Дом у озера - Сьюзен Виггз

— А вы ей скажете? — спросила Кэлли.

— Обязана сказать.

— Мам, — подал голос Аарон. Он всегда заступался за тех, у кого случались неприятности. Наверно потому, что и сам частенько в них попадал.

Просить не пришлось — безвинно пострадавшая всего неделю назад, Кейт быстро уступила:

— Хорошо, не скажу. Но мне хотелось бы услышать объяснение.

Кэлли отпила воды.

— Я… ну, я остаюсь в домах… тех, где убираю. И где никто не живет, — призналась она. — Но никогда никому не мешаю и всегда за собой прибираю. Точно. Я не знала, что вы сегодня приезжаете. Ей-богу, думала, вы завтра будете.

— Мы решили приехать на день раньше. — Кейт задумчиво кивнула. Глаза у девушки были беспокойные, на лбу пролегли морщинки. — Где твоя семья, Кэлли?

— У меня никого нет, — последовал бесстрастный ответ.

— Объясни, как это получилось.

— Мама уехала, а отца я никогда и не видела. — Она небрежно откинула волосы, показывая, что ее это нисколько не волнует.

— Так ты бездомная? — спросил Аарон.

Кэлли взяла из чашки ягоду. Положила в рот.

— Ну, вообще-то меня определили в приемную семью, да только оттуда пришлось уйти. Не смогла остаться.

— Почему? — снова спросил Аарон.

В глазах, серых, как озеро в бурю, Кейт прочла то, что Кэлли никогда бы не признала в присутствии Аарона.

— Я с ними просто не поладила, — сказала она.

— Ты можешь остаться с нами, — предложил Аарон.

Кейт едва не проглотила косточку. К счастью, Кэлли предвидела возможную реакцию.

— Нет, малыш, вам я мешать не стану. — Она отодвинулась от стола. — Мне пора сматываться. Поднимусь, заберу свое барахло и смотаюсь. — Девушка встала и направилась к лестнице.

Кейт посмотрела ей вслед. Что-то в Кэлли цепляло ее. В мешковатом спортивном костюме, сером и не своего размера, она выглядела немного неуклюжей, а голову постоянно держала чуть опущенной, словно ожидала удара. И все же, несмотря на грязные босые ноги и страшненькую одежду, в ней ощущались присущие подросткам гордость и самомнение. Ногти на руках и ногах были аккуратно покрашены розовым лаком. Аарон с упреком взглянул на мать.

— Помолчи, — предупредила Кейт, поднимаясь. — Я сама с ней поговорю.

— Я так и знал. — Аарон слетел со стула и двумя короткими ударами сразил воображаемого противника.

— Пока я буду разбираться, можешь поиграть с Бандитом.

Шторы в большой спальне были уже раздвинуты, и комнату затопил солнечный свет. У стены стоял большой рюкзак, а Кэлли расстилала простыни на кровати.

— У меня с собой спальник, так что вашим бельем я не пользовалась, честно. — Девушка подоткнула край простыни под угол матраса.

Кейт сделала то же самое на другой стороне.

— Меня не белье беспокоит, а ты. Сколько тебе лет?

— В июле будет восемнадцать. — Кэлли отвела глаза. — Стану взрослой и буду делать что хочу.

Интересно, что она хочет, подумала Кейт, но начать решила с другого. На восемнадцать лет Кэлли не выглядела. Мягкость черт, округлость лица, потерянный взгляд говорили о том, что она должна быть моложе.

— Поговори со мной, Кэлли. Я ведь не собираюсь передавать тебя властям. Откуда ты?

Кэлли рывком выдвинула верхний ящик. От резкого движения висевшие в воздухе золотистые пылинки вздрогнули, колыхнулись, словно задремавший дом очнулся от сна. И сразу же появился запах чистого белья.

— Из Калифорнии.

— Понятно. Не хочешь рассказать, почему оказалась в приемной семье?

— Потому что мама связалась с какими-то чудаками, — пожав плечами, ответила девушка. — У них было что-то вроде коммуны возле Биг-Сура. Думали, что смогут жить сами по себе, всем себя обеспечивать. В общем, утопия. — Кэлли, должно быть, заметила, что Кейт удивленно смотрит на нее. — У нас было как бы домашнее обучение, и некоторые действительно получили приличное образование. У брата Тимоти — это основатель коммуны — докторская степень по культурной антропологий. Он в Беркли учился. — Она открыла кедровый сервант. — Это покрывало?

Кейт кивнула и помогла расстелить плотное пестрое покрывало, пошитое кем-то из Ливингстонов еще пару поколений назад и считавшееся одной из фамильных реликвий.

— Так что же брат Тимоти? — напомнила она, почувствовав по тону Кэлли, что с этим доктором связаны не самые приятные воспоминания.

— Никакой он не брат, а в Беркли, наверное, о нем и вспоминать стесняются. Сидит сейчас за совращение несовершеннолетних.

По коже словно поползли мурашки.

— Ты одна из его жертв?

Кэлли работала быстро и проворно, но в самих движениях пальцев ощущалось сильное волнение.

— Пока я была маленькой, мне там даже нравилось. Мы бегали, играли, купались в океане. И учителя попадались хорошие. Но как только подросли… Уф-ф! Брат Тимоти называл нас, девушек помладше, своими ангелами.

Кейт опустилась на край кровати и жестом пригласила Кэлли сесть.

— А твоя мама… — Она замялась, подбирая слова. — Как ты думаешь, другие взрослые в коммуне знали об этом?

Кэлли фыркнула и кивнула:

— Никто из матерей и пальцем не шевельнул, чтобы остановить его. Они все были как будто… ну, как будто он их загипнотизировал. Говорил им, что мы — их дар ему. Даже если кто-то из девочек сопротивлялся, ее все равно отводили к брату Тимоти. Матери делали все, что он скажет. Они были… ну, как степфордские хиппи.

— Кошмар, — покачала головой Кейт.

— Да уж.

Кейт заметила, что Кэлли так и не ответила на вопрос, была ли она одной из жертв брата Тимоти.

— И что? Эта коммуна еще существует?

— Уже нет. Года три назад нас всех спасла одна девушка. Джемма Доннелл. — Кэлли опустила глаза. — Джемма постоянно пыталась сообщить куда-нибудь о том, что там творится, и иногда в коммуну даже приезжали из этих… социальных служб или управления образования. Приезжали, смотрели, но ничего такого не находили. Для посторонних коммуна была настоящей утопией — огороды, цветники, коровки на лужке, все читают Уильяма Карлоса Уильямса. В общем, никто Джемму не слушал, пока она не придумала, как обратить на нас внимание. — Кэлли остановилась и перевела дыхание. — Пришла в бюро помощи семье в Биг-Суре и пригрозила, что покончит с собой, если ей не поверят. — Голос у Кэлли дрогнул, и она продолжала уже шепотом: — Джемма была беременна от брата Тимоти. Его забрали, а Джемму я больше не видела. Что с ней случилось, не знаю.

Кейт положила руку ей на плечо. Девушка вздрогнула, и Кейт тут же убрала руку.

— Извини. Мне очень жаль. Надеюсь, после этого дела у вас пошли лучше.