Знаю, ты вернешься - Клио Найтис

Наконец все было кончено. Как ни велика была скорбь Найджела, он не мог не признаться самому себе, что сама атмосфера дома стала менее тягостной, словно в него постепенно возвращалась жизнь. Может, и Мелинда вспомнит наконец, как сильно он, Найджел, в ней нуждается.

Чего бы он только ни отдал, чтобы Мелинда стала прежней — нежной, женственной, немного эгоистичной и не всегда понятной. Словом такой, какой он знал ее и любил, со всеми ее странностями и недостатками. Сейчас в женщине, в которую превратилась его жена, он мог уловить лишь внешнее сходство с прежней Мелиндой. Его пугала эта молчаливая отрешенность, словно Мелинду постоянно окружал какой-то невидимый, но очень прочный кокон.

Найджел направился в большую гостиную, надеясь увидеть там жену. Он знал, что это была одна из любимых ее комнат в их огромном доме. Мелинда уверяла, что из ее окон открывается великолепный вид на горы. Сейчас Найджелу вдруг ни с того ни с сего пришло в голову, что из окон в этой части дома нельзя увидеть лужайку, заросшую колокольчиками. Впрочем, теперь, в это время года, подобное преимущество не имеет значения.

— Доброе утро, дорогая. — Найджел был приятно удивлен, что его расчет найти в гостиной жену оказался точным.

Мелинда, сидя в вольтеровском кресле, рассеянно листала какой-то журнал. Не отрываясь от этого занятия и не глядя на Найджела, она лишь слегка кивнула в ответ на его приветствие.

— Ты куда-то собралась? — спросил Найджел, подходя к ней.

Мелинда была одета в черный брючный костюм, шею закрывал высокий ворот тонкой светло-серой водолазки. Ее волосы были гладко зачесаны и казались темнее, чем обычно.

Найджел наклонился, чтобы поцеловать Мелинду, но тут она вскинула на него глаза. Ее взгляд был таким холодным и отчужденным, что Найджел невольно вздрогнул.

— Нам надо поговорить, — отложив журнал, ровным голосом произнесла Мелинда.

Найджел, обескураженный таким вступлением, занял второе кресло.

— Что ж, — он улыбнулся и развел руками, — конечно, ведь мы с тобой не говорили целую вечность.

Слова повисли в воздухе, его попытка разрядить обстановку потерпела неудачу. Мелинда не улыбнулась в ответ и молча и серьезно смотрела на мужа.

— Нам необходимо расстаться. — Ее голос был таким же холодным и бесстрастным, как и взгляд.

Как сильно ни был потрясен Найджел, услышав эту короткую реплику, он не мог не признать, что ждал чего-то подобного. Последние несколько дней он только и делал, что лгал самому себе. Все это время Мелинда намеренно избегала его, а он малодушно объяснял это ее желанием побыть наедине со своим горем. При этом он упорно делал вид, что не замечает ее мимолетных неприязненных взглядов и ледяного молчания.

Значит, его первоначальное предположение оказалось единственно верным — Мелинда считает его виноватым в смерти отца. Если так, то он должен переубедить ее во что бы то ни стало. Если это удастся, его жена останется с ним и больше никогда не произнесет этих страшных слов.

Найджел поднял на Мелинду измученные глаза. Она не отвела взгляда, продолжая смотреть на него с прежней холодной неприязнью.

— Послушай, Мелинда, — заговорил Найджел, изо всех сил стараясь сохранить спокойный тон, — я понимаю, ты считаешь, что это я виноват… виноват в смерти мистера Эдвардсона. Но поверь, если бы я хоть на секунду мог предположить…

Изящные брови Мелинды недоуменно приподнялись, неприязненное выражение уступило место холодному удивлению.

— Я считаю тебя виноватым? — переспросила она. — О чем ты говоришь?