От дружбы до любви - Амарисса Ли

Нестерова гладит Кирилла по спине, хотя Сеня прекрасно знает, что ему не нравится, когда трогают чуть выше лопаток. Опасная зона, приносящая лёгкий озноб и мурашки по телу, после которых проносится волна наслаждения, уходящая стрелой в штаны. Однако, Дубровский не спешит отстраняться и продолжает стоять с ней, о чём-то переговариваясь.

Ловит себя на мысли, что наблюдает за развернувшейся картиной с долей ревности и неприязни, потому что Нестерова уже поперёк горла стоит. Сначала Рома, затем Кирилл. И все, кто так или иначе связан с ней. Это чистая случайность или жизненная несправедливость?

Когда Кирилл запрокидывает голову, смеясь и касаясь талии девушки, Панова вскакивает со стула, отодвигая его и не слыша ужасного шаркающего о плитку звука, который привлекает внимание всей чёртовой кофейни.

— Сень, — и голос Даши звучит где-то далеко, потому что сейчас перед глазами белая пелена злости и разочарования.

И почему вдруг подумала, что Кирилл не станет обжиматься с другими девчонками после поцелуя? Не эгоистично ли с её стороны просить лучшего друга научить целоваться, чтобы протестировать на другом, но не воспринять флирт Дубровского с другой?

Собственнические нотки мелькают перед глазами настолько сильно, что нет сил сдерживаться. Хватает пальто с сумкой, бормочет что-то себе под нос и уносится из кофейни, быстро перебирая ногами в сторону университета. Пролетает мимо курилки, ни разу не обернувшись на грёбаного Кирилла, который смотрел в её спину прожигающим взглядом.

Кирилл стоял с парнями, когда подошла Алина и прошептала на ухо, что ей немного стыдно за субботу, потому что перебрала с алкоголем и никак не хотела показаться чересчур навязчивой и доступной. Дубровский лишь рассмеялся, поняв, что девушка тут совсем не причём. Он буквально сам заставил её выйти на треклятый балкон и сам согласился поцеловаться.

Зато разъярённые шаги Сени, которая летит быстрее ветра, даже не заметив его, вызывают в нём удивление и непонимание. Смотрит на быструю походку и идеально ровную спину, будто напряжена до предела. И даже не застегнула пальто, так и оставив болтаться на плечах, хотя на улице сегодня достаточно холодно и дождливо.

Есения ни разу не оборачивается, пока окончательно не скрывается за поворотом во второй корпус. Кирилл цепляется взглядом за Дашу, которая бросает осторожный взгляд на него, намекая, что малышка не в самом хорошем настроении. Видит, как Рогова поджимает губы и ускоряет шаг, чтобы догнать Панову.

И что за хрень только что произошла?

Алина остаётся стоять в курилке, пока Кирилл медленно шагает на пару. Он вспоминает сегодняшнее утро, от которого на губах расцветает лёгкая улыбка. Прекрасно чувствовал, как Сеня дышала в его лопатки, не желая просыпаться, хотя будильник уже прозвучал. Бросала на него долгие задумчивые взгляды, будто долго переварила какую-то информацию.

Определённо, связанную с поцелуем.

Ему пришлось сделать вид, что он максимально не заинтересован в том, что случилось вчера. Это был просто поцелуй, который забудется. Ничего не измениться и всё будет также, однако это был блеф, в котором он заблуждался. Всё равно чувствовал, как лёгкие раскрываются, приятно вздыхая аромат вишни, который машинально наводит на мысль о том, что произошло вчера.

Её тёплые губы, дрожащий язык и приятное непроизвольно созданное трение бёдер.

Стоит забыть об этом, потому что несмотря на то, что произошло, ничего не изменится. У неё вот-вот появится парень, делая малышку окончательно недоступной. Даже в качестве дружбы, потому что нормальный и здравомыслящий парень будет против ночёвок с другом мужского пола.

Он теряет её, словно воду, которая ускользает из пальцев, уносится от берега лёгкой волной.

И даже собственные принципы меркнут, становясь прозрачным тюлем на фоне того, что было вчера. Это не просто какой-то вводный курс по тому, как правильно целоваться, а как правильно заводить своего партнёра, и Кирилл почему-то уверен, что она справится с тем, чтобы в ёбаный четверг покорить Григорьева.

Не радует даже сообщение Вики, которая прикрепила приветствие — интим-фото в красном кружевном белье. Выглядит до чёртиков пошло и вызывающе, но не столь эффектно, как Панова в его одежде верхом на его бёдрах, так тесно прижимающаяся и выдыхающая в его рот. Несмотря на то, что Трунова обладала далеко не стройной фигурой, всё же что-то было привлекающее в её теле. Может, безотказность в том, чтобы испытать кайф?

Чтобы сбросить лишний груз, скопившийся за трудный вторник, Кирилл едет вечером к Вике. Малышка не писала, даже не пыталась позвонить и никак не дала о себе знать. Он терпеливо ждал вечера, чтобы вторгнуться в личные сообщения и сказать, чтобы собиралась на прогулку.

Лёжа на постели после достаточно неплохого секса и стягивая презерватив, Кирилл прикрывает глаза, пока Вика уходит в душ. Сейчас он заедет домой, чтобы переодеться и смыть с себя остатки секса, чтобы приехать за Сеней. Трунова выходит из ванной, стаскивая с себя полотенце и виляя задницей до тех пор, пока не скрывает фигуру тонким халатом.

Плещет холодной водой в лицо, споласкивая член и засовывая в трусы. Вика предлагает покурить перед тем, как Кирилл уедет. Он соглашается и, накинув кофту, выходит на балкон, прикуривая. Вика выдыхает клубы дыма, смотря на тёмную улицу.

— Рассказывай, что у тебя случилось, Дубровский, — требовательно просит Вика, делая затяжку.

— С чего ты взяла, что у меня что-то случилось?

— Может, с того, что ты был грубее обычного? — хихикает, качая головой. — Обычно, ты не так быстро кончаешь.

Стоит ли говорить о том, что вместо её лица представлял другое? Конечно, нет. Это может здорово ударить по самолюбию. Да если даже не заденет, всё равно будет звучать крайне неприятно.

— Тяжёлый день, — отмахивается, словно не понимает, что Трунова не из тех людей, которые отстаивают после отказа или наплевательского ответа.

— Да ладно тебе. Плохой день? Кир, я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы понять, что с тобой не так. И то, что мы не общались несколько лет, никак не меняет того, что ты «изменился», — делает эти дурацкие кавычки руками, зажимая меж тонких губ сигарету. — Изливай мне душу, пока тлеет сигарета.

Кирилл усмехается, качая головой и отказываясь отвечать на маленький допрос, который устроила Трунова, однако стоит довериться ей, потому что ещё со времён тренировок по кикбоксингу Вика зарекомендовала себя с положительной стороны. Она никогда не ревела, когда прилетало слишком сильно. Никогда не стучала, пока парни тайком курили за гаражами перед тренировкой. И никогда не была падка