Летний сад - Полина Саймонс

– Что ты творишь? Объясни, потому что я не понимаю.

– Милый, – мягко ответила Татьяна, – ты же все равно работаешь. Так что какая разница?

– Очень даже чертова разница, Татьяна! Ты не сидишь в офисе архитектора, отвечая на звонки. Только не говори мне, что ты будешь работать в свой единственный выходной!

– Ну, я ведь не знала, что ты хочешь приехать на обед, – виновато ответила она. – Ты же больше не приезжаешь, чтобы пообедать со мной.

Они долго смотрели друг на друга.

– И что? – сказал Александр. – А сегодня хотел приехать.

– Энтони опоздает в школу, – напомнила Татьяна. – И директор ждет.

– Зачем тебе ехать в госпиталь? Ты кого-то подменяешь?

– Нет. – Она откашлялась, сжимая пальцы. – Я в другой госпиталь… это детская больница миссии Святой Моники. У них не хватает людей. И они попросили меня помочь им в рождественские каникулы. Они заплатят вдвойне за четыре часа…

– Мне плевать, если даже они тебе дадут десять тысяч долларов! – рявкнул Александр. – Сколько раз я должен повторять – мы не нуждаемся в деньгах… – Он внезапно умолк и прищурился. – Но ты и сама это знаешь, – медленно произнес он. – Позволь спросить, кто будет там работать вместе с тобой?

– О чем ты?

– О том, будет ли там тот лечащий врач? Или только ты?

– Да, в основном я. Когда мне нужна дополнительная помощь, то доктор Брэдли иногда…

Александр услышал все, что было ему нужно. Он вскинул руки и поднялся из-за стола.

– Я сама справляюсь, Шура. Только когда это необходимо…

– Ты невероятна.

– Мы не можем сейчас ссориться, – тихо произнесла Татьяна. – Энтони ждет.

– Безусловно, – кивнул Александр. – И я тоже жду. И знаешь, чего я жду? Жену, которая всегда дома. Ты понимаешь, с каких пор я этого жду? С сорок девятого года. И когда – если вообще когда-то – я этого дождусь, как ты думаешь?

– Ты несправедлив, – прошептала Татьяна, опуская голову, чтобы он не заметил слезы на ее глазах.

Но Александр заметил. И еще он увидел глаза Чарли, и глаза Эрин, и глаза сына и его матери, и руку доктора Брэдли, и малыша Энтони, радостно прыгавшего на корабле, когда они возвращались из Берлина, и он увидел ее приподнятые обнаженные бедра в его руках – и опустил глаза, отвернулся от нее.

Александр отвел от нее взгляд, в его сердце и мысли проник холод отчуждения.

Взмахнув рукой, он сбросил на пол кофейную чашку, и та разбилась, расплескав кофе. Схватив бумажник, он ушел, с огромным удовольствием хлопнув дверью трейлера.

Когда в шесть часов он вернулся, Татьяна была дома, дом был чудесно украшен к Рождеству, ужин готов, горели свечи. Она приготовила бефстроганов, одно из его любимых блюд. Она подавала ему еду, наполняла бокал, кормила Энтони. Они сидели, ломая хлеб.

– Мам, – заговорил Энтони, – как ты умудрилась так быстро повесить все эти украшения? Мне особенно нравится фальшивый снег на подоконниках. Ведь здорово выглядит, да, пап?

– Точно, – согласился Александр, глядя в тарелку.

– Как мясо, Шура?

– Хорошее. – Он смотрел в тарелку.

– Как у тебя прошел день?

– Хорошо. – Он смотрел в тарелку.

– Я люблю Рождество, – заявил Энтони. – Это мое любимое время года! А мы в эти выходные поставим елку?

Они разговаривали через сына, служившего им буфером. Татьяна приготовила бананы с ромом и ванильное мороженое на десерт. Потом Татьяна и Энтони убрали со стола, а Александр исчез в спальне. Он вышел через двадцать минут, одетый в серые брюки, белую рубашку с серым галстуком. Он принял душ и побрился. Надел пиджак.

Татьяна вытерла руки кухонным полотенцем.

– Я ухожу, – сообщил Александр.

– И куда ты собрался?

– Из дому.

– Во вторник?

– Именно.

Татьяна открыла было рот, но на диване сидел Энтони, делая вид, что смотрит телевизор, так что она развернулась на месте, встав спиной к мужу.

Александр встретился у «Мэлони» с неудачником Джонни, который пребывал в отчаянном поиске. Проблема состояла в том, как изложил Джонни, что он искал «жену на недельку». Он не хотел жениться, но все девушки, которых было явно недостаточно, не хотели ничего другого, кроме замужества. Все военные давно вернулись домой, и теперь на рынке – к несчастью для Джонни, – на одну девушку имелось по пять претендентов. Девушкам незачем было спешить, пока они не убеждались в серьезности намерений, и Джонни врал как мог, наглел, и хитрил, и заговаривал зубы, но ничего не выходило, и Джонни без устали говорил об этом. Так что вечером этого вторника они с Александром говорили и говорили об этом, и о своих домах, и о своих сотоварищах по работе, и о покупателях, а потом Джонни сказал:

– А у тебя все в порядке, приятель?

– Да, все отлично.

– Ты никогда не выходил по вторникам. Что, миссис Баррингтон работает, или как?

– Нет-нет. – Александр уставился в свой стакан.

– Ну, не горюй. Кстати, вон там две молодые леди, – надеюсь, я их заинтересовал.

Александр посмотрел в ту сторону. Джонни улыбался девушкам, а те улыбнулись в ответ и перестали обращать на него внимание. Джонни вздохнул:

– Ведь все так просто выглядит. Они улыбаются. Почему же остальное так трудно?

– Потому что ты слишком много об этом думаешь. Самое трудное – добиться, чтобы они посмотрели на тебя, для начала. Если они смотрят на тебя из-за соседнего столика, самое трудное пройдено.

– Трудное пройдено?

– Абсолютно. Позови бармена, закажи для них выпивку.

– А потом?

– Увидишь.

Джонни так и сделал. Через несколько минут девушки не спеша подошли к Джонни и Александру со стаканами в руках.

– Спасибо, джентльмены, – сказали обе, сияя улыбками.

– Да не за что, – ответил Джонни, одобрительно покосившись на Александра. – Но не благодарите его; это не он заказал.

– Нет? – сказала одна из них. Он посмотрел на нее, потом на свое пиво. – Вы ведь Александр Баррингтон, верно?

– Да. А вы кто?

Она протянула руку:

– Я Кармен Розарио. Помните, мы с мужем разговаривали с вами в прошлом месяце о доме в Глендейле?

– Ох да. – Ничего Александр не помнил. – И что с ним случилось?

– Мы все еще думаем. Вообще-то, я хотела снова с вами встретиться, возможно, посмотреть какие-то из ваших особенных домов. Мы теперь думаем о стройке в Парадайз-Вэлли вместо того. У нас есть немного земли в Чандлере, мы сейчас стараемся ее продать, так что сможем построиться немного ближе к центру города.

– Позвоните мне в офис. – Александр дал ей карточку. – Буду рад поговорить с вами и…

– Куберт.

– И Кубертом. – Александр и Джонни переглянулись. Куберт?

– Ну, девушки, а где же