Старый друг - Грейс Стоун

Грейс шла нарочито медленно, как-то по-новому глядя на Джека — этого знакомого и одновременно совсем незнакомого молодого мужчину: уверенного в себе, немного снисходительного, улыбающегося. Она уже обратила внимание на то, как все слушали его: едва не открыв рты, словно он был пророк Моисей, а они — толпа евреев, уже «созревших», до того чтобы бродить за своим предводителем по пустыне чуть ли не сорок лет. Наверное, если бы им выдали листы и карандаши, они бы записывали за ним!

Одна из девиц стояла особенно близко, а на ее лице застыло чуть ли не благоговение. Да что же это такое! Грейс стиснула зубы и невольно ускорила шаг. Неожиданно Джек поднял голову и посмотрел прямо на Грейс, словно почувствовал ее приближение. На какой-то миг у нее перехватило дыхание — конечно, из-за быстрой ходьбы! — но к тому времени, как Грейс добралась до Джека, она уже тщательно контролировала каждый вздох.

— Джек, я везде тебя ищу, — неловко пробормотала бедняжка, потому что взгляды всех присутствующих тут же обратились на нее.

«Кажется, у Джека появилась массовая группа поддержки, — подумала Грейс. Но как оказалось, дела обстоят гораздо хуже — это были уже «созревшие» фанатики! — Как ему удалось завербовать в свой лагерь огромное количество людей с такой немыслимой скоростью? Не иначе, происки нечистой силы!»

— Извини, дорогая, кажется, я немного увлекся… — Свои слова Джек сопроводил таким нежным и немного виноватым взглядом, что у Грейс, вдруг напрочь позабывшей о том, что все это лишь «спектакль», едва не отпала челюсть.

Когда Грейс уводила несостоявшегося пленника, возникшая толпа идолопоклонников Джека едва не роптала от разочарования. А она еще боялась, что он опозорится перед гостями Эми!

— Что ты им наплел? — чуть слышно проговорила Грейс, для всех остальных продолжая улыбаться.

— Кому — им? — лениво поинтересовался Джек.

— Гостям Эмили… Надеюсь, ты не сказал им, что ты профессор?

— Нет. Все думают, что я менеджер в крупной инвестиционной компании.

— Что?! — У Грейс едва ноги не подкосились. — Что ты им сказал?

— Я ничего не говорил. Я просто направил их мысли в нужном направлении, и они сами так решили.

— «Направил в нужном направлении»? — переспросила Грейс, не зная, смеяться ей или плакать. — То есть ты был настолько убедителен?.. Правдоподобен?.. Смог поддержать разговор?

— Тоже мне бином Ньютона! — фыркнул он. — Никаких проблем…

— «Никаких проблем»? — уже грозно переспросила она.

— Грейс, хватит повторять за мной! Не случилось ничего страшного. Все они настолько… несведущи, что даже минимум знаний, основы кажутся им чем-то сверхъестественным. Но при полной некомпетентности все поголовно жаждут легких денег…

— Погоди, погоди… Они спрашивали твоего совета?

— Ну да…

— И ты им что-то посоветовал?

— Я просто сообщил им аналитические прогнозы и поделился парой своих соображений. Между прочим, я довольно хорошо разбираюсь в инвестициях и фондовом рынке, — уже резко сказал он. — Мои интересы не ограничиваются только лишь моими… научными исследованиями. Если ты этого еще не заметила, я разносторонний человек. Я сам вкладываю деньги в акции и получаю неплохой доход. Кроме того, я очень неплохо зарабатываю сейчас, а дальше буду еще больше.

— И от скромности ты не умрешь!

— Я просто не понимаю, что ты на меня взъелась!

— А ты действительно играешь на бирже?

— Я не игрок. Я вкладываю деньги с целью получения дохода, — снова повторил он. — Что бы ты ни думала, я очень серьезно отношусь к таким вещам, ведь рано или поздно я женюсь, и мне нужно будет заботиться о содержании своей будущей семьи, об обучении своих детей…

При упоминании о семье и детях в груди Грейс кольнуло еще болезненнее, чем раньше. Раньше он никогда не затрагивал эту тему. Впрочем, к своему стыду призналась себе Грейс, она и в самом деле не слишком-то интересовалась его делами. Даже вот не сразу узнала, что Джек стал профессором! Девушка попыталась представить себе, как бы Джек выглядел в профессорской мантии и этой смешной шапочке, у которой впереди болтается кисточка, но не смогла. Почему-то вместо этого перед ее внутренним взором появилось другое видение: Джек в своей любимой клетчатой рубашке с засученными рукавами, откинувшись на стуле, пьет кофе, а напротив него пристроилась очаровательная девушка — его жена! Легкий утренний ветер, влетая через открытое окно, раздувает шторы, солнце заливает комнату, витает аромат свежесваренного кофе, сдобных булочек, стоящих посередине стола в плетенке. И они — Джек и его жена — совершенно счастливы, они улыбаются друг другу, и им совершенно нет никакого дела до того, что где-то — может, совсем недалеко — страдает от одиночества Грейс Митчел!

— Грейс, с тобой все в порядке?

— Нет! — мрачно ответила Грейс.

— Мне казалось, что твои дела шли неплохо.

— Плохо! — снова возразила она с еще большей мрачностью. — Если ты не заметил, то я тебе скажу: Ричард сегодня не появился, так что мы зря старались!

— Думаю, что волноваться не о чем. Здесь полно людей, которые при встрече поделятся с ним подробностями этой вечеринки.

— Ты прав, — пробормотала Грейс, досадуя на то, что эта светлая мысль посетила не ее голову.

— Думаю, что мы произвели на публику достаточно сильное впечатление и теперь можем со спокойной совестью покинуть сие мероприятие, — вынес окончательный вердикт Джек.

Наверное, ему все до чертиков надоело, решила Грейс, она, ее проблемы и плохое настроение, подвыпившие гости с низким интеллектом, громкая музыка и чересчур пристальное внимание. Но Грейс так задело, что он поскорее хочет от нее избавиться, что она, едва осознавая смысл собственного заявления, брякнула:

— Но сначала мы должны правильно закончить нашу «произвольную программу»!

— О чем ты?