Там, где нас нет - Альвин Де Лорени

Я выгрузил принесённое по лавкам и столам. Машка, почуявшая, что дело, возможно, идёт к приёму пищи, крутилась под ногами и оглушительно мурлыкала на разные лады, время от времени привставая на задние лапы и требовательно хватая меня когтями за штанину. Я разделся и сел рядом с Эльфи, положив руку на худенькое бедро. Эмпатия донесла до меня тоску…

— Ну что ты, маленький? — я погладил тёплую ножку.

Эльфи всхлипнул и уткнулся в подушку.

— Пойдем, лучше посмотрим, что я принёс, — предложил я отрицательно помотавшему головой омеге.

С этим надо что-то делать. Только вот что?

Я прилёг, уперевшись на локоть рядом с Эльфи, наклонился к нему и чмокнул в волосы за ушком. Эльфи затих. Оторвавшись от омеги я вздохнул… Вдруг Эльфи, резко развернувшись ко мне, толкнул меня в грудь. От неожиданности я завалился спиной на топчан, а Эльфи быстро перевалившись мне на грудь, начал, ухватив ладошками мои щёки и заливаясь слезами, истерично целовать меня, куда попало — в глаза, в губы, в подбородок:

— Оме, оме, — чмок, чмок, чмок, — не могу без вас, оме… Вы опять ушли…, - чмок, чмок. — Оме-е…

Буря его эмоций захлестнула меня.

Высвободив руки, я гладил омегу по чувственной, как у кошки, спинке, по бокам:

— Ну что ты, что ты… Я здесь… Я с тобой… Никуда не делся…

Голова Эльфи и всё его тело полыхало краснотой.

Крепко обхватив несопротивляющегося омегу руками, я перевернулся и он оказался подо мной, а я над ним на локтях. Слёзы по-прежнему текли из его глаз, а он, подобрав ручки к груди, гладил меня тонкими пальчиками по лицу, осторожно прикасаясь к рубцам, и не отрывал от меня влюблённого взгляда.

Эх-х! Трахнуть бы его как следует! Но… не могу… Нельзя…

Эльфи чуть поёрзал, придавленный моим телом… его промежность оказалась напротив моего лобка…

И тут Машка, так и не дождавшись от меня ожидаемого угощения, сверзилась откуда-то сверху прямо мне на спину, между лопаток.

— Мя-а-о! — выдала она басом, удивительным для такого маленького тельца.

Веник, проснувшись и почуяв мою энергетику рядом, закряхтел. Я оторвался от созерцания залитого слезами лица Эльфи крупным планом и кинув взгляд на младенца, определил, что и крупный и мелкий его подарки уже на выходе. Вот же, мелочь пузатая, как сговорились. А… может и к лучшему…

Ладно… Надо вставать. Выдохнув, я сполз с омеги и сел на топчан. Машка — чёрно-рыже-белое чудовище, сидела рядом и требовательно смотрела на меня…

Веник был обихожен и накормлен, Машка самозабвенно, трясясь от жадности, поглощала молоко с хлебом, из лабаза были извлечены и сварены пельмени и мы с Эльфи, сытые и довольные, ну, по крайней мере, я, сидели за ярко освещённым столом.

Печка была протоплена и я решил, наконец, разобрать всё, что мне досталось от насаженного на кол Орсельна и повозиться с очками, а то с такими глазами на людях показаться нельзя.

Были извлечены и украшения, захваченные нами из замка. Вещи Листерина я просматривать не стал — передам Венику, как подрастёт, а вот ювелирку Шиарре я снова перебрал.

— Эльфи, примерь это, — я протянул омеге небольшие увесистые серьги в виде прорезанных насквозь искусным узором шариков из какого-то белого металла, — а то у тебя ушки зарастут.

— Ой, оме, это дорого очень! Платина! — пролепетал Эльфи, а его эмоции при этом полыхнули удовольствием.

— Одевай, одевай, — мне они все равно ни к чему, — настоял я.

К серьгам в комплекте шло такое же прорезное колечко и пара тонких прорезных браслетов на обе руки. Всё это добро я отдал Эльфи. Пусть его. Мне не нужно. А продавать… Особого смысла не вижу.

Эльфи нацепил побрякушки и довольный закружился по дому, мурлыча какую-то песенку.

— Ах, оме, вы знаете, в Тилории принято, что будущий супруг перед свадьбой дарит своему избраннику набор украшений! — восторженно воскликнул он, поднимая руки вверх и продолжая крутиться посреди комнаты.

Упс…

— Тише, не ори, ребёнка разбудишь, — одернул я никак не хотевшего угомониться омегу, — и потом, ничего, что ты — мой Личный Слуга? Какой может быть супруг? Я и ты омеги!

— Ну и что, оме! Я слышал и даже сам видел, частенько так бывает, что омеги друг с другом живут как супруги, да и альфы тоже между собой так сожительствуют. И даже до такого доходит, что такие альфы и на омег смотреть не могут. У нас в замке такое было, а уж в столице и подавно… Да вот хоть оме Шиарре возьмите. У него Оле в наложниках был! — с жаром возразил Эльфи.

— Ну если с этой точки зрения…, - растерянно пробормотал я, действительно вспоминая, что Оле был необычно одет, а когда я задал кому-то вопрос о его одеянии, то мне ответили, что так одеваются наложники, — Кх-м… А ты сам Эльфи, случайно с Лило не сожительствовал? А?

— Ой! Оме, нет, что вы! Мы с Лилочкой любили друг друга… Но как два братика… мы и не целовались даже никогда, — начал оправдываться Эльфи.

— А ну-ка, ну-ка! Не целовались они! Я как сейчас помню, утром вас будил в последний день в замке. Лило у тебя за спиной лежал, а потом встал одеваться и у него эрекция была! На тебя эрекция, а Эльфи? — шуточно уличил я омегу, наставив на него палец.

— Да нет, оме! Что вы такое говорите! Лилочка такой был, такой… Ему альфы знаете как нравились? — оправдывался Эльфи. Стоявший посреди комнаты омега ухватил палец левой руки кулачком и смущённо таращился в пол, ковыряя его носком тапочка. Детский сад — штаны на лямках!

— Знаю я, какие вам альфы нравились! Да вы на меня готовы были запрыгнуть! А я разве альфа? — возражал я, видя слабину в рассуждениях Эльфи.

— Ну… я даже не знаю почему так, оме…, - растерялся Эльфи, и правда, вспомнив, как они бегали ко мне, — мы как вас увидели, будто обожгло. Мне потом Лилочка говорил и я ему… тоже… А-а потом… ещё от вас запах такой… Это…, - он совсем сбился.

— Суду всё ясно! — подытожил я, — Ты, Эльфиус Иберг, маленький извращенец! — припечатал я, сидя на табурете и картинно уперев кулаки в колени.

— Оме, ну какой я извращенец, я вас люблю! Очень! — взмолился омега, прижав кулачки к груди.

— Вот! Ты сам сознался! — я хлопнул в ладоши, — Я омега, ты —