Очаровательная ведьма - Кэтрин Гарбера

— По крайней мере не для того, чтобы наложить на вашу семью еще одно проклятие. — Вирджиния через силу улыбнулась, немного испугавшись неприязни, с какой Марко на нее посмотрел. — Видишь ли, прокляв вашу семью, бабушка, сама того не зная, прокляла и нас. Я имею в виду женщин. Моя мать, к примеру, потеряла единственного мужчину, которого она любила. Когда я начала об этом задумываться... В общем, мне пришло в голову, что над нами тяготеет какой-то рок. Последние два года я пыталась понять, что общего в судьбах моей матери и бабушки, и наконец вспомнила о проклятии.

— Все это, конечно, интересно, но в данную минуту меня больше занимает вопрос, какое отношение ко всему этому имею я?

Вирджиния замялась. Не так просто ответить на это.

— Ты мне показался подходящим мужчиной, — осторожно подбирая слова, сказала она.

— В каком смысле? — насторожился Марко.

— Ну, у тебя в прошлом было много связей и...

— Но я по крайней мере никогда не бросал своих женщин посреди ночи, — не дал ей закончить Марко.

— Прости. Можно я доскажу?

— Даже нужно. — Он кивнул. — Я слушаю.

— Дело в том... Конечно, не верящий в колдунов, гадания, заклинания человек может посмеяться над каким-то там проклятием. Но ты и твоя семья уже убедились, что существует нечто, не поддающееся объяснению с точки зрения разума и логики.

— Ближе к делу.

— В общем, проклятие, которое наложила на вас моя бабушка, должно чем-то уравновешиваться, как все в этом мире. Она пожелала, чтобы твой дед не знал счастья в любви...

— Так и было. Все его браки заканчивались неудачно. В отличие от него мой отец счастлив с моей матерью, но зато удача в делах от него отвернулась.

— Я слышала, что вы с братьями выросли в доме, где царит любовь, и очень за тебя рада.

— С чего бы это?

— Потому что я в детстве не знала той любви, которая окружала тебя. Наш дом был уныл и печален.

— Сочувствую, но ты так и не объяснила, чем вызвана наша встреча.

Вирджиния слабо улыбнулась.

— Ты не понял? Мне нужен от тебя ребенок.

— От меня... кто? Ребенок?

Марко шагнул к бару и плеснул себе чистого скотча, не зная, как реагировать на это заявление. Такого он никак не ожидал. Деньги — еще куда ни шло, но ребенок?! Он почувствовал, как в крови забурлил адреналин. Такое он испытывал только перед стартом. А вот теперь — с Вирджинией...

Да, с ней не соскучишься, подумалось ему. И тут же в голове молнией вспыхнула мысль.

— Значит, ты лгала, что принимаешь таблетки?

Молчание Вирджинии было достаточно красноречивым. Марко с силой сжал челюсти, так что на его скулах заходили желваки.

— Это наводит на размышления. Что еще из того, что ты мне рассказывала, является ложью?

— Я не хотела тебе лгать, поверь, но у меня не было выбора. Если бы я не скрывала свою фамилию, ты бы мог не захотеть со мной встретиться.

— Кстати, почему ты выбрала именно меня?

— Если честно, это не обязательно должен быть ты. Мне был нужен мужчина из семьи Моретти.

— Однако ты выбрала меня. Почему? — настаивал Марко.

— С тобой было проще встретиться. Ну, а потом ты мне понравился.

Ревность, обуявшая Марко, когда Вирджиния сказала, что выбрала его только потому, что он носит фамилию Моретти, при этих словах немного утихла.

— Так зачем тебе понадобился ребенок? — спросил он, чувствуя себя паршиво, поскольку Вирджиния чуть было не обвела его вокруг пальца. Встречаясь с женщинами, Марко всегда проявлял осторожность, чтобы не стать отцом раньше, чем сам того захочет.

Вирджиния поднесла руку к лицу и убрала упавшую на лоб прядь волос. Освещенная слабым светом, лившимся в окно, она казалась очень хрупкой и уязвимой.

Марко напомнил себе, что все это время она лгала ему. О какой уязвимости может идти речь?

— Все упирается в проклятие бабушки.

— Я слушаю.

— Думаю, когда бабушка прокляла твоего деда, она прокляла себя и всех нас. Должно быть, закон сохранения энергии действует не только в физическом мире.

— Если я правильно понял, с тех пор вы тоже не знали счастья?

— Моя мама полюбила отца, и они были счастливы три месяца. Затем его послали на войну. Я родилась спустя три дня после того, как она получила известие о его гибели. Эта новость разбила ей сердце.

— Как же вышло, что ты родилась в Италии?

— Заболела бабушка, и Кармен, моя мама, вернулась на родину, чтобы ухаживать за ней. Тогда же она поняла, что беременна. Бабушке удалось задержать маму в Италии после моего рождения. Наверное, она надеялась, что, овдовев, мама сможет найти в Италии мужчину, который на ней женится и заменит мне отца. Бабушке Кассии не хотелось расставаться с нами, но ничего не вышло. Мы уехали в США.

— А что твоя бабушка?

— Она с кем-то встречалась, поскольку твой дед бросил ее, и забеременела. Вроде разразился скандал, поэтому она была вынуждена уехать. Моя мама родилась уже в Америке. Однако позже Кассия вернулась в Италию.

У Марко сложилось впечатление, что в жизни Вирджинии было мало хорошего. Если он прав, можно понять, почему она мечтает все изменить. Однако это по-прежнему не объясняет, почему она решила именно его заполучить в отцы своего ребенка. Это заставило его вспомнить, что он ни разу не предохранялся, потому что верил ей...

— Мне любопытно, каким образом ты пришла к выводу, что несчастья твоей семьи связаны с Лоренцо Моретти и проклятием?

— Я стала задумываться об этом после смерти мамы. Она оставила мне дневник бабушки, и из него стало ясно, где кроется возможная причина рока, который преследует нашу семью. Я имею в виду несчастье в любви.

— Тебя это тоже коснулось?

Вирджиния посмотрела на него, и Марко понял, что он недалек от истины.

— Да, и меня тоже. Как только я осознала это, решила действовать. Я не хочу провести всю жизнь в одиночестве и не познать семейное счастье. Благодаря дневнику бабушки у меня в руках ключ к разгадке. Проклятие потеряет свою силу, когда родится ребенок, в чьих жилах будет течь кровь Моретти и Фесты. Для этого не обязательно любить друг друга.

— Так и есть. Я тебя не люблю, — подтвердил Марко.

— Я и не прошу меня любить. Я всего лишь хочу забыть о преследующем наши семьи проклятии раз и навсегда. Сделать это может только ребенок.

— Благородные помыслы, — кивнул Марко. — А что дальше? Ты хочешь использовать малыша так же, как использовала меня, или?..

— Или, — перебила его Вирджиния, охваченная вспышкой гнева. Как Марко посмел предположить, что ребенок для нее всего лишь средство для достижения цели! Однако гнев быстро утих. В конце концов, убеждала она себя, Марко совсем не знает ее. Его можно простить. — Я буду любить его. Если ты захочешь отказаться от отцовства, мы оформим это юридически.