Поцелуй шотландца - Сабрина Йорк

– Упрямее, чем Сюзанна?

Эндрю не знал, что побудило его задать этот вопрос.

Магнус закатил глаза.

– О, мальчик мой, ты даже не представляешь!

– И в кого же она упрямая, в мать или ее отец тоже был упрямым?

Эндрю сам не знал, зачем он об этом спросил. Конечно же, не потому, что хотел побольше узнать о мужчине, завоевавшем Сюзанну Даунрей.

Магнус наморщил лоб.

– Джилли?

– Джилли?

– Джилли Макбин. Ее муж, упокой Господи его душу. Я бы не сказал, что он был упрямым. Нет. В нем не было упрямства. Он был… он был приятным малым.

Эндрю прикусил губу, чтобы удержаться от возражений. Сюзанна и «приятный» мужчина? Он не мог представить их вместе.

– Приятный и тихий. Он был не из тех, кого бы я выбрал для нее в мужья. И я не ожидал, что она может влюбиться в мужчину такого типа. Но они были очень счастливы. И он очень любил Изабелл. Чертовски жаль, что он вот так умер.

Эндрю застыл.

– Как он умер?

– Он утонул в озере где-то год назад. – Магнус покачал головой. – Поехал на лодке рыбачить, это было одним из его любимых занятий. По-видимому, лодка перевернулась, и… и все.

– Какая жалость!

– Сюзанна была вне себя от горя. Она его очень любила.

Эндрю подавил внутренний стон.

– Я в этом уверен.

Магнус сделал еще глоток и надолго замолчал, глядя на потрескивающий в камине огонь. Потом повторил:

– Чертовски жаль, что так вышло, очень жаль.

Эндрю собирался что-нибудь сказать, сменить тему, может быть, даже завести разговор об оборонительных сооружениях замка, но вдруг Магнус тихо продолжил, словно говоря с самим собой:

– Штука в том, что хотя Джилли мало что умел делать, но плавать он умел.

– Прошу прощения?

– Он умел плавать. Лучше всех, кого я знал. Странно, что он утонул. И это озеро он знал как свои пять пальцев.

– Но бывают же несчастные случаи, – предположил Хеймиш.

Магнус вздохнул:

– Да, бывают.

Он потер лицо ладонью, и вдруг сразу стало заметно, что он устал и болен. Эндрю и Хеймиш переглянулись. Если хозяину нездоровилось, правила хорошего тона требовали откланяться и уйти. Еду они наверняка найдут на кухне – Хеймиш уже познакомился с хорошенькой поварихой, которая, по его словам, была сговорчивой. Но прежде чем он успел что-нибудь сказать, взгляд Магнуса вдруг оживился.

– Скажи, Эндрю, ты ходишь на охоту?

– На охоту? – Какой же мужчина не ходит? – Я люблю охотиться.

– Превосходно!

Магнус потер руки, следы усталости удивительным образом исчезли. Остаток вечера он рассказывал охотничьи истории одну за другой, и все они вращались вокруг охотничьего мастерства Магнуса. Ни Хеймишу, ни Эндрю не удавалось вставить ни словечка.

Выйдя от Кейра, Сюзанна решила посвятить остаток дня хозяйственным делам: она обошла фермы, проверяя, по графику ли идут осенние посадки, и встречаясь с арендаторами. Избегать Эндрю было нетрудно, но вот избегать мыслей о нем – куда труднее. Что бы она ни делала, ее преследовал его призрак. Он был великолепным мужчиной во всех отношениях. От этой мысли она раздражалась еще сильнее. А поцелуй? Каждый раз, когда Сюзанна вспоминала о том поцелуе, ее бросало в жар, она чувствовала голод, жажду… жажду большего. Что было совершенно нелепо. Она не хотела большего. Она не хотела, чтобы он снова ее целовал. Она хотела от него только одного: чтобы он уехал. Вскочил на своего коня и ускакал обратно в Даннет. И оставил ее в покое.

Просматривая отчеты о добыче соли, встречаясь с управляющим имением, чтобы обсудить, что нужно отремонтировать на мельнице, совещаясь с предводителем гильдии рыбаков, Сюзанна думала, что было бы хорошо передать заботы о защите Даунрея кому-нибудь другому. Это была еще одна из обязанностей, которую ей нужно было втискивать в и без того загруженный день. Да, она бы с удовольствием перепоручила это кому-нибудь еще. Кому угодно. Кому угодно, кроме него. Сюзанну очень сильно задело, что он ее даже не помнил, в то время как она была не в состоянии его забыть. А сегодня… о, сегодня ее воспоминания и сожаления стали еще острее.

Впервые они встретились в прекрасный весенний день. Она тогда приехала в гости к родственникам, жившим в небольшой деревушке неподалеку от Перта. Она была тогда очень молодой. И очень глупой. Поэтому, когда на прогулке по лесу она встретила красивого парня, она разрешила ему заговорить с ней и очаровать ее. Она даже с ним флиртовала!

На следующий день, когда она опять вышла на прогулку, возможно, в надежде снова его увидеть, он был там. На этот раз он взял ее за руку и продолжал держать ее, пока они гуляли по лесу. А еще через день он ее поцеловал. В те дни все казалось очень простым. Сюзанна была в восторге от того, что ею заинтересовался такой красивый парень. Перед его ослепительной улыбкой она была беззащитна. Когда он пустил в ход свои уловки, она не могла устоять, да и не хотела. За считаные дни она в него влюбилась. Влюбилась и отдала ему все. И это ее почти уничтожило. Потому что однажды она в очередной раз вышла на прогулку, полная надежд, и нашла его… но он был не один. Он был в лесу, на их месте! И держал в объятиях Кирсти Ганн.

Сюзанна была уничтожена. На следующий день она уехала и больше не возвращалась. Сюзанна не ожидала, что может когда-нибудь увидеть его снова. Она отдала ему все, а он даже не сказал ей свое полное имя. Как она могла предположить, что он окажется Эндрю Лохланнахом? Что он – брат того мужчины, за которого вышла замуж ее сестра?

Проведя долгий день в попытках убежать от своего прошлого, Сюзанна устало поднималась по лестнице. Она шла и думала, что в конце концов все к лучшему. Она научилась быть осторожной. Она узнала истинную сущность мужчин. Все они эгоисты, не способные быть верными, и их действиями руководит не мозг, а совсем другой орган. И усвоив этот урок, она испытала огромное облегчение, потому что теперь она больше не позволит себя одурачить.

Она завернула за угол и направилась по коридору к своим комнатам. Она знала, что день предстоит напряженный, знала она и то, что отец пригласит на обед его, поэтому она распорядилась, чтобы ей подали еду в ее покои. Сейчас она хотела только одного: рухнуть в кресло и ни о чем не думать. Свернуться клубочком и закрыться ото всех. И еще, пожалуй, укрепить защитные барьеры, которые она вокруг себя воздвигла.

До нее донеслись отголоски низких мужских голосов. Она встала как вкопанная. Потом, затаив дыхание, подошла на цыпочках к двери галереи библиотеки. Галерея опоясывала всю библиотеку по кругу. В детстве они с Ханной частенько устраивались там, наверху, и шпионили за отцом и его приятелями. Со своего наблюдательного пункта они много чего узнали, в том числе, возможно, много такого, что юным девочкам знать не следовало.