Улыбка святого Валентина - Лейни Дайан Рич

Йен вошел в комнату, поставил чашку с горячим чаем на стол передо мной и сказал, кивнув на тахту:

– Присаживайтесь. Честно говоря, кофе у меня сейчас нет, будем пить чай.

На моей чашке красовалась надпись: «Бабушкина кухня».

На чашке Йена – «Лучшая бабушка в мире». Весьма оригинально, подумалось мне.

– Но я собираюсь пополнить свои кофейные запасы, – сказал Йен, превратно истолковав мое замешательство.

– Не считайте себя обязанным идти на поводу у моих американских привычек, – поспешила успокоить его я и отпила из. чашки, едва не ошпарив при этом язык и гортань. – У Вашего чая такой изысканный вкус и аромат! – добавила я. – Вообще-то я люблю чай не меньше, чем кофе.

– Как говорится, не лезь в чужой монастырь со своим уставом, – сказал Йен, улыбаясь.

Мы помолчали. Взгляд Йена скользнул по книге, лежащей на столе между нами.

– Вы на меня, надеюсь, не сердитесь? – спросил он.

– Естественно, не сержусь. Вы солгали весьма искусно, так что все в порядке, – хмыкнув, ответила я.

– Собственно говоря, ложью это назвать нельзя, – возразил Йен.

– А как же тогда это называется? Я спросила, знамениты ли вы, и вы заверили меня, что нет.

– Вот, оказывается, какая вы! – Он погрозил мне пальцем.

– Какая? – прищурившись, спросила я.

– Злопамятная и коварная! Разве не вы сказали, что моя фамилия вам ни о чем не говорит? – Йен сложил руки на груди.

– Предлагаю заключить мир! – вскинув ладонь, воскликнула я. – И в знак примирения выпить чаю.

Йен улыбнулся и, сделав глоток, миролюбиво произнес:

– Знаете, мне даже нравится знакомиться с людьми, которые не знают, что я знаменит. Чрезмерное внимание к собственной персоне утомляет, иногда хочется побыть простым смертным. Вы со мной согласны?

– Я вас понимаю, – кивнула я.

– Расскажите, как обстоят у вас дела с написанием диссертации, – попросил вдруг Йен.

– Прекрасно! Она почти завершена, – солгала я.

– Если не ошибаюсь, вы занимаетесь творчеством Остен?

Я смущенно потупилась, поймав себя на мысли, что давно даже не прикасалась к рукописи.

– Да, и этим тоже, – уклончиво промямлила я.

– Что ж, желаю вам успешно защитить вашу диссертацию, – подняв чашку, сказал Йен. – И сделать удачную карьеру. После защиты вы сможете претендовать на звание профессора.

Я потупилась, густо покраснев. Мой живой интерес к Остен в последнее время несколько увял под воздействием обуревающих меня тяжких сомнений в правильности избранного мною пути. Похоже было, что Йена мои дела всерьез интересовали, он сверлил меня изучающим взглядом, так, словно бы уже представлял в образе будущей героини своей книги, какой-нибудь пришибленной жизнью кладовщицы книжного магазина.

Собравшись наконец с духом, я подняла голову и сказала:

– Я завидую людям, твердо знающим, чего они хотят. Раньше мне казалось, что я, будучи совладелицей книжного магазина, просто обязана поступить в колледж и серьезно изучать классическую литературу. Но теперь, почти добившись всего на этой стезе, я начала сомневаться в правильности избранного пути.

– Значит, вы на распутье? – участливо спросил он. Я промолчала. Йен привстал, протянул руку и сказал, погладив меня по плечу:

– Ничего страшного, все со временем образуется. Не переживайте.

Я взглянула ему в глаза и поняла, что мне лучше уйти.

– Благодарю за чай, – сказала я, встав из-за стола.

– Не стоит благодарности, заходите! – Он тоже встал и добавил: – Спасибо за булочки.

Мы с улыбкой взглянули друг на друга, я вздохнула и направилась к выходу. Он распахнул для меня дверь – и я пошла к своему автомобилю, не оборачиваясь. И только подъехав к «Пейдж», я сообразила, что забыла взять у него автограф.

– Значит, у вас с Йеном Беккетом ничего не было? – спросила Бьюджи, сделав глоток лимонада из бокала.

Вот уже битый час мы болтали после чудного обеда, которым они с Дэви меня угостили. Разморенная вкусной едой и вином, я разоткровенничалась и поведала им всю историю своего знакомства с английским писателем, чего они, собственно говоря, от меня и добивались.

– Да окажись я в одной постели с таким мужчиной, – воскликнула в сердцах Бьюджи, – нам с ним было бы не до сна.

– Как это ни странно, – флегматично заметил Дэви, – но меня твоя реплика почему-то не возмущает. – Он встал и, взяв со стола бутылку и мой бокал, вылил в него остатки вина. – Я понимаю, что на нее так воздействуют гормоны. Видела бы ты, какими глазами она смотрела вчера на доставщика пиццы!