Рыцарь наслаждения - Маргарет Мэллори

Боковым зрением Изабель следила за тем, как Стивен Карлтон смеется и разговаривает с английскими рыцарями, простыми солдатами и местными дворянами, пролагая себе путь через переполненный зал. Люди разворачивались к нему, как металлические стружки к магниту.

Он обошел пышногрудую Мари де Лизьё, но она учуяла его, как охотничья собака чует дичь. В следующий момент он уже оказался в углу тет-а-тет с другой блондинкой. Они много смеялись и явно были на короткой ноге и наслаждались обществом друг друга.

— А это кто? — шепотом спросила она у Роберта. Роберт проследил за направлением ее взгляда.

— Кто? Та женщина со Стивеном Карлтоном?

— Да. — Изабель пригубила вино. — Она недурна собой. На самом деле женщина была потрясающе красива. Роберт взял горстку засахаренных орехов из вазочки на столе.

— О да, Клодетта так же хороша, как и ее знаменитая кузина..

— У нее есть знаменитая кузина?

— Одетта де Шампдивер, любовница французского короля.

Изабель покачала головой:

— Никогда о ней не слышала.

— Тебе известно, что король Карл сумасшедший?[1]— Его глаза блеснули. — Так вот, Одетта уже двадцать лет состоит у него в любовницах, а он об этом даже не подозревает.

Изабель рассмеялась — она могла слушать рассказы Роберта всю ночь.

— Сначала Одетта была любовницей его брата, Луи Орлеанского. Потом Луи стал любовником королевы, и вместе они послали Одетту в постель к королю вместо королевы — нарядили в ее платье, и все!

— И король поверил?

— Верит каждую ночь уже двадцать лет. — Роберт покачал головой. — Говорят, он никогда не отличался особым умом, а рассказать ему правду и навлечь на себя гнев королевы не рискнет никто.

— А Клодетта? — Изабель вновь перевела разговор на женщину, чья рука сейчас лежала на руке Карлтона.

— Клодетта умнее своей кузины. Она накопила денег и осталась независимой. — Роберт грустно улыбнулся Изабель. — Но я забываюсь, ведя с тобой подобные разговоры.

— Я рада, что ты это делаешь. Не люблю, когда со мной обращаются как с ребенком.

— Тогда я скажу так, — Роберт бросил взгляд на Карлтона, — если на публике мужчина с удовольствием общается с куртизанкой, это еще не значит, что он пользуется ее услугами в другое время.

Ну как Роберту удается все время угадывать ее мысли?

— И все же, — улыбка тронула уголки его губ, — Стивен не боится играть с огнем.

Играть с огнем. Господи помилуй! Каждый раз, когда она его видела, ей вспоминался эпизод в кладовой. Она снова чувствовала его губы на своих губах, его тело, прижатое к ее телу, его руки… Да спасет Господь ее душу, но она вообще мало о чем еще могла думать. Испытает ли она те же ощущения с будущим мужем? И греховно ли желать этого так отчаянно, всей душой?

Изабель взялась за кубок и сделала большой глоток.

— Семья Стивена жаждет, чтобы он остепенился — прежде чем чей-нибудь муж убьет его.

Она поперхнулась, едва не разбрызгав вино.

— Он заводит связи с замужними женщинами? — спросила она, прокашлявшись.

— Я снова тебя шокировал? — Роберт похлопал ее по спине. — Хорошенький же из меня получился наставник.

Для Изабель не было сюрпризом, что Карлтон заводит интрижки. Она поперхнулась вином, представив, что он действительно может целовать другую женщину так, как целовал ее.

— Для человека, который жаждет избежать свадьбы любой ценой, — пояснил Роберт, — замужние дамы — самый безопасный вариант.

— Он мог бы жить в воздержании.

Роберт взорвался таким громким хохотом, что многие головы, включая и голову Карлтона, повернулись к ним.

— Мне это не приходило на ум, но ты, конечно же, права. — Он взял ее ладонь и поцеловал, глядя Карлтону в глаза через весь зал. — Хотел бы я быть там, когда ты это ему предложишь.

Как будто услышав его слова, Стивен Карлтон покинул красавицу Клодетту и направился к ним. Его приветствие было в меру вежливым, однако дьявольская улыбка, которой он одарил Изабель, заставила ее забыть все слова.

Он уселся с другой стороны от Роберта и завел с ним непринужденную беседу:

— К лету мы будем контролировать большую часть Нормандии, включая твои родовые земли.

— Я буду странно себя чувствовать, вернувшись после стольких лет, — ответил Роберт. — А ты, Стивен? Когда ты отправишься в Нортумберленд, чтобы заявить права на владения своей семьи?

Изабель не удержалась — подалась вперед и спросила:

— Ваша семья потеряла свои земли?

Брови Карлтона взлетели вверх.

— А вы не знали? Мой отец, как и ваш, присоединился к северным мятежникам.

Значит, ему известно об ее отце.

— Но ваш брат близок к королю, разве нет?

— К счастью для меня, Уильям сражался за Ланкастеров, — улыбнулся Стивен. — Он мой сводный брат. Так как он единственный из родни не запятнал себя перед Короной, матушка отправила меня жить к нему, когда мне исполнилось двенадцать.