От любви не спастись - Кэрол Мортимер

– Как раз мое, Бет. Меня касается все, что связано с тобой. Если в твоей жизни есть мужчина, он должен быть…

– Кастрирован?

– Проверен, – сухо поправил Рафаэль.

– Как ты намерен это сделать? – с вызовом спросила Бет. – Перетряхнешь его жизнь – семью, друзей, место работы, прежние связи – прежде чем решишь, прошел ли он твой персональный тест?

– Пока не знаю. Еще не сталкивался с такой задачей.

– Разве тебе не приходилось проверять женщин, с которыми встречался Цезарь?

– Я не собираюсь обсуждать личную жизнь Цезаря с тобой или с кем-нибудь еще.

Раздражение Бет улетучилось, уступив место обычному желанию вывести Рафаэля из себя.

– Боишься, я расскажу Грейс, каким плохим мальчиком был Цезарь до встречи с ней?

– Бет… – В голосе Рафаэля прозвучал упрек.

– Не волнуйся, я пошутила. Грейс так любит его, что смотрит только в будущее.

– И правильно делает, – твердо сказал Рафаэль и нетерпеливо добавил: – Мы идем в какое-то определенное место или будем бесцельно бродить еще час?

– Я заказала столик у Рональде. Выбрала итальянский ресторан, потому что не знаю ни одного аргентинского. Он очень хороший, редакторы часто встречаются там с авторами.

– Хотелось бы надеяться, ни один из этих редакторов не окажется твоим бойфрендом и не устроит сцену из-за того, что ты пришла со мной.

– Это было бы интересно! – засмеялась Бет.

– Скорее типично для тебя, чем интересно.

Она надула губы:

– Знаешь, замечания вроде этого могут ранить мои чувства.

– Сильно сомневаюсь.

– По-твоему, у меня нет тонких чувств?

– По-моему, ты будешь в восторге, если двое мужчин подерутся из-за тебя.

Бет задохнулась:

– Ты готов побить кого-то за меня?

– Только в том случае, если этот кто-то будет угрожать твоему здоровью.

– Ох.

– А чего ты ожидала? Я совершил ошибку, поцеловав тебя, но это не значит, что у меня появился к тебе личный интерес. – Его тон стал резким.

Бет почувствовала, как жар заливает щеки – от того, что Рафаэль напомнил о вчерашнем, да еще вслух признал это ошибкой.

– А вот теперь ты нарочно говоришь мне гадости.

– Мне кажется, ты хотела услышать что-то в этом роде.

Странно, но в его словах содержалась большая доля истины. Любая реакция со стороны Рафаэля была для Бет предпочтительнее утреннего ледяного молчания по дороге в Лондон. С другой стороны, она совсем не хотела, чтобы говорить ей неприятные вещи вошло у него в привычку, поэтому сменила тему:

– Надеюсь, ты любишь итальянскую кухню.

– Какая тебе разница!

– Рафаэль…

– Прошу прощения, этот было грубо, – пробормотал он. – Ничего не имею против.

– Надеюсь, мое общество не испортит тебе удовольствие.

Что мог сказать Рафаэль? Конечно, по правилам телохранителю не полагалось садиться в ресторане за стол клиента. Однако совместный ланч мог сгладить последствия вчерашнего ужина. Кстати…

– Управляющий обещал через пару дней найти временного повара в усадьбу. Если мы плотно поедим сейчас, вечером обойдемся легкой закуской.

– Ты очень практичен, – сухо заметила Бет.

– Судя по тону, ты считаешь это недостатком, – сказал Рафаэль, открывая перед ней дверь ресторана.

– Немного спонтанности тебе бы не помешало. – Бет назвала свое имя, и официант проводил их к столику у окна.

Рафаэль подумал, что именно его спонтанность привела к тому, что он перешел черту накануне вечером. Оплошность обошлась ему дорого: почти до рассвета он не мог заснуть, заново переживая ощущения, которые испытал с Бет, вспоминая нежность губ, мягкость груди в ладони, вкус упругого соска.

Святая Мадонна, одна только мысль об этом заставила его возбудиться!

– Рафаэль?

Он постарался взять себя в руки и сел за столик напротив Бет, прикрыв клетчатой скатертью красноречивую выпуклость под брючным ремнем.

Когда несколько минут назад Бет, выйдя из издательства, поцеловала его, Рафаэль был совершенно сбит с толку. Хорошо еще, что не успел ответить на поцелуй – хватило выдержки дождаться объяснений. Зато он остро ощущал тепло ее руки на своем локте, когда они шли к ресторану. Кроме того, фраза Бет о якобы имеющемся у нее в Англии бойфренде все еще оставалась неразъясненной, и это вызывало у Рафаэля необъяснимое раздражение.

Впрочем, был у Бет бойфренд или нет, спонтанная эрекция от одного только воспоминания об эротической прелюдии с ней наводила на мысль, что – с практической точки зрения – он больше не может отвечать за ее безопасность, поскольку не способен контролировать себя в ее присутствии. Возник вопрос, как объяснить это Цезарю, не посвящая его в подробности вчерашнего происшествия.

– Ты разговаривал сегодня с Цезарем?

Рафаэль на миг испугался, что Бет читает его мысли, но, судя по ее рассеянному виду, она просто старалась поддерживать вежливую застольную беседу.

– Вчера поздно ночью.

– И что? – Она взяла хлебную палочку из высокого стакана в центре стола.

– Он передавал тебе привет и поцелуй от Грейс, – сообщил Рафаэль прикипевший взглядом к ее губкам, деликатно смыкающимся на хрустящей корочке. Ему было слишком легко представить на месте этой хлебной палочки свой…

– Которые ты забыл донести до меня утром.

Рафаэль откинулся на спинку стула, пытаясь расслабиться. Нелегкая задача, потому что Бет продолжала лениво посасывать эту чертову палочку прямо у него перед носом. Он даже заподозрил сознательную провокацию, но потом решил, что она даже не задумывается, насколько сексуально это выглядит.

– Ты не была расположена к беседе утром в машине, – немного охрипшим голосом напомнил он. – А последние несколько минут мы говорили о других вещах.

– Ты и сам был не особенно разговорчив. К тому же по утрам от меня вообще мало толка.

– Постараюсь запомнить.

Бет могла представить себе только одну ситуацию, в которой это знание могло бы ему пригодиться. С учетом того, что он признал ошибкой даже поцелуи, совместное пробуждение казалось ей чрезвычайно маловероятным.

– Мы с Грейс в свое время заключили договор. Она не разговаривает со мной по утрам, а за это я не рычу на нее.

Несколько секунд Рафаэль смотрел на нее, словно собрался что-то сказать, но передумал. Вместо этого перевел взгляд на меню:

– Что посоветуешь?

– Все вкусно, – сказала Бет, со вздохом облегчения углубившись в изучение ассортимента. Это было гораздо продуктивнее, чем таращиться через стол на загадочно-неотразимое лицо мужчины, который даже не скрывал, что она раздражает его.