Крепкий орешек - Уинифред Леннокс

— Так вы приедете? — вернул ее в реальность взволнованный голос Дорис.

— Разумеется! Не так ли, дорогая? — спросил Джастин, поворачиваясь к Маргерит.

— Что — разумеется? — напряженно переспросила она.

Сегодня утром он ни разу не прикоснулся к ней, но всякий раз при встрече откровенно раздевал ее взглядом, и, надо сказать, ему не было необходимости особенно напрягать фантазию после прошедшей ночи.

— Мы присоединяемся к Дорис на пасхальные каникулы! Возьмем отпуск…

— Ты — как угодно, а что касается меня…

— То ты тоже сделаешь это! — твердо закончил за нее Джастин. — Не хочешь же ты сказать, что я поеду без тебя?

Маргерит смутилась.

— Дорис, видишь ли, я…

В этот момент Джастин так больно сжал ей пальцы, что она вскрикнула.

— Мы едем! — с улыбкой подытожил он.

— Что все это значит?! — в бешенстве воскликнула Маргерит, когда они остались одни. — Я не имею ни малейшего намерения отправляться на Корфу с тобой, и ты об этом прекрасно знаешь!

— Но почему бы тебе не съездить? Или ты предпочитаешь остаться в Англии с Хьюго?

— С Хьюго? — в замешательстве переспросила Маргерит, только сейчас вспомнив, для чего, собственно, она наняла Джастина.

— С ним самым, — кивнул Джастин. — Проводив жену на самолет, он прямо из аэропорта ринется к тебе.

Маргерит задумалась. В словах Джастина был резон, и перспектива новых боев с Хьюго ее совершенно не прельщала.

— Чего ты добиваешься? — с досадой спросила она. — Возможности отдохнуть за чужой счет?

Она надеялась, что выведет его из себя, но Джастин лишь рассмеялся.

— Отдых будет совершенно нелишним, но у меня есть и другие соображения…

— Например, намерение соблазнить свою клиентку? — с вызовом поинтересовалась Маргерит.

— Откуда ты все знаешь? — Он ничуть не смутился. — Кстати, Маргерит, — бросил Джастин ей вслед, когда она круто развернулась и пошла прочь, — не кажется ли тебе, что давно пора открыть твоей подруге глаза на собственного мужа?

Маргерит побледнела и обернулась к нему.

— Ты не посмеешь!

— Тогда доверься мне, — непреклонно сказал он.

— Ах ты… Тебе известно, что ты негодяй?!

— В таком случае мы одной породы, — вполголоса заметил он. — Или ты считаешь, что твое поведение этой ночью можно назвать порядочным?

— Ты не понял меня…

— Если не понял — объясни! Введи меня в курс дела.

Маргерит смотрела на него и не могла проронить ни слова. Говорить о прошлом она не могла, а признаться в том, что действительно является девственницей, сейчас, при свете дня, казалось ей слишком постыдным.

Наверное, мне так и суждено умереть девственницей, с внезапной горечью подумала она, мучимая стыдом и раскаянием за свое поведение минувшей ночью.

— До Пасхи осталось меньше месяца! — без конца повторяла Дорис за ланчем, не обращая внимания на дурное настроение мужа.

— Вот и чудно! — огрызнулся он. — Если тебе так приспичило, отправляйся на Корфу одна и оставь меня в покое!

— А в чем проблема? — поинтересовался Джастин. — Неужели трудно выкроить несколько дней для замечательного отдыха?

— Ну пожалуйста, не бросай меня! — взмолилась Дорис.

— Ладно, так и быть, постараюсь, — проворчал Хьюго.

Полчаса спустя Маргерит и Джастин ехали по шоссе в сторону Лондона. Мрачная как туча Маргерит злилась на себя за то, что позволила Джастину манипулировать собой.

— Дуешься? — спросил он уже на подъезде к Лондону.

— Зачем ты принял приглашение Дорис? — раздраженно спросила Маргерит. — Ты не имел на это никакого права!

— На то у меня были свои причины, — уклончиво сказал он. — Только не пытайся отвертеться от поездки под тем или иным предлогом. Ты сама знаешь, что в этом случае произойдет…

— Это шантаж? И ты рассчитываешь получить удовольствие от такого отдыха?

— Я — несомненно. Что касается тебя… Не волнуйся: ни я, ни тем более Хьюго не станем угрожать тебе силой…

Маргерит подумала, что Джастину, пожалуй, вовсе не надо прибегать к силе — достаточно подойти к ней вплотную, и… Догадывается ли он о том, какой беспомощной она ощущает себя в его присутствии? Что ж, если он выбрал ее в качестве жертвы, он с самого начала имеет преимущество. Зато ее козырь состоит в том, что она знает о его истинных намерениях, о чем он вряд ли догадывается…

Остановив машину у дома, Джастин вынул огромную дорожную сумку из багажника и поставил на траву.

— Я только припаркую машину и провожу тебя наверх, — спокойно, по-хозяйски, сказал он.

— Я сама в состоянии дойти до своей квартиры, — буркнула Маргерит.

— Ни на секунду не сомневаюсь в этом, но я просто обязан выполнить свою работу до конца.

Он дотащил сумку до квартиры, отпер дверь и любезно отступил в сторону.

— А счет? — неуверенно спросила Маргерит.

— Оставим этот вопрос открытым до нашего возвращения с Корфу, — беспечно посоветовал Джастин. — Думаю, я не перетружусь, да и тебе хуже не будет…

Маргерит насупилась.

— Зачем тебе это?

Он усмехнулся.

— Может быть, я решил дать тебе еще один шанс. Ну, ладно, до встречи в Хитроу.

И, прежде чем она успела что-либо сказать в ответ, Джастин ушел.

Он, видите ли, решил дать мне шанс! — раздраженно подумала Маргерит. Какой шанс? Что он имел в виду?

В понедельник утром Маргерит пришла на работу с твердым намерением через агентство эскорт-услуг связаться с Джастином и отменить поездку на Корфу, но, едва она переступила порог кабинета, выяснилось, что нужно срочно лететь в Нью-Йорк — заключать новый контракт. В Лондон она вернулась через десять дней и несколько раз попыталась связаться с агентством, но там никто не брал трубку, и Маргерит, успокоившись, с головой ушла в свои дела.