Кольцо для наследника - Линн Грэхем

– Ты беспокоишься о том, что может подумать мой дед? – предположила Рози. – Но люди не женятся только потому, что у них есть ребенок.

– Это будет правильный поступок, – категорично заявил Алекс. – Наиболее практичный подход.

– Я не согласна. Ты не хочешь жениться на мне, Алекс. И я не выйду за тебя замуж только из-за беременности. Это будет несправедливо по отношению к нам обоим, – спокойно возразила Рози. – Но, полагаю, следует поблагодарить тебя за такой ответ. Это была хорошая мысль.

Алекс смотрел на нее в оцепенении, не в силах поверить, что она отказала ему, абсолютно не раздумывая.

– Хорошая мысль?!

– Это очень старомодный подход, – печально пояснила свою мысль Рози. – Но ты можешь не беспокоиться на этот счет. Я тоже не хочу выходить за тебя замуж. Пожалуйста, будь честным со мной.

Алекс плотно сжал красивые губы:

– Я честен с тобой, Рози.

– Алекс, ты не хочешь взять меня в жены и не хочешь быть отцом. Я чувствую твое нежелание, – взволнованно произнесла Рози. – Тебе не нужно притворяться со мной. Я потрясена твоим решением, но не считаю правильным брак, заключенный только из чувства долга.

– Твой дедушка будет совершенно не согласен с тобой.

– Если мы когда-нибудь встретимся с ним, нам придется соглашаться друг с другом. Мне не нужен идущий к алтарю под гнетом обстоятельств муж или не расположенный к ребенку отец. Это неразумно, – убежденно проговорила она. – Прежде всего, я не смогу войти в твой мир. Твои друзья будут смеяться надо мной. Я буду смущать тебя. Боже мой, я уборщица!

– Никто не будет смеяться над тобой, когда я буду рядом, – выдавил Алекс, растягивая гласные так, что у нее по спине побежали мурашки. – Я постараюсь сделать все возможное, чтобы стать хорошим мужем и отцом.

– Но ты не любишь меня… А заставлять тебя изображать любовь мне не по силам, – запротестовала Рози.

Алекс бросил на нее насмешливый жалящий взгляд:

– Любовь – это похоть, не более того. Кстати, могу заверить, что в сексе я вряд ли разочарую тебя.

Столкнувшись с таким цинизмом, Рози убедилась, что приняла мудрое решение.

– Я не согласна, что любовь между мужчиной и женщиной – только похоть. И если я когда-нибудь выйду замуж, то по любви.

– Я не смогу дать тебе это, – процедил он сквозь зубы.

– И прекрасно. Потому что я не собираюсь выходить за тебя замуж, – ответила Рози.

Ее душила злость. Почему Алекс уверен, что ей не дано пробудить в нем любовь? А потом Рози рассердилась на себя за то, что вообще подумала об этом.

– Может быть, тебе лучше сконцентрироваться на попытках полюбить нашего ребенка, когда он родится?

Алекс побагровел. Глаза его сверкали, как бриллианты на темном ночном небе.

– Ты ведешь себя глупо, Рози.

Она скрестила руки на груди:

– Я поступаю правильно.

– Отказаться от моего предложения, не обдумав все как следует, – очень глупо, – строго сказал он.

– У нас был роман на одну ночь. Это не отношения, – бросила в ответ она. Ее истинный темперамент вырывался наружу, как лава пробивается на поверхность. – Ты не знаешь меня. Или не хочешь знать. Ты ушел после той ночи и не пожелал встретиться со мной хотя бы еще один раз.

Легкий румянец появился на скулах Алекса.

– Но я знал, что увижу тебя снова, когда повезу в Грецию, чтобы ты встретилась с дедушкой, – напомнил он.

– Я не знаю, приму ли я когда-нибудь твое объяснение. Сегодня мне хватило твоей реакции на сообщение о ребенке, – сказала Рози.

Алекс посмотрел на нее. Сочные розовые губки упрямо сжались в тонкую линию.

Разочарование переполняло его. Он не привык к неповиновению или сопротивлению. Он был готов связать ее и отнести в самолет, вне зависимости от того, что она почувствует по этому поводу. Потому что он всегда знал, что лучше.

– Планируешь ли ты продолжать убираться каждую ночь во время беременности? – поинтересовался Алекс с нескрываемым презрением.

Рози вспыхнула:

– А ты как думаешь?

– Если тебе нужна моя поддержка прямо сейчас, можешь бросить работу и сосредоточиться на экзаменах, – добавил он задумчиво. Ему больше нравилось представлять Рози с книгами, нежели с огромным пылесосом, слишком тяжелым для нее. – Вряд ли нужно объяснять, что работа, которой ты занимаешься, недопустима для женщины в твоем положении.

Рози побледнела:

– Это верх глупости. Я отлично справляюсь.

– Ты упала в обморок, – напомнил Алекс. – Ты считаешь, это нормально?

Рози сжала кулаки:

– Хочешь знать, почему я упала в обморок? С утра меня мучило недомогание. И я не поела. Нервная поездка в офис и попытки найти тебя довели меня до срыва. У меня закружилась голова, вот и все.

– А если у тебя закружится голова на ступеньках лестницы, то ты можешь упасть и получить травму. Могу ли я допустить это? – взорвался Алекс. – Какой мужчина способен разрешить беременной женщине заниматься тяжелым трудом?

– Тот самый мужчина, который занимался со мной сексом и ушел посреди ночи без всяких объяснений, – мгновенно парировала Рози. – Давай не будем делать вид, что ты мистер Чувствительность и мистер Заботливость. Потому что ты таковым не являешься.

Ее слова еще звенели у него в ушах, когда Алекс взял телефон, связался с экономкой и приказал подать завтрак для буйной гостьи. Он был в ярости, он не испытывал ничего подобного с тех пор, как был подростком. Он не заполучил Рози. Она его не слушает. Не уважает. Она даже не согласилась встретиться с Сократесом.

– Почему ты так смотришь на меня? – потребовала ответа Рози. – Я сама могу о себе позаботиться. Ты не должен беспокоиться.

– Ты заботишься о себе так хорошо, что позволила мне лечь с тобой в постель в первую же ночь, – прорычал он.

Не в состоянии оспорить истину, Рози тем не менее не шевельнулась и не моргнула. Она знала, что раздражает Алекса, но подозревала, что любой, кто возражает ему, вызывает у него раздражение. Она отказала ему, и он был вынужден выслушать это и принять.

– Каждый совершает ошибки… – задумчиво проговорила она. – Ты был моей ошибкой.

Алекс шагнул вперед, удивляясь тому, что она бесстрашно стоит перед ним, а ведь его повышенный тон всегда заставлял сотрудников искать укрытие. Как посмела эта женщина назвать его ошибкой? Как посмела она отвергнуть предложение руки и сердца, как будто оно ничего не стоит? Как посмела она не послушать его, Алекса Ставролакиса?

– Та ночь не была ошибкой, – проворчал он.

Его прожигающий взгляд не отрывался от треугольного личика, задерживаясь на аквамариновых глазах и сочных розовых губах. Это смущало Рози. Она не могла справиться с реакцией своего тела. Рози почувствовала, что ее грудь наливается и растягивает свитер. Отвердевшие нежные соски терлись о колючую шерсть. Боль внизу живота была уже не нова для нее, потому что она мечтала о повторении почти каждую ночь.