Бессердечное небо - Каролайн Пекхам

— Это магия Алестрии, — ворковал Леон. — Между грязью, мочой и дерьмом, которое бродяги разводят в переулках, есть что-то особенное в этом месте.

— Думаю, мне нравится, — прошептал Сет, и мы с Калебом обменялись взглядами.

Леон подошел к стоку, опустился на колени и произнес какое-то заклинание, его рука заметалась взад-вперед по металлу, пока он не начал мерцать. Он ухватился за него и потянул вверх, открыв лестницу, ведущую в темноту.

— Знаешь, я думаю, что лучше вернусь в Берроуз и приму обжигающий душ, который сожжет слой моей кожи, — сказал Калеб, отступая назад, но я прижал руку к плечу и подтолкнул его вперед.

— Давай, принцесса, ты можешь справиться с небольшой грязью, — поддразнил я, а Сет оглянулся на нас и кивнул в нетерпении.

— Мы можем вычеркнуть это из списка наших желаний, Кэл, — позвал он.

— В моем списке желаний нет «залезть в яму с дерьмом», — возразил Калеб, покачав головой, но все равно позволил мне повести его туда.

— Это будет одна из тех историй, которые мы будем рассказывать долгие годы, — подбодрил Сет. — Как в тот раз, когда я был на Луне и засунул свой член в кратер.

— Правда? — спросил Леон, с трепетом глядя на него, когда Сет гордо кивнул. — Святое дерьмо, расскажи мне все. На что это было похоже? Получил ли ты после этого магическую силу члена?

Я застонал, когда Сет ухватился за возможность рассказать кому-то новому свои лунные похождения, и я постарался отвлечь его, пока Леон вел нас вниз в канализацию, а Калеб неохотно следовал за ним.

Сойдя с лестницы на дне, я зажег Свет Фейри и огляделся по сторонам: в туннеле, в котором мы находились, рядом с нами протекала река. Мы следовали за Леоном по узкой тропинке рядом с ней, голоса Леона и Сета разносились вокруг нас, когда они смеялись и рассказывали истории, а я шел с Калебом, который старался ничего не трогать и бормотал обещания сжечь всю одежду, которая на нем есть, как только мы вернемся в Берроуз.

Когда Леон и Сет свернули в туннель направо, я потерял их из виду и понял, что Калеба больше нет рядом со мной. Оглянувшись, я обнаружил, что его голова и одна рука запутались в толстой паутине, свисающей с потолка.

— Блядь, аргх, — хрипел он, пытаясь сжечь ее с себя, но только еще больше запутался в ней, едва не сжигая себе брови.

Я трусцой бросился к нему на помощь, держа в руке ледяное лезвие.

— Кэл, не шевелись, — посоветовал я, и он так и сделал: скорчил гримасу, когда я прорезал липкую паутину, и вздрогнул всем телом, когда он отпрянул от нее, сдирая остатки с волос и стряхивая их с руки.

Я секунду рассматривал паутину, мне не понравился ее размер и то, как она исчезла в широкой дыре в стене над нами. Она может принадлежать безобидному пауку-ткачу, но мое нутро напряглось от другой возможности. Пауки Гнарла были чертовски редки, но их паутина очень липкая, и такое место, как это, идеально подходит для кого-то такого размера. Я взмолился, чтобы звезды ошиблись в этом предположении.

— Давайте двигаться дальше, — призвал я. Голоса Леона и Сета уже стихли, и я не думаю, что мы должны разлучаться, не тогда, когда каждый полицейский в королевстве охотится за нами.

Мы воспользовались вампирской скоростью, преследуя остальных, свернули в туннель, по которому они ушли, но обнаружили, что тот пуст.

Я притормозил, а Калеб выплюнул проклятие, остановившись рядом со мной, и его нога погрузилась в мутную лужу, он отряхнул ногу и с помощью магии огня высушил ее.

— Нахуй мою жизнь, — проворчал он, выглядя совершенно отвратительно во всей этой ситуации.

— Сет! — позвал я в темный туннель впереди и зарычал, когда он не ответил. В этом туннеле есть развилки, ведущие в нескольких направлениях. Куда они, блядь, подевались?

— Нахуй. Если они бросили нас, то позже могут встретиться с нами в Бэрроуз, — сказал Калеб, но прежде чем он успел повернуться и осуществить этот план, раздался рев, и из темноты на нас надвинулась темная фигура монстра с десятью руками.

— Дерьмо, — прорычал я, подняв руки и обрушив на него магию воздуха. Он тут же опрокинулся, из него послышался смех, и я понял, что это были Сет и гребаный Леон, когда отправил к ним Свет Фейри.

В руках Сета были лианы, и он, очевидно, сидел на плечах Леона, поскольку сейчас он оказался под ним, а его бедра были зажаты вокруг ушей Леона. Они смеялись как сумасшедшие, и лианы Сета хлестали вокруг него, одна из них ударилась о воду и подняла брызги, которые попали Калебу в лицо.

— Аргх! — закричал он. — Это попало мне в рот, ублюдок.

Сет завыл от смеха, отцепляясь от Леона и хватаясь за бок, пока он поднимался на ноги, но Калеб бросился вперед, ударив его руками в грудь и отправив его назад в реку сточных вод с огромным всплеском. Я разразился смехом, когда голова Сета поднялась, и он с воплем ужаса отскочил в сторону.

— Ах ты, придурок! — крикнул он, когда мы с Кэлом расхохотались.

Леон поднялся на ноги, помчался за Сетом и вытащил его из воды, высушив его жаром своего огненного Элемента, и тоже разразился хохотом.

— Я заболею. Я заболею Фейтисом. Фейфилисом. Ебаным розовым глазом, — в панике кричал Сет.

— Ты в порядке, чувак, — спокойно сказал Леон. — Эта вода чистая. Сток с дерьмом находится в следующем туннеле.

— Спасибо звездам за это, — пробормотал Калеб, высушивая волосы магией огня.

Леон повел нас дальше по туннелям, и наконец мы добрались до огромной двери с колесом посередине. Он резко повернулся к нам, его золотые глаза сверкнули.

— За этой дверью лежат годы и годы семейных реликвий, вещи, украденные моими предками, множество наших драгоценностей.

— Как они могут быть реликвиями, если вы их украли? — спросил я, и Леон шикнул на меня.

— Не трогай здесь ничего, ибо ты навлечешь на себя проклятие, которое заставит твои глаза выпасть из твоей головы, а нос впасть в лицо.

— Серьезно? — возразил Кэл. — Тогда я туда не пойду.

— Хах, шучу. — рассмеялся Леон. — Но если вы попытаетесь что-нибудь украсть, я узнаю и убью на хрен вас и всех, кого вы любите. — Он слегка улыбнулся, затем повернулся и прижал руку к двери, из-под его ладони заискрилась магия, затем колесо начало вращаться само по себе в быстром темпе.