Свадьба на Рождество - Алиса Лунина

Ксения хотела, чтобы ей стало легче, однако перспектива обнажаться перед Егором ее не устраивала. Она решительно отстранилась от него. Он подошел ближе.

– Обещаю, что поможет.

Ксения вспыхнула:

– Не надо ничего этого!

– Чего этого? – усмехнулся Егор. – Стесняешься, что ли?

– А ты не знал, что с девушками это иногда бывает?

– Перестань! – Он погладил ее по голове, как маленькую. – Считай, что я забочусь о тебе, как об Аньке! На правах старшего брата.

Ксения повернулась к нему спиной и сняла футболку. В следующую минуту она вскрикнула, потому что Егор прикоснулся к ней. Очень бережно, нежно он втирал в ее кожу что-то согревающее. Вскоре, то ли от той жидкости, что она выпила, то ли от бальзама, которым Егор натер ей спину, Ксении захотелось спать. Увидев, что она зевает, Егор сказал:

– Ложись и спи. Завтра все будет хорошо.

«Правда?» – спросила она глазами. Он кивнул.

…Или у Егора были волшебные руки, или бальзам мамы Сони обладал чудодейственной силой, но на следующее утро она действительно чувствовала себя хорошо. Чудеса!

* * *

Ксения с Аней болтали на веранде. Несколько представителей кошачьей полосатой команды чинно расположились рядом и внимали беседе. Аня рассказывала о любимых фильмах, когда ее прервал выглянувший на веранду Егор. Протянув Ксении свой телефон, он пояснил, что ей звонят из Москвы.

– Костя?! – изумилась Ксения.

Костя сказал, что уже прилетел в Москву и сейчас заказывает билет в Сочи; он обещал перезвонить, чтобы сообщить ей номер рейса. Поговорив с женихом, Ксения объяснила Егору, что, поскольку у Кости сохранился этот номер, он использовал его для связи с ней. Егор посетовал, что не догадался купить ей новый мобильник, и предложил пока взять его айфон.

Когда Егор ушел в дом, его телефон снова зазвонил. Ксения ответила на вызов, подумав, что звонит Костя.

– Это кто? – недовольно спросила незнакомая девушка вместо приветствия.

Ксения замерла, не зная, что ответить, и выдавила вежливое «здравствуйте».

– Где Егор? – сухо поинтересовалась незнакомка.

Ксения ответила, что может передать ему трубку.

С минуту девушка молчала, потом уточнила:

– Вы его сестра?

– Нет, я… случайная знакомая, – выдохнула Ксения.

– Вот как?! – с подчеркнутой иронией воскликнула барышня. – Ну, так будьте добры передать ему, что звонила его невеста! Леля!

– Хорошо, я передам! – Последние слова Ксения крикнула уже в никуда, потому что Леля отсоединилась.

Найдя Егора, Ксения рассказала ему о своей оплошности. «Извини, я такая дура… Наверное, подвела тебя, да?»

Егор пожал плечами:

– Пустяки, Леле я все объясню, она поймет.

После обеда Егор уехал в город, а вернувшись через пару часов, вручил Ксении новенький мобильный. «Позвони жениху, сообщи свой номер».

– Спасибо, – сказала Ксения, – ты продолжаешь меня спасать. И что я потом буду делать… ну, когда мы расстанемся?

Вместо ответа смущенный Егор предложил ей прогуляться.

Пес Мальчик увязался за ними. Когда шли к бухте, Егор заметил, что Ксения просто чеховская дама с собачкой; собачка, правда, крупновата, зато с дамой все в порядке – хрупкая, утонченная, в глазах тайна.

* * *

Посмеиваясь, Егор рассказывал, как научил плавать Аню – они с Владом выбросили ее из лодки, и ей не оставалось ничего другого, как поплыть к берегу; зато теперь Анька плавает всеми известными стилями.

Ксения призналась, что лично она умеет плавать только одним способом – топором. Зато быстро. «Хотя я очень хотела научиться плавать, даже записалась в плавательную секцию, но из этого ничего не вышло».

– Почему? – удивился Егор.

– Не знаю. В теории я старалась все выполнять правильно, руки-ноги работали, как надо, и все получалось, пока я была на суше или на мелководье; а когда заходила на глубину, включался страх, меня охватывала паника, и я впадала в ступор. Что с этим делать?

– Убрать страх. Расслабиться. Наслаждаться процессом. Просто плыть, это же такое удовольствие!

Ксения сникла – легко говорить, если вырос на море и чувствуешь себя в воде как рыба.

– Эй, – Егор осторожно дотронулся до ее руки, – все в порядке?

– Нет, – честно призналась Ксения. Какой может быть порядок у человека, который боится воды, самолетов, лифтов, замкнутых, а также открытых пространств?! И она вывалила на Егора спрессованный ком своих переживаний и страхов. «Вот еще это, и это, и на закуску – то!»

Сраженный ее признаниями, Егор схватился за голову:

– Поэтому ты так странно вела себя в самолете? А я не знал, что думать.

– Да у меня от страха в полете даже зубы стучали. Аэрофобия – страшная вещь. Прошу тебя, придумай такое средство передвижения, чтобы в нем было не страшно! Пусть даже скорость будет меньшей…

– Ксюша, такое средство передвижения уже придумали. Называется троллейбус. Кстати, по статистике самолет куда безопаснее автомобиля.

– Умом я это понимаю, – согласилась Ксения, – но мои страхи – логикой не задавишь. А у тебя есть какие-нибудь фобии?

– Увы, – виновато вздохнул Егор, – я бесчувственный, толстокожий человек со здоровой нервной системой. Единственное, чего я боюсь – остаться голодным. Ксюша, а давай разберем по полочкам все твои страхи.

…Егор слушал ее внимательно, при этом хоть и посмеивался, но не иронизировал, не крутил пальцем у виска, не смотрел на нее, как на ненормальную, а когда она высказала наболевшее, заметил, что на самом деле все не так страшно. «Во всяком случае, ты рассказываешь о своих чудачествах с таким юмором, что они выглядят забавными и безобидными».

…Слушая ее откровения, он позволил только одно ироническое замечание. Когда Ксения покаялась в своем главном страхе – привязанностей и замужества, Егор хмыкнул: «Какая ты еще маленькая, Ксюша! Меньше Аньки!»

Ксения обиженно замолчала.

– Извини, я, правда считаю, что семья это главная ценность, – примиряюще сказал Егор.

– А тебе известно, что по статистике, каждая вторая пара в наше время разводится?!

– Ты боишься подкрепить собственным примером эти печальные данные? – в глазах Егора плясали лукавые смешинки.

– Просто я должна быть уверена в том, что этот брак – навсегда, – отрезала Ксения.

– Ну это понятно, я тоже женюсь не для того, чтобы потом разводиться.

Странное дело, как только Егор упомянул о своей свадьбе, у Ксении испортилось настроение. Ей даже захотелось спросить: так что же – приговор окончательный и обжалованию не подлежит?