Один - ноль в пользу женщин - Мелисса Джейкобс

Мне очень нравится проект «В постели». Возможно, потому, что сегодня я не работаю. Мария Саймонс и три ее помощника работают в филадельфийском бутике сети «Будуар». А еще трое ее подчиненных из офиса наблюдают за такими же мероприятиями в пяти разных городах. Больше половины моих сотрудников трудятся не покладая рук. А что же я? Пью клюквенное вино с двумя спортсменами из «Игле», хоккеистом из «Флайерс», членом городского совета и их женами.

Я попросила Марию дать мне задание на этот вечер. Но она уже знает – это проверка «передающей системы» от Лекси. То есть я даю ей возможность проявить себя. Ведь это ее день. И все же я попросила Марию считать меня членом команды и дать мне какое-нибудь поручение. Она попросила занять именитых гостей. Я просто обожаю свою сотрудницу.

Тем не менее я в курсе того, как проходит наше мероприятие здесь и в других городах. Младшенький – вот мои глаза и уши в офисе. Именно ему поручено, если возникнут осложнения, соединить разгневанного владельца «Будуара» или какую-нибудь знаменитость с нужным сотрудником «Голд груп». Я звоню Майку каждые полчаса. Пока все в порядке.

Время приближается к пяти часам вечера – наш час пик. Это время телевизионного включения, когда репортаж о событии выйдет в «Новостях» на всех крупных телеканалах. Если оператор появится сейчас, сюжет может быть готов к пяти или к шести часам. Если нам повезет и сегодняшний день будет беден новостями, его повторят в одиннадцать. А если наше везение будет полным, сюжет повторят еще и завтра в шесть утра.

Заполучить телевизионщиков на такое мероприятие все равно что сыграть в рулетку, и пишущие журналисты ждут затаив дыхание, когда появится хотя бы один из них. И все же если ты настоящий профессионал, то знаешь, как справиться с такой ситуацией. В этом случае ты сделаешь так, чтобы вместе с оператором приехал репортер. А если ты суперпрофессионал, то договоришься с репортером о том, чтобы записать материал днем, а вечером, во время «Новостей» сделать прямое включение с праздника.

Мария, естественно, профессионал, и ей везет. Насколько я могу судить, она все отлично продумала. Три оператора готовы к выходу в прямой эфир, и в запасе еще два готовых репортажа. Это настоящий успех, который не так уж часто встречается.

Ко мне подходит один из операторов, давний знакомый.

– Студия требует, чтобы в постели не было звезд, – говорит он.

– У меня нет списка. Дай мне пятнадцать секунд, все выясню. – Я знаю, что операторов нельзя заставлять ждать. Их жизнь поделена на отрезки протяженностью тридцать секунд. И они ужасно нетерпеливые.

Честно говоря, я очень давно не видела список. По рации, которую мы арендовали на день, я обращаюсь к Марии:

– Мария, это Лекси.

Я не трогала ее целый день, поэтому она тут же отзывается:

– Лекси, я тебя слушаю.

– Новостям Эн-би-си десять нужен обычный человек. Кто у нас по списку?

– Следующий хоккеист, а потом юрист Рон Андерсон. Оператор может подождать пятнадцать минут?

– Как, ты сказала, его имя?

– Рон Андерсон.

– Мария…

– Что? – Она торопится – я слышу, как ее окликают по имени. Я же потеряла дар речи. – Что, Лекси? Что? – нервничает она.

Ладно, пусть будет что будет. В Филадельфии, должно быть, сотня Ронов Андерсонов. По крайней мере не один – это точно.

– Оператор готов подождать, – говорю я ей. – Мы согласны на Рона Андерсона. Увидимся через пятнадцать минут.

Больше всего мне сейчас хочется отыскать в магазине своего бывшего жениха. Но я должна оставаться рядом с оператором и следить, чтобы он не заскучал или чтобы его вдруг не отправили снимать другое событие. Десять минут спустя гости аплодируют спортсмену и его жене – их пятнадцать минут подходят к концу, и пара освобождает постель. У меня гудит рация.

– Лекси, это Мария.

– Слушаю.

– Мы готовы к съемкам.

Я веду оператора к огромной кровати, которая стоит на платформе высотой три фута, и от этого кажется еще больше. Как я и предполагала, на ней мой бывший жених. А рядом с ним уютно устроилась изящная брюнетка, очень похожая на меня. Есть лишь одно отличие – судя по всему, тридцать ей еще не скоро. На мой взгляд, ей двадцать шесть.

Все внимание Рона приковано к моей миниатюрной копии и к огромным часам, отсчитывающим оставшееся время. Я знаю, что он обдумывает стратегию, как с блеском продержаться эти пятнадцать минут.

Оператор включает софит. Рон смотрит в нашу сторону, прикрыв глаза рукой. Я стою рядом с оператором, понимая, что он не видит меня из-за ослепляющего света.

– Не возражаешь, если мы покажем вас в «Новостях» в шесть и в одиннадцать часов?

– Нисколько. – Рон отвечает за себя и за свою девушку.

– Представься, пожалуйста, в камеру.

– Рон Андерсон.

– А кто эта счастливица?

– Рэнди Кэтчмен. Моя невеста.

Целых пятнадцать минут я стою в десяти футах от бывшего жениха, который целуется со своей новой невестой. Весь наш штат теперь узнает, что он обручен. И пусть она – моя миниатюрная копия, это все-таки не я.