На перекрестке - Ирина Быстрова

— С добрым утром!

— С добрым, — откликнулась я.

— Хотя по другим этого не скажешь. — Он подмигнул мне и кивнул в сторону Алекса, бледного и отекшего.

— Это точно, — рассмеялась я. — Удивительно, что ты выглядишь совершенно иначе. Ты вроде бы тоже был с ними.

— Был, — подтвердил Брайан. — Но я — совсем другое дело.

— В каком смысле? — поинтересовалась я.

— Они — слабаки, — пренебрежительно усмехнулся Брайан.

— О! — только и смогла вымолвить я.

— Ну да. — Он самодовольно потер руки. — А мне от таких увеселений ничего не делается.

— Счастливая особенность, — равнодушно заметила я.

Сказать по правде, нюансы жизнедеятельности организма Брайана, позволяющие ему безболезненно переносить ночные попойки, меня не особенно интересовали.

— А ты нас проигнорировала, — с некоторой претензией в голосе констатировал Брайан.

— Устала, — уклончиво пояснила я.

— Ты думаешь, тебе кто-нибудь поверит? — Брайан таращил на меня светлые глаза и ехидно ухмылялся.

Поверят ли? В общем-то меня это не волновало. Но правила вежливости вынуждали дать какие-то объяснения моему поведению. Но поскольку первое из них не подошло, то я снизошла до второго и сказала:

— Я замужем.

Небольшая натяжка, но кто будет меня проверять?

Как выяснилось спустя секунду, и это объяснение не было принято.

— Я тоже женат, — пожал плечами Брайан. — При чем тут это?

Надо же, признался. Я думала, он будет изображать из себя бравого холостяка до самого конца семинара.

— Ну-у… — протянула я.

— Это же семинар. — Лицо Брайана выражало полное недоумение.

Нет, он мне надоел, захотелось от него отделаться.

— Я не для того выходила замуж, чтобы потом флиртовать направо и налево.

— Никто для этого не выходит замуж, — опять пожал плечами Брайан. — И не женится. Но так получается. — Он опять ухмыльнулся. — Само собой выходит. А потом, когда ты возвращаешься домой, это, поверь, помогает тебе и дальше терпеть семейную жизнь.

— Терпеть? — фыркнула я.

Брайан с любопытством уставился на меня.

— Ты сколько времени замужем? — спросил он.

— Год, — буркнула я.

— Тогда понятно, — кивнул он.

— Что понятно? — усмехнулась я.

— Тебе еще не приелось, — объяснил Брайан.

— Вот и хорошо, — отреагировала я.

— Одно не понятно, — Брайан осторожно взял мою правую руку и легонько потряс ею, — почему в таком случае ты не носишь кольцо?

Прокол. Но в конце концов… Я открыла было рот, чтобы достойно ответить Брайану: мол, не лезь не в свое дело, как вдруг по холлу пронесся вихрь и раздалось ликующее:

— С добрым утром, коллеги! С добрым утром!

Пат Лин собственной персоной. Прошу любить и жаловать.

— На завтрак, на завтрак, — как в детском саду, захлопала в ладоши Пат Лин. — У нас сегодня очень плотная программа. Скорее, скорее!

И все, как будто под гипнозом, быстро затрусили в ресторан.

Я вырвала мою руку из цепких пальцев Брайана и молча побежала вслед за остальными. Нет кольца — и он на этом строит свои гипотезы. Странные они все-таки, эти мужчины. Хотя, надо отдать ему должное, наблюдателен. Интересно, он всегда такой или лишь по отношению ко мне?

— Ну, как ты? — тихо спросила я у Ольги, когда мы вместе подошли к шведскому столу. — Жива?

— Жива, но с трудом, — призналась она, глядя с отвращением на сыры и ветчины. — Ничего не хочу, только лечь бы где-нибудь в углу и лежать в тишине.

— Не выйдет, — я бросила мимолетный взгляд на Пат Лин, — Энерджайзер не даст.

— Вижу, — отозвалась Ольга. — Придется на презентации спать с открытыми глазами.

И не поверите — так она и поступила. Села позади меня, откинулась на спинку кресла и замерла. Я осторожно, чтобы никто не видел, пощелкала пальцами у ее уха, на что она прошептала:

— Я сплю-ю…

— Понятно, — ответила я.

— Ткни меня в бок, если вдруг что, — попросила Ольга. — Только тихонько, а то я заору.

— Будет сделано, — пообещала я, и презентация началась.

С программным обеспечением все обещало быть волшебно. Мы и оглянуться не успеем, уверял нас костлявый бодрячок лет сорока пяти, как вся наша маркетинговая жизнь переменится к лучшему, причем кардинально. Просто с ума сойти. Я слушала, восхищаясь энтузиазмом, который источал мужик на сцене, и качеством его английского — просто шекспировский слог, ей-богу! Однако ничегошеньки не понимала из того, что он говорил. Программное обеспечение всегда нужно щупать руками, а не вкушать в виде инструкций. А потом, у меня визуальное восприятие мира, никак не слуховое.

— Вопросы, — бодрячок лучезарно улыбнулся, — какие будут вопросы? — и обвел взглядом аудиторию.

Аудитория безмолвствовала. Все потупили глаза и зашуршали своими бумажками. О боже, сообразила я, они же, как и я, ни черта не поняли из сказанного. Лектор продолжал лучиться радостью и призывно улыбаться. Аудитория продолжала прятать глаза. Я повертела головой в поисках неутомимой Пат Лин. Неужели у нее нет вопросов? Такого просто не может быть. На поверку оказалось, что нет самой Пат Лин. Выскользнула незаметно, видимо по каким-то своим организационным делам. Пауза затягивалась. Мне стало смертельно жаль мужика, так старавшегося в течение последних двух часов. Нужно было что-то срочно делать.

— Э-э-э… — Я подняла руку.

— Да? — оживился бодрячок.

— Вы знаете… — начала я.

Лектор вежливо поклонился:

— Простите, но не могли бы вы представиться?

— Да, конечно. — Я встала. — Катерина Александрова, петербургский офис, Россия.

Лицо бодрячка выразило крайнюю степень восторга.

— Петербург! Это замечательно.

Аудитория поддержала его одобрительным гулом. Я почувствовала себя дебютанткой на конкурсе Евровидения и чуть было не принялась раскланиваться, но вовремя спохватилась.

— Спасибо, — скромно улыбнулась я.

— Итак, — лектор сложил руки в молитвенном жесте, — у вас есть какой-то вопрос.

— Да, — решительно сказала я.

Я собиралась сейчас сморозить глупость. И зарекомендовать себя полной идиоткой. Во имя поддержания деловой атмосферы в аудитории. Раз уж никто не был способен сказать ничего умного. Надеюсь, народ оценит мою жертву.

Я сделала глубокий вдох и выпалила:

— У меня есть некоторые сомнения насчет того, как будут учитываться в вашем программном обеспечении особенности каждой конкретной страны. В России, в частности, различные условия ведения бизнеса в больших городах и в провинции. — Подумала и добавила: — Вот, — и села.