Заложники любви - Кэрри Томас

Поездка Анны в Ноттингем в компании Гарольда получила горячее одобрение всей семьи Ролтон. Она знала, что, если придется заночевать в доме Гарольда, никто не будет беспокоиться, и уж меньше всех Дэниел.

Ведя машину по шоссе, Анна невольно улыбнулась, подумав: если бы они знали, что Гарольд ничем не лучше прочих и способен на естественные для мужчин порывы! Она прекрасно понимала, что только теснота салона удержала Гарольда от соблазна заняться любовью в, машине. А это означало, что в более подходящих для интимного уединения условиях он может оказаться куда настойчивее.

Впрочем, Анне была приятна мужская агрессивность Гарольда. Она даже гордилась собой, радуясь, что сама-то теперь не теряет головы, не сходит по Гарольду с ума. Да, Анну ошеломила яростная страстность Гарольда, но она не сомневалась, что малейшая попытка сопротивления тотчас остановила бы его, даже в кульминационный момент.

Добравшись до магазина брата, возле которого условилась встретиться с Гарольдом, Анна через стекло витрины увидела его беседующим с Дэниелом. Она вошла в магазин, и мужчины, услышав звон колокольчика, возвестивший о ее приходе, немедленно прервали беседу. Гарольд буквально впился взглядом в разгоряченное лицо Анны, она ответила ему легкой дружеской улыбкой.

— Привет, Гарольд! — весело поздоровалась она, но, взглянув на брата, тут же нахмурилась, когда заметила под его глазами темные полукружья. — О, дорогой! Бессонная ночь?

— Сегодня была моя очередь вставать ночью к сыну. Этот маленький дьяволенок так разошелся, — Дэниел с трудом улыбнулся, — что я спал от силы два часа.

— Что поделаешь, таковы радости отцовства, — сочувственно заметила Анна.

— Я и не жалуюсь, — ответил Дэниел и обратился к Гарольду: — Не пора ли и тебе попробовать?

— Как-нибудь, на днях, — отшутился тот. — Энни, по совету Дэниела я заказал ланч в итальянском ресторане.

— Чудесно! Ты не хочешь перекусить с нами? — спросила Анна брата.

— Нет, спасибо. Берегу силы для вечера. Мама обещала посидеть с Тимоти, а мы с Терри пойдем в ресторан. Впервые после рождения сына. Кстати, Энни, пока не забыл! Утром звонил твой друг. Я примерно описал ему ту мебель, которая будет выставлена на продажу на будущей неделе.

— Фрэнк? Он что-нибудь выбрал?

— Да, кое-что. — Дэниел обернулся к Гарольду. — Я предложил ему кое-что из твоего наследства, но — безуспешно.

— На вкус и цвет… — Гарольд пренебрежительно пожал плечами.

— А что именно он хотел? — поинтересовалась Анна, чувствуя неловкость из-за того, что Фрэнк Освальд «воротит нос» от старинной мебели, доставшейся Гарольду в наследство.

— Ему нужен маленький столик начала девятнадцатого века из красного дерева. А еще он хотел…

— Нам пора, — не слишком вежливо прервал Дэниела Гарольд и подтолкнул Анну к двери. — До встречи, Дэниел.

— Ты, оказывается, нетерпелив, — попеняла Гарольду Анна, когда они шли к ресторану.

— Я хотел поскорее остаться с тобой, — объяснил он, — поэтому ставлю Дэниелу пять с плюсом за то, что ему хватило такта не пойти вместе с нами.

— Вы с ним еще успеете посидеть за ланчем, у вас, кажется, это стало традицией, — съехидничала Анна. — Но мне все-таки приятно, что сегодня ты предпочел мою компанию.

— Рад слышать. Кстати, если не хочешь идти в итальянский ресторан, мы можем зайти… — Гарольд огляделся, — да вот хоть сюда.

Они проходили мимо ресторана, где месяц назад Анна была с Фрэнком Освальдом.

— Не стоит, — отказалась Анна. — Здесь непомерно дорогие цены. Я однажды была тут с Фрэнком.

— А! Этот строитель с изысканным вкусом! — фыркнул Гарольд.

Анна изумленно взглянула на него — столько в голосе Гарольда было злобного сарказма. Гарольд прибавил шагу, Анна едва за ним поспевала.

— Куда ты так торопишься? Мы никуда не опаздываем.

— Прости, — извинился он и пошел медленнее.

— Послушай, почему тебе неприятно, что Фрэнк отказался от твоей мебели? — осторожно спросила Анна.

— Дело не в мебели, а в женщине. Или, если быть точным, только в женщине. Мне стало любопытно, для кого он заказывал столик. — Гарольд вдруг резко остановился. — Энни, скажи мне правду, — не обращая внимания на прохожих, он до боли сжал ее руки, — насколько серьезно ты относишься к этому человеку?

— Это не твое дело! Но я, так и быть, отвечу. У меня ни перед кем нет никаких обязательств. А теперь отпусти меня, ради Бога, — Анна сердито взглянула на него, — на нас смотрят.

Они продолжили путь.

— Что же тогда вас связывает? — допытывался Гарольд.