Фанзолушка - Эшли Постон

Неизвестный номер, 21:48

– А как же эпизод 26?

21:48

– Там, где его разум поглотила Мгла? Не смеши меня.

– Если только я не ошибаюсь и ты не хочешь меня поправить, ваша светлость Федерации.

Неизвестный номер, 21:48

– Почему-то мне кажется плохой идеей поправлять тебя, когда речь идет о «Звездной россыпи».

– У меня часто возникают плохие идеи.

21:50

– Без них ты бы не был Карминдором.

– Не в обиду.

Неизвестный номер, 21:51

– Не обиделся. Мне жаль ту несчастную галактику, которой я буду править.

– Муа-ха-ха.

– Итак, ты – Звездный Стрелок?

21:51

– Во мне течет кровь Федерации.

– А ты?

Неизвестный номер, 21:52

– Рожден при разрушении Бринкс. Обещаю и клянусь.

– Мм…

Словно я поверю его клятвенному обещанию, кем бы он ни был. Молния снова пронзает небо, на этот раз ближе. Я жду грома. Секунда – триста метров. Две – шестьсот. Три – девятьсот. И вот он раздается, медленный и мелодичный.

Папа всегда любил грозы. То, как они сотрясают дом, словно сердце бьется в груди.

Неизвестный номер, 21:59

– Можно задать тебе странный вопрос?

22:00

– Ну попробуй.

Неизвестный номер, 22:00

– Что ты думаешь о новом Карминдоре?

Ой-ой-ой. Я вспоминаю мой пост в блоге. Разгромный пост. Я бы соврала ему, если бы сказала не абсолютную правду.

22:00

– Ты о Дэриене Фримене?

Неизвестный номер, 22:00

– Да.

Я запрокидываю голову, чтобы посмотреть, как за окном бушует буря. Можно прислать ему ссылку на мой пост, но если он Звездный Стрелок, то наверняка знает, что я думаю. Точнее, что думает автор поста. Ни в одной вселенной Дэриен Фримен не станет Карминдором. Я решаю сменить тему.

22:01

– А ты что, фанат «Морской гавани»?

Неизвестный номер, 22:01

– Девочек Гилмор, пожалуйста. Кофе. С – сообразительность.

– Думаешь, он не потянет?

– В смысле Дэриен.

Не знаю, почему я говорю то, что говорю. Наверное, потому, что он спрашивает. Значит, ему нравится подбор актеров.

22:01

– Думаю, если он постарается, у него может получиться.

– Я имею в виду, это бы сделал Карминдор. Постарался бы. Даже если шансы нулевые.

– Но кто знает, захочет ли Дэриен Фримен постараться.

Неизвестный номер, 22:01

– То есть ты считаешь, он может хорошо сыграть? Ты – как фанат?

22:01

– Можно ответить после дождя?

Неизвестный номер, 22:01

– Зависит от того, долгий ли ливень.

Я выглядываю в окно, вода ручьями течет по ночному небу. Хочу ответить: «Нескончаемый». Однако вместо этого пишу:

22:02

– Пока он не изменит мое мнение, наверное.

– Например, не покажет, что готов постараться.

Дэриен

Марк все еще сидит там, где я его оставил, по-прежнему посасывая пиво. Когда я проскальзываю в дверь, он поднимает бровь.

– Возвращение блудного сына, – вместо приветствия. – Остыл?

– Вполне. – Я сажусь напротив него.

Его пальцы летают над древним «блэкберри», тишину нарушает лишь пощелкивание клавиатуры. Полупустой бутылкой я выстукиваю по бедру главную тему «Звездной россыпи».

Если Звездные Стрелки хотят доказательств, что я их Карминдор, один из них, несмотря на то что не смог ответить на вопрос про а’блену в программе «Доброе утро, Америка» (а это еще долго будет преследовать меня), мне надо стать фанатом. А им я сумею стать только одним способом.

Всегда будут люди вроде присоски, мужчины из столовой, автора блога «СтрелокПовстанцев». Сквозь их громкие крики ничего не слышно. Но будут также и люди вроде собеседника на другом конце телефона, шепчущие тихо, но уверенно. Люди, ради которых я подписывал контракт. Потому что знаю, каково это. «Звездная россыпь» была рядом со мной, когда не было ни дурацких родителей, ни дурацких друзей. Поэтому я взялся за эту работу. Потому что я фанат.

– Я поеду на конвент, – говорю я.

Марк отрывает взгляд от «блэкберри».

– Правда?

– Я только что это сказал.

Он встает.

– Замечательно! Рад это слышать.

Я поднимаю руку.

– При одном условии.

Он снова садится.

– Конечно. Ты уверен, что условие только одно, не два, не три? – Он смотрит на потолок, почти закатывая глаза. – Ну и что же это?

Вот оно. Целься. Пли.

– Я хочу помогать жюри на конкурсе косплееров. Не просто быть звездой экрана, позирующей перед фотокамерой. Я хочу быть частью фэндома.

– Частью чего? Фэндома? – На идеально гладком лбу папы проступают мельчайшие морщины – верный знак того, что его переполняют эмоции. – Это непопулярно, Дэриен.

– Пожалуйста, всего один раз. Чтобы показать, что я один из них.

– Но ведь это не так.

Я поджимаю губы.

– Я же все равно там буду. Мы могли бы сделать это популярным.

Марк ерзает в кресле, явно что-то подсчитывает в уме. Опустится ли Крис Пайн до того, чтобы судить конкурс костюмов? А Крис Эванс? А Крис Хемсворт?

– Это будет непросто, – говорит он наконец.

– Но если ты позволишь мне…

Он поднимает палец, останавливая меня.

– Думаю, это может сработать. А «ЭкселсиКон» наверняка будет рад согласиться на это. – Он делает еще глоток пива. – Да, полагаю, мы можем сделать из этого рекламу. Держать тебя на первом плане, у всех на виду. Ты гений.

Мне не нравится хитрое, расчетливое выражение, медленно проявляющееся на его лице. Что он придумает? Не уверен, что хочу это знать. Однако он не сказал «нет». В кои-то веки я победил.