Медовый месяц - Сьюзен Элизабет Филлипс

— Спасибо! — Эрик с сожалением подумал о том, что зря позволил Скотта и Тому притащить себя сюда. Он ненавидел подобные мясные лавки, да и от самих дублеров был не в восторге.

— Днем я учусь в Калифорнийском университете, — продолжала девушка, — и мне приходится выкручиваться, чтобы не пропустить ни одной серии.

— Да что вы говорите! — Эрик стал рассматривать танцующую публику. Он слышал это уже не менее десятка раз. А иногда даже подумывал о том, что Калифорнийскому университету стоило бы вообще отменить занятия с часу до двух.

— Не могу поверить, что вы больше не будете играть в «Судьбе», — вытянув губки, произнесла девушка, и лицо ее под профессионально наложенным макияжем стало вдруг неожиданно детским и растерянным. — Да без вас там все рухнет!

— В «Судьбу» сейчас набрали массу отличных актеров. Вы даже не заметите моего отсутствия. — Актеров набрали в лучшем случае средненьких — дюжину бывших знаменитостей и нынешних неудачников, многие из которых настолько не уважали свою профессию, что даже не учили ролей.

Девушка искала повод, чтобы задержаться, но Эрик отвернулся от нее, закурив сигарету, и стал болтать с Томом. Несмотря на откровенный наряд девушки, в ней были манившая его чистота и свежесть, но Эрик сразу решил, что не будет предпринимать в этом направлении никаких шагов. Хотя ему было всего двадцать три, он уже давно успел понять, сколько страданий может принести этим беззащитным существам с горящими глазами, и старался держаться от них подальше.

Не успела девушка отойти, как тут же рядом с Эриком появилась официантка:

— Привет, мистер Диллон! Глазам не верю, что вы за моим столиком. На прошлой неделе здесь у меня побывал Сильвестр Сталлоне.

— Я вас поздравляю.

— Ну и как он тебе? — спросил Скотта. Этот дублер собирал сплетни о кинозвездах так, как другие собирают марки, и вот уже несколько месяцев пытался получить работу в картине со Сталлоне.

— О, он был действительно великолепен. И оставил мне на чаи пятьдесят долларов.

Скотта рассмеялся и с восхищением покачал большой белокурой головой.

— Да, он может себе такое позволить! Вообще Слай — балдежный парень!

Эрик заказал пиво. Он слишком заботился о своей фигуре, чтобы злоупотреблять выпивкой, и никогда не позволял себе больше двух порций. Не позволял он себе и наркотиков, не желая превратиться в опустошенного зомби, как многие люди его профессии. Единственной его слабостью были сигареты, да и с ними он собирался покончить после того, как дела окончательно наладятся.

В последующие несколько часов Эрик постарался расслабиться. Многие девушки в клубе пытались с ним познакомиться, но он вывесил свой невидимый знак «Посторонним вход воспрещен», поэтому надоедать ему осмеливались лишь самые нахальные. Какой-то растрепанный парень предложил ему кокаин, заявив, что гарантирует чистоту, но Эрик послал его ко всем чертям.

Когда они с Томом в отгороженной металлическими барьерами части клуба играли в пул[6], к ним подошла сногсшибательная блондинка в искрящемся голубом платье. Эрик сразу же решил, что это как раз его тип женщины — шикарная, с аппетитными формами, на четыре-пять лет его старше, с отличным макияжем и опытными глазами. Одна из тех, что не подведет. Когда блондинка приблизилась к столу для пула, он вспомнил, почему дал Тому и Скотта уговорить себя пойти с ними в клуб. Ему нужна была женщина.

— Привет! — Ее взгляд непринужденно прошел весь путь от темной пряди на лбу Эрика до «молнии» джинсов. — Меня зовут Синди. Я твоя большая фанатка.

Приклеив сигарету к уголку рта, Эрик прищурившись посмотрел сквозь дым на девушку:

— В самом деле?

— Ба-альшая фанатка! Мои друзья велели рискнуть и попросить у тебя автограф.

Эрик начал натирать кий мелом.

— И ты не из тех девушек, что не рискуют.

— Безусловно!

Он отложил кий, взял протянутый ему толстый черный фломастер, ожидая, что девушка передаст ему и листок для автографа. Она же вместо этого не спеша приблизилась к нему и спустила бретельку голубого платья, подставив для росписи плечо.

Эрик легонько провел зажимом фломастера по открывшемуся перед ним обнаженному телу:

— Если уж нужно расписаться на коже, то, может, найдется более интересное место для автографа, чем плечо?

— А вдруг я стесняюсь?

— Да что-то не верится.

Не потрудившись поднять бретельку платья, девушка водрузила одно бедро на край стола для пула и взяла его стакан с «севен-ап». Отхлебнув немного, она поморщилась; обнаружив, что напиток безалкогольный.

— Одна моя знакомая говорила, что ты спал с ней.

— Очень может быть. — Эрик бросил сигарету на пол и притушил ее ногой.

— Ты, наверное, переспал с кучей девчонок?

— Это веселее, чем смотреть телевизор. — Его взгляд задержался на груди девушки. — Ну, так нужен тебе автограф или нет?

Лед звякнул о стенки стакана, когда она поставила его на стол.

— Конечно. Почему бы и нет? — Улыбаясь, девушка перевернулась на живот, подставив Эрику попку. — Так подойдет?

Скотти и Том заржали.

Эрик колебался лишь мгновение, прежде чем отложить кий. Дьявол, уж если ей все равно, то с какой стати он должен беспокоиться?

— Вполне!

Эрик поднял юбку, открыв прозрачные светло-голубые трусики. Одной рукой он приспустил трусики, а другой снял с фломастера колпачок. Заметив происходящее, за соседним столом прекратили игру и стали наблюдать за ними. Крупными жирными буквами Эрик вывел роспись на ягодицах девушки — «Эрик» на правой и «Диллон» на левой.

— Жаль, что у тебя нет еще одного имени посредине, — сказал Скотти, бросая плотоядные взгляды.

Эрик взял стакан и сделал глоток. Девушка не шевелилась, и он продолжал на нее смотреть. Влага со стенок стакана закапала на кожу девушки, стекая по округлостям в долину; от холодных капель кожа покрылась пупырышками. Эрик не сводил с нее глаз.

Он легонько похлопал девушку по попке и, подцепив указательным пальцем трусики, натянул их обратно.

— А не смыться ли нам отсюда, Синди?

Эрик передал стакан Тому, бросил Скотти пару двадцаток и направился к выходу. Обычно он даже не оборачивался, чтобы убедиться, идет ли девушка за ним следом. Так было всегда.

« — Позволь мне пойти с тобой, Эрик. Пожалуйста!

— Отстань, коротышка!

— Ну, Эрик, возьми меня с собой. Здесь так скучно!

— Ты пропустишь «Улицу Сезам».

— Последний раз я смотрел «Улицу Сезам», когда был ребенком, болван!

— Когда это было, Джейс? Две недели назад?