощу. Дракон передумал разводиться - Таня Драго

Баночка полетела вниз, раскрылась в воздухе, и вся корица высыпалась прямо в кипящий сироп.

— Господи! — ахнула я, хватаясь за ложку. — Всё испортила!

Пропорции были нарушены безнадёжно. Вместо щепотки в варенье попала добрая столовая ложка корицы. Хотела выбросить всё и начать заново, но Илиран остановил меня.

— Подожди, мама. Давай хотя бы попробуем, что получилось.

Варенье кипело, источая совершенно фантастический аромат. Корица не забила запах шишек, а подчеркнула его, добавила тепла и глубины. Я продолжала готовить, уже не надеясь на успех, но процесс затягивал.

Когда варенье было готово, оно имело красивый янтарный цвет и пахло так, что у меня слюнки потекли. Илиран первым опустил ложку в банку, попробовал... и замер.

— Мама, — произнёс он с каким-то благоговением в голосе. — Это божественно!

Я не поверила. Попробовала сама — и чуть не выронила ложку от удивления. Вкус был невероятным: сладким, но не приторным, с хвойными нотками, согревающей корицей и чем-то совершенно неповторимым. Словно вкус самого леса, пойманный в банку.

— Не может быть, — прошептала я. — Я же всё испортила с этой корицей...

— Ты не испортила, — мягко сказал Илиран. — Ты сделала его идеальным.

В дверь постучали. На пороге стояла соседка Марта с буханкой свежего хлеба.

— Госпожа Телиана, принесла вам хлебушка, ещё тёплого, — сказала она, но вдруг остановилась, принюхиваясь. — Боже мой, что это за аромат?

— Варенье, — неуверенно ответила я. — Из местных шишек. Правда, получилось случайно...

— Можно попробовать? — глаза Марты загорелись любопытством.

Я протянула ей ложку с вареньем, гадая, не опозорюсь ли окончательно. Марта попробовала, жевала задумчиво... а потом её лицо просто преобразилось.

— Госпожа Телиана! — воскликнула она. — Что это такое? Никогда не пробовала ничего подобного! Это же... это же чудо какое-то!

Она была так восхищена, что я невольно поверила — может быть, действительно получилось что-то стоящее?

Марта умчалась со своим хлебом, но уже через час во дворе собралась небольшая толпа. Весть о чудесном варенье разнеслась по деревне со скоростью лесного пожара. Люди приходили, пробовали, ахали и просили рецепт.

К вечеру появился Торин с несколькими старейшинами деревни. Они серьёзно продегустировали варенье, переговаривались между собой, кивали.

— Госпожа Телиана, — наконец сказал староста, — а что если попробовать сделать настойку из этих шишек? Если в варенье они так хороши, то в настойке должны быть ещё лучше.

Я растерянно моргала. Настойка? Это же совсем другой уровень сложности. А что, если не получится? Что, если опозорюсь перед всей деревней?

Но глядя на их заинтересованные лица, на Илирана, который гордо улыбался, я почувствовала что-то новое. Не страх, а... предвкушение.

Может быть, стоит попробовать?

Прошла неделя с того дня, как я впервые сварила варенье из местных шишек. Неделя, которая перевернула всё моё представление о собственных способностях.

Каждый день мы с Илираном экспериментировали. Сначала он предложил попробовать сделать сироп — более концентрированный, для добавления в чай или молоко. Я боялась, что пережгу сахар, но получилось удивительно легко. Сироп вышел густым, золотистым, с невероятным ароматом.

Потом была настойка по рецепту Торина — шишки на меду с добавлением трав. Я перепутала пропорции, добавила слишком много мяты, но вместо катастрофы получился напиток, от которого вся деревня пришла в восторг.

А вчера мы попытались сделать конфеты.

Я думала, это окончательно меня погубит — работать с горячим сахаром, следить за температурой, не дать массе пригореть. Но каким-то чудом всё получилось. Конфеты вышли мягкими внутри, с хрустящей корочкой, и каждая таяла на языке, оставляя послевкусие летнего леса.

— Я не понимаю, — сказала я вчера вечером, глядя на банки с нашими творениями, выстроившиеся на полках, — как простые шишки могут давать такой удивительный вкус?

Илиран посмотрел на меня с какой-то загадочной улыбкой.

— Может быть, дело не только в шишках, мама.

— В чём же ещё? — не поняла я.

Он не ответил, только пожал плечами, но в его глазах читалось что-то такое, что заставило меня задуматься.

Этим утром я встала рано — ещё до рассвета. В доме было тихо, Илиран спал, и я решила выйти в сад подышать свежим воздухом. Ночь была прохладной, но уже чувствовалось приближение тепла.

То, что я увидела, заставило меня застыть на месте.

Десятки местных жителей — мужчины, женщины, подростки — организованно собирали шишки с деревьев вокруг нашего поместья. У каждого была корзина или мешок, люди двигались методично, как опытная команда. Торин стоял в центре и руководил процессом.

— Осторожнее! — слышался его голос. — Не повредите ветки! Деревья должны и дальше плодоносить!

Я не могла поверить собственным глазам. Когда это началось? Почему никто мне не сказал?

Подошла ближе, и Торин заметил меня.

— Доброе утро, госпожа Телиана! — поприветствовал он с широкой улыбкой. — Надеюсь, мы вас не разбудили?

— Что происходит? — спросила я, оглядывая эту армию добровольных сборщиков.

— Мы решили помочь вам с запасами, — объяснил староста. — Эти шишки — настоящее сокровище! Вы показали нам, что из них можно делать такие чудеса, а мы хотим, чтобы у вас был хороший запас на зиму.

Марта, которая стояла неподалёку с полной корзиной, наклонилась к другой женщине и прошептала достаточно громко, чтобы я услышала:

— Чем больше мы ей помогаем, тем больше удачи получаем сами. Моя корова теперь даёт столько молока, что приходится делиться с соседями.

Я почувствовала, как сердце сжимается от благодарности и одновременно от какого-то непонимания. Неужели это всё реально? Неужели эти люди действительно верят, что я приношу им удачу?

Оглянулась и увидела Илирана в окне дома. Он наблюдал за происходящим с довольным выражением лица, словно всё это было частью какого-то плана.

— Позвольте помочь, —