Любовь не по сценарию - Тина Ребер

Он накрыл ее ладонь своей, улыбнулся и поцеловал ей кончики пальцев.

Ужас и недоверие взметнулись у меня в голове ядовитым вихрем.

– Нет, – мучительно выдавила я.

И тогда Райан встал, наклонился к ней и поцеловал в губы. Прямо на людях… Щелчки камер лезвиями рассекали мне сердце.

Гнев, презрение и ненависть заполнили оставленную им пустоту. Я устремилась через улицу и только на середине остановилась из-за потока машин.

Автомобиль заскрипел тормозами и, взметнув фонтаны воды, миновал меня в нескольких дюймах. Я застыла, прикипев взглядом к лицу Райана. Все прочее не имело значения.

Водитель засигналил, но я не двинулась с места. Мне почти хотелось, чтобы он задавил меня, раз и навсегда покончив с болью.

Давай, жми на газ, прикончи меня!

Над головой полыхнула молния, но я на сей раз не вздрогнула. Только прямой электрический разряд мог бы снова запустить мое сердце.

Водитель, теряя терпение, нажал гудок и не отпускал.

– Почему? – всхлипывала я.

Потеря неродившегося ребенка была ничем в сравнении с этой нестерпимой болью.

Я видела все своими глазами: моя большая любовь превратилась в очередного мужчину, которого я не заслуживала.

– Эй, леди, уходите с дороги! – рявкнул на меня сквозь открытое окно машины водитель и снова загудел в клаксон.

Я оглянулась. Яростный окрик вывел меня из оцепенения.

– Что с вами, черт побери? Покончить с собой решили? – орал водитель.

Что со мной, черт побери?

Фары машин взрывались искрами в слезившихся глазах. Я плакала так, что на секунду забыла, где нахожусь. Ноги сами переступали по желтой полосе, в надежде вынести меня туда, где боль прекратится.

Пальцы нашарили в темноте дверную ручку. Я выронила письмо Лорен. Пусть валяется на мостовой – оно мне больше не нужно. Я видела все воочию.

«Тарин», – глухо прозвучало в памяти воспоминание о голосе Райана, но я уже не могла отозваться. Темнота поглотила меня.

– Вам куда, мисс? – спросил кто-то. – Мисс?

– А… домой, – выдохнула я.

– И где у нас дом? – осведомился мужчина.

Дрожащими губами я сумела выговорить:

– Аэропорт.

Одиночество и отчаяние вновь захлестнули все, не давая дышать. Всем надеждам и мечтам о будущем с Райаном конец.

Заиграл дурацкий рингтон, напомнив о его величайшей лжи, сокрушившей мне душу… Он уже не мой.

Я опустила стекло и вышвырнула мобильник вместе с музыкой на ветер.

* * *

– Тарин, – позвал меня мужской голос.

Должно быть, схожу с ума. Теперь вот слышу голоса. Вот как выглядит нервный срыв? Но я хоть больше не плачу.

– Тарин, подожди.

Ноги сами переступали, унося меня вслед за потоком людей. Если уйти достаточно далеко, может быть, эти вспышки перестанут мелькать в глазах?

– Эй, что ты делаешь в аэропорту?

Глаза мои скосились вправо, на голос. И я увидела лицо Кайла.

– Прекратите ее снимать! Хватит, ребята! – гаркнул он.

Передо мной, заслоняя меня, возникло его плечо.

– Ты почему такая мокрая? – тихо спросил Кайл. – Тарин, не останавливайся.

Что-то назойливо толкало меня в спину, принуждая двигаться быстрее.

Я была холодной, бесчувственной, совершенно опустошенной. Должно быть, внутри росла смерть, пожирая все.

Кайл пошарил взглядом у меня под ногами:

– Где твой багаж?

Я посмотрела на свои руки – пустые и дрожащие. Из рукава торчал краешек синего гипса, бинт пропитался водой.

Я не помнила, были ли у меня какие-то вещи. Снова сдавило грудь, дышать стало очень трудно.

– Эй, эй… – Кайл притянул меня к себе. – Успокойся. Ш-ш, все будет хорошо. Я здесь.

Я попыталась отгородиться от него ладонями. Хотела, чтобы он перестал меня трогать. Ни один мужчина больше не прикоснется ко мне.

Он зашептал на ухо:

– Не волнуйся, малыш, я о тебе позабочусь. Отвезу тебя домой.