Сумрачный ворон - Александра Дегтярь

переносицу. Вот оно? Как относятся в этом мире к адюльтеру между молодой и замужней дамой и холостым мужчиной? Правильно — это немыслимый позор и скандал. Не смываемое пятно на репутации обоих. Допустим "папенька" простит мне эту шалость и не вынесет "сор" на всеобщее обозрение. Что взять с женщины? Тем более, местные мужчины почему-то считают нас чуть умнее куриц. А вот рисковать делами с моим "отцом" ради интрижки маркиз не станет. И будет молчать об этом!

Покормив Энни в полночь и сославшись на недомогание, я передала ее кормилице, которую предусмотрительный родитель все же оставил на всякий случай. Мало ли, вдруг я заболею и буду не в состоянии кормить ребенка сама.

Дождавшись, когда дом погрузится в тишину, я, накинув на ночную сорочку халат, соорудила в постели подобие спящей себя и бесшумно выскользнула в коридор. Найти комнату маркиза не составило труда. Осторожно приоткрыв дверь, скользнула внутрь.

Прикрыв створку, обернулась и едва не вскрикнула от испуга. Он стоял рядом, словно тень. "М-да, Сумрак, теряешь хватку," — промелькнуло в голове. Впрочем, было бы странно, если бы я повела себя как закалённый вояка, а не как испуганная девушка.

Чтобы не дать ему опомниться, не позволить задаться мучительным вопросом "зачем я здесь?", я одним движением скинула халат и ночную сорочку. В мягком лунном свете увидела, что мужчина обнажен. Видимо, спал без одежды и подскочил, как есть. "Хм, мне это на руку". Я шагнула к нему и, коснувшись губами, лизнула его шею. А дальше… дальше всё пошло по моему сценарию. Почти.

Всё закончилось быстро, без сантиментов. Грубый, голодный секс. Без прелюдий и ласк. Немного неприятный поначалу — всё-таки после родов и воздержания. Добившись своего, я прошлёпала босыми ногами за своей одеждой. Пока шла, размышляла: если отбросить этот первый, животный порыв, то он вполне может быть и ничего в постели. Почему бы не попробовать? Специально наклонилась к нему, сделав вид, что ищу что-то на полу, — этакая небрежная поза, приглашение к продолжению. И не ошиблась. А дальше… ммм… дальше я оторвалась на нём по полной. Несколько раз он пытался поцеловать меня в губы, но я уворачивалась, переключая его внимание на более… важные моменты.

А когда под утро он заснул, довольный как кот, обожравшийся мясом, я незаметно выскользнула из его комнаты и тихонько, никем не замеченная, вернулась к себе.

Никто не заметил моего исчезновения. Дождавшись рассвета, я тихо выскользнула из комнаты и прокралась к кормилице. Осторожно взяла спящую дочь на руки. Женщина пробормотала, что малышка даже не шелохнулась, и я, велев ей отдыхать, унесла Энни к себе.

Зайдя в купальню и включив приличный напор воды, сделала себе промывку. Хоть я и кормила грудью, еще один ребенок не входил в мои планы.

Вздремнула, проснувшись от тихого ворочанья дочери. Материнский сон — это всегда полудрема, чуткое ожидание каждого вздоха.

Завтракали только мы с отцом. Маркиз, естественно, спал, как суслик после ночной разрядки и судя по его темным кругам под глазами, в предыдущие ночи они видимо тоже почти не смыкал глаз. Надо же и здоровья у него хватило на меня.

Я невольно зажмурилась от удовольствия, что не осталось без внимания родителя.

— Вижу, ты в прекрасном расположении духа? — Поинтересовался отец.

— Сегодня просто чудесное утро! — промурлыкала я в ответ, делая глоток теплого молока.

— Ты сегодня сама на себя не похожа, — задумчиво протянул "папенька."

— Я хотела спросить… можем ли мы с мамой и Энни уехать куда-нибудь, чтобы поправить здоровье? — решила я действовать на опережение.

— Ты плохо себя чувствуешь? — в голосе отца прозвучали тревожные нотки.

— Я чувствую себя замечательно, — сделала паузу. — Просто опасаюсь шпионов Маркуса.

— Здесь для тебя самое безопасное место, — он задумчиво посмотрел на меня.

— И все же, я бы хотела сменить обстановку, — настаивала я.

— Там я не смогу тебя защитить, и где гарантии, что твой муж к вам не присоединится? По крайней мере, здесь он не сможет тебе докучать, — объяснял мне герцог, словно несмышленой девчонке. — Да и Энни… Подумай о ней. Вдруг он ее выкрадет, что тогда мы будем делать?

Я смотрела, размышляя на отца. У меня получилось его переиграть. Теперь он меня никуда не отпустит. И всё-таки мой "папенька" Ирт в овечьей шкуре. Это я поняла по стальному блеску, появившемуся на миг в его глазах.

— Ты прав, папа, — вздохнула я, умышленно перестав называть его сухим "Отец". — Как-то не подумала об этом.

Герцог Корвус тепло улыбнулся.

Закончив завтрак, я поднялась к дочери. Пока она лежала и рассматривала игрушки, я выполнила несложный комплекс упражнений.

Передав дочку няне, я вновь спустилась вниз. Меня ждал урок верховой езды. Время в седле пролетело незаметно. Мое и без того хорошее настроение улучшилось многократно.

Мы с берейтером пустили коней легкой рысью по дорожкам. Издалека я увидела на террасе расслабленного маркиза Боа. Внезапно он дернулся и замер. Когда мы, пустив коней шагом проехали мимо нашего гостя, тот сидел бледный и молчаливый.

На мое приветствие он никак не отреагировал. Что меня озадачило. Не думаю, что он такой чувствительный. Тут что-то другое.

Водоворот дневных забот увлек меня, и до самого ужина я больше не видела де Боа. Ночью же, дождавшись, когда особняк погрузится в сон, я, ведомая жаждой закрепить свой триумф, бесшумно покинула свои покои и направилась к его дверям.

Проскользнув в полумрак комнаты, освещенной лишь двумя мерцающими светильниками, я убедилась, что она пуста. Звук льющейся воды подсказывал, где искать его хозяина. Решив воспользоваться моментом, я принялась обыскивать его вещи, надеясь обнаружить нечто важное. Бегло осмотрев содержимое шкафа, я опустилась на колени и запустила руку в самый дальний уголок нижнего ящика. Где же еще хранить секреты, как не здесь? Но тщетно. В этот самый миг над моим ухом прозвучал хриплый, обжигающий шепот:

— На вашем месте, леди, я бы не стал этого делать!

Наваждение

Я замерла. Вот ведь гадство! Ну надо же так вляпаться! И ведь не девочка — попалась как какая-то школота. Я медленно выпрямилась и, повернувшись лицом, сделала вид, что это не я в его вещах рылась, а он.

Маркиз Боа стоял передо мной и смотрел опасно, сузив глаза. Желваки, на его пародистом лице ходили ходуном, ноздри раздувались, и я шумно втянула воздух. С его груди, как и с плеч, стекали прозрачные капли воды. Мокрые чёрные волосы забавно торчали. Мой взгляд невольно опустился вниз.

Голый. Вдвойне гадство. Я вдруг