На языке любви - Элен Кэнди

Оглядевшись вокруг, Пенелопа открыла раздвигающиеся в разные стороны двери и зашла в спальню. В глаза ей сразу бросилась огромная кровать со свисающей с потолка прозрачной тканью, напоминающей шатер.

В углу стояли плетеный столик и пара стульев. Напротив двери, наверное, ведущей в ванную, стоял шкаф с большими зеркалами.

Спальня понравилась Пенелопе, возможно потому, что она напомнила ей собственную комнату, такую же просторную, светлую, уютную...

Пенелопа еще раз взглянула на кровать и решила подойти к балкону. Открыв двери, она вышла на небольшую площадку.

— Как красиво! — не удержалась от восклицания девушка.

Перед ней расстилалось море. Спросите, что тут особенного для испанской девушки, родившейся на побережье? Море — с высоты пятого этажа... Такого она еще не видела! Бескрайнее, безбрежное, с играющими в волнах солнечными лучами, со спортивными яхтами, разрезающими синеву ребристой поверхности. Даже соленый ветер был совершенно другим. Он впитал в себя огромный букет разных запахов - начиная с выхлопных газов, заканчивая тонкими ароматами элитных французских духов.

Пенелопа обернулась и увидела, как за ней наблюдает Джеймс.

— Я спущусь вниз на двадцать минут. Подожди меня здесь, — сказал он, показывая, что место Пенелопы в этом номере.

Пенелопа кивнула и, послушно выйдя с балкона, присела на удобное плетеное кресло.

— Я скоро! — сказал Джеймс и увидел, как выражение лица девушки резко переменилось, став испуганным. Он улыбнулся и подошел к Пенелопе. - Я вернусь. Я тебя не брошу. Я пошел заказывать обед для нас! - Он показал, как держит в руке ложку.

- А! Я поняла! Ты хочешь есть, ну конечно, иди! Я подожду тебя в номере! - Пенелопа озарила его улыбкой и присела обратно в кресло.

В холле было шумно, приехала новая группа туристов. Тем не менее, Джеймс сумел привлечь внимание знакомого портье — мужчины с большим пивным брюшком и тройным подбородком.

— Тони, где у вас поблизости есть магазин женской одежды? — спросил он его.

- Два квартала к югу, мсье Грант, - почтительно ответил он.

Джеймс поблагодарил его и быстро вышел из отеля...

Если кто-нибудь спросил бы Джеймса, что он испытывал, спеша по мощеной камнем дорожке к магазину женской одежды, он бы с легкостью ответил — радость! То ли потому, что его трехдневная командировка будет не такой скучной, как ожидалось; то ли потому, что у него появилась возможность кому-то помочь; то ли еще по какой-то причине - Джеймс еще не разобрался. В любом случае, он был рад видеть Пенелопу в «Гляско». А если бы она не зашла в отель? Или отправилась бы в другой? От этой мысли Джеймс поежился и удивился, что уже второй раз за короткие полчаса сходит с ума от мысли, что с Пенелопой могло случиться что-нибудь плохое.

Увидев над магазином надпись «Бутик Ля Приме», Джеймс отдышался и толкнул дверь.

В довольно большом помещении пахло духами со слабым запахом сирени. По салону магазина, состоящему из трех залов, неторопливо расхаживали дамы. У одной подмышкой торчала болонка в цветастом платье, у другой в руке дымилась сигарета на тонком мундштуке... В таком дорогом магазине посетительниц ни в чем, видимо, не ограничивали...

Все-таки странный народ — женщины! — с ухмылкой подумал Джеймс. Сейчас наверняка будут надо мной издеваться! Хотя сами устраивают истерики, когда мы не можем разобраться, какой плотности нужны колготки или же чем отличаются юбки-фитили от юбок-карандашей. Всего-навсего разрезом! Джеймс вспомнил выражение лица Ванессы, которая втолковывала ему эту ерунду.

— Что для вас, мсье? — спросила длинноногая продавщица.

— Мне нужна пара платьев, — ответил Джеймс и понял, что попал в неловкую ситуацию. - Для моей жены. Она получила солнечные ожоги и поэтому вынуждена была остаться в номере.

— Сожалею, — наигранно посочувствовала продавщица. - Какие именно вас интересуют платья?

— А какие есть?

Вышколенная продавщица не изменилась в лице. Лишь терпеливо поинтересовалась:

— Вечерние или повседневные?

— Те и другие, — быстро ответил Джеймс и огляделся по сторонам.

— Какой размер у вашей жены?

— Э... — Джеймс задумался. — С этим трудно...

— Какой у нее рост? Размер груди?

— Черт! - Джеймс выругался и начал вспоминать миниатюрную фигурку Пенелопы. — На голову ниже меня... И такая же худенькая, как вон та девушка с собакой... А грудь... грудь... — Джеймс закрыл глаза. — Вроде, примерно такая, как у вас... Э... извините...

— Ничего, мсье, я привыкла. Сейчас принесу несколько фасонов. Вы выберете.

Когда Джеймс выбрал пару платьев, продавщицы роем слетелись к нему и начали предлагать и сумочки, и туфли, и сексуальное белье. Джеймс только кивал головой, а довольные продавщицы складывали покупки в пластиковые пакеты, на которых переливалась надпись «Ля Приме».

Спустя пятьдесят минут Джеймс зашел в кабинку лифта и задумался.

Как ей все правильно объяснить? Как сделать так, чтобы ее не обидел столь широкий жест?

Двери лифта с перезвоном открылись, и Джеймс поспешил в свой номер.

В комнатах было тихо. Зайдя в комнату, где стоял телевизор, он поставил пакеты с покупками на диван и еле слышно приоткрыл двери в спальню. В комнате было темно. Плотные шторы полностью заблокировали солнечным лучам доступ в комнату.

Джеймс замер — негромкое дыхание раздавалось со стороны кровати.

Заснула... — подумал он, но тут услышал шорох.

— Джеймс? — с испанским акцентом шепнула она его имя.

— Да, — ответил он ей. — Спи...

— Джеймс! — Он увидел ее силуэт. — Я так рада, что ты вернулся! - Она подбежала и хотела было обнять его за шею, как полтора часа назад в холле, но вовремя спохватилась.

— Иди сюда! — Джеймс взял под локоток заспанную Пенелопу и подвел ее к дивану. — Это тебе! Одежда. Надеюсь, ты поймешь меня правильно!

— Это еда? Ммм... А я проголодалась. Надеюсь, ты скажешь дядюшке Жозе, сколько я задолжала тебе денег за номер. Не люблю быть кому-либо обязанной! — Пенелопа развернула пакет и удивленно взглянула на улыбающегося Джеймса.

— Это не еда! — Пенелопа отрицательно покачала головой. — Это прозрачные трусики! — Девушка почувствовала, как пол уходит из-под ее ног, как в ушах раздается длинный, резкий свист, а в глазах темнеет.

— Это аксессуар! Нет необходимости это надевать! Посмотри, какие я купил тебе платья! — Джеймс судорожно начал разрывать пакеты и доставать из них одежду. — Примерь!

— Ты решил купить меня тряпками? — Пенелопа готова была разрыдаться от обиды.

— Я так и знал... — Джеймс попытался взять девушку за плечи и, глядя ей в глаза, все объяснить. — Ты играешь роль моей невесты. Ванесса Людвиг — богата, она никогда не наденет одно и то же платье в течение двух или даже трех месяцев! А у тебя нет с собой одежды. У тебя нет с собой ничего! Возможно, это платье, которое на тебе, выглядит намного лучше, чем те, что я купил. Я не хочу тебя обидеть! Ткнуть тебя носом, будто бы ты не можешь позволить себе дорогую одежду! Нет! Я бы не посмел этого сделать. Понимаешь, ситуация вынуждает! Ты должна мне помочь! Прошу: сыграй роль Ванессы Людвиг! Надень эти платья, эти туфли. Три дня, всего три дня, потом можешь все это выбросить! — Джеймс, сопровождавший свои слова выразительными жестами, посмотрел в карие глаза Пенелопы и попытался понять, что она думает.