Поздняя любовь - Кристина Ролофсон

* * *

На этот раз, услышав крики, Джед сразу сообразил, что происходит. Кэсс, маленькая девочка с чрезмерно развитым воображением, увидела во сне огромного быка и завизжала от страха. Джед оставил винтовку на стене и не забыл надеть штаны, прежде чем помчаться на помощь.

Он не успел задуматься над тем, что заставило его подняться на второй этаж, но когда он вбежал в освещенную спальню, Эбби так ему улыбнулась, словно рада была его появлению.

— Ей приснилось, будто она каталась на быке, — пояснила Эбби. По-моему, рассказы мистера Быка производят слишком сильное впечатление.

— Он знает много историй, Кэсс, — сказал Джед маленькой девочке. Она прижималась к маме, глядя на него расширенными от ужаса глазами. — Но это не значит, будто все они правдивые.

— Он ездил на быке, — прошептала она, посмотрев на своего спящего брата и убедившись, что тот не подслушивает.

— Да. Многие участники родео ездят на быках. А маленькие девочки нет. Джед надеялся, что сумеет ее успокоить, но, кажется, она ему не поверила.

Эбби добавила.

— Это правда. Детям не разрешают кататься на быках.

— А у тебя есть быки?

— Да, но они живут очень далеко, на другом конце ранчо, — заверил ее Джед.

— Правда? — она зевнула.

— Очень далеко, и, кроме того, на этих быках нельзя кататься, потому что они слишком ленивые. — Джед, не задумываясь, шагнул ближе к кровати. Когда-то у нас был бык по имени Сэл. Он был таким маленьким, что мы его все время теряли. Он прятался среди деревьев, а Тай говорил, что он просто боится коров.

К его огромному удовольствию, Кэсс захихикала.

Джед пытался не смотреть на ее мать, одетую в ту же самую футболку. Он снова почувствовал себя дураком. Надо было остаться внизу.

Кэсс отпустила мамину руку и уткнулась в подушку.

— Спасибо за помощь, — сказала Эбби, укутав девочку одеялом. Простите, что снова вас разбудили.

— Нет проблем. — Джед попятился к двери, не сводя глаз с ее лица. Ниже посмотреть он боялся. — Завтра Тай подготовит для вас отдельное жилье.

Возвращаться в постель ему не хотелось. Джед зашел на кухню выпить воды и полюбоваться лунным светом, вливающимся в открытое окно. Он не понимал, откуда взялось это странное чувство одиночества, но оно ему совершенно не нравилось.

В коридоре раздались тихие шаги. Эбби вошла на кухню и остановилась в нерешительности, увидев Джеда у окна. На ней был длинный белый халат поверх футболки.

— Ой, простите, я не знала…

— Что кто-то еще не спит? Я смотрел на луну. — Джед указал на окно. Сегодня полнолуние, видите?

Эбби подошла ближе. Джед был уверен, что это всего лишь жест вежливости.

— Очень красиво. — А затем она взглянула на него, и в ее серых глазах отразилась печаль. — Мы не даем вам спать.

— Хотите выпить?

— Я, собственно, за молоком пришла. Думала, оно поможет мне уснуть.

— Мне нужно что-нибудь покрепче. — Джед нагнулся и открыл шкафчик под раковиной. — Вы выпивку никуда не переставляли?

— Нет пока.

Джед отыскал бутылку, а Эбби тем временем достала из буфета пару граненых стаканов.

— Виски или апельсиновый сок, миссис Эндрюс?

— Виски, мистер Монро.

Он заметил ее улыбку, когда ставил бутылку на кухонный стол.

— Что смешного?

— Вы можете называть меня Эбби.

— Если вы будете называть меня Джедом. — Джед налил немного янтарной жидкости в каждый стакан и отставил бутылку в сторону.

— Я согласна, — пообещала она, поднимая стакан и чокаясь с ним. — За сон без кошмаров.

— За сон без кошмаров, — откликнулся Джед и сделал хороший глоток.

— Здорово, — сказала Эбби, облокотившись о кухонный стол. Джед не понял, имела ли она в виду выпивку или луну. — Уолт, небось, не будил тебя посреди ночи.

— Нет, но и готовил он гораздо хуже, — признался Джед, снова повернувшись к окну. — Ради твоего картофельного пюре можно и не такое стерпеть. — Эбби стояла в полуметре от него, и все же он чувствовал тепло ее тела. Наверное, это сон. Джед не помнил, чтобы ему когда-либо приходилось пить виски и любоваться луной наедине с женщиной в три часа ночи. Ему хотелось сбежать, но его ноги словно приросли к полу.

— Вам, западным мужчинам, так легко угодить.

«Знала бы ты, как легко, — подумал Джед. — Можешь кормить нас консервированной фасолью и ореховым маслом, а мы будем есть и нахваливать. Ты только улыбайся, и мы будем довольны».

Эбби сделала еще один глоточек.

— Я очень ценю твое отношение к нам. Я постараюсь, чтобы ты не пожалел об этом.

Он уже жалел. Ему хотелось прикоснуться к треугольнику обнаженной кожи над воротником ее халата. Ему хотелось почувствовать ее тепло здесь, в лунном свете, прямо на этой кухне.

Джед откашлялся и снова взглянул на луну.

— Ага, я думаю, все к лучшему. Ты не решила, что будешь делать с твоей жестянкой?

— Ты имеешь в виду фургон?

Джед кивнул.

— Пока еще нет. Надо узнать, можно ли его отремонтировать. А когда выясню, во сколько это обойдется, тогда и буду решать.

Он снова кивнул, хотя совершенно ее не слушал. Эбби что-то сказала о ремонте. Наверное, имела в виду тот кусок металлолома, стоящий во дворе.

— Ага, — произнес Джед, заставляя себя повернуться и уйти от этой женщины, которая уедет от него сразу же, как только сможет. Ему нет дела до ее кожи. Она совершенно ему не нужна. Но тело его не слушалось.

— Наверное, теперь я смогу уснуть, — с улыбкой произнесла Эбби, поставив на стол пустой стакан. — Спасибо за виски.

— Пожалуйста. — Это было все, что он смог сказать, глядя, как она выходит из темной кухни.

Вернувшись в кровать, Джед понял, что никогда еще не чувствовал себя таким одиноким. Его постель была слишком холодной.