Герцог из ее грез - Софи Барнс

Вздохнув, Амелия слушала, как леди Эверли беседует с вдовствующей герцогиней о господине Кактотамего. У девушки все это не вызывало интереса, и она вновь погрузилась в раздумья. Теперь ей нужно найти еще две с половиной тысячи фунтов. Задача казалось невыполнимой. Особенно если учесть, что все ее время было занято примерками, уроками танцев, светскими визитами, балами и остальными делами, которые леди Эверли и вдовствующая герцогиня считали важными.

– Что скажете? – поинтересовалась леди Эверли.

Амелия с недоумением посмотрела на дам, осознав, что вопрос адресован именно ей.

– О чем?

– О наших мыслях по поводу потенциальных женихов, – просветила ее вдовствующая герцогиня.

Она указала на список, лежащий на столе. Тот самый, который леди Эверли составила два дня назад. Снизу была приписана еще пара имен.

Амелия взяла список и просмотрела длинный перечень.

– Я не уверена, что знакома с большинством этих джентльменов, – сказала она. Заметив возле каждого имени цифры, девушка спросила: – А это что?

– Их ежегодный доход, – улыбнулась леди Эверли. – Нам пока известно не обо всех, но вскоре мы все выясним.

Амелия кивнула, глядя на цифры.

– Значит… доход лорда Йейтса… три тысячи фунтов?

Леди Эверли засмеялась:

– Я бы добавила к этой цифре еще один ноль.

– У него есть и титул, и деньги? Какая выгодная партия! – пробормотала Джульетта.

От ее сухого тона Амелия засмеялась. Леди Эверли закатила глаза, а вдовствующая герцогиня посмотрела на девушку с сочувствующей улыбкой.

– На случай, если вам интересно, – произнесла леди Эверли, – скажу: я одобряю браки по любви, но нужно ведь с чего-то начинать, когда ищешь супруга, а этот ничем не хуже других.

– Нет ничего плохого в том, чтобы влюбиться в богатого человека, – добавила вдовствующая герцогиня. – Во всяком случае, я полагаю, что в богатого влюбиться легче.

– Если только он отвечает вам взаимностью, – не подумав, выпалила Амелия. И тут же пожалела о сказанном, когда все присутствующие воззрились на нее. – В противном случае ваше сердце будет разбито, – добавила она и пожала плечами.

Хотя, честно говоря, она слабо представляла себе, о чем говорит: Ковентри она сейчас любила ничуть не больше, чем когда вообще не была с ним знакома.

Он не сделал бы ее счастливой. Их вчерашняя пикировка лишь подтвердила, что они совершенно не подходят друг другу. Вот и отлично! У него, без сомнения, уже был опыт ухаживания за сестрами герцога…

– Полагаю, это правда, – проговорила леди Эверли. – Но могу вас заверить: худшее, что может случиться: он ответит на ваши чувства, а женится на другой.

– А почему, скажите на милость, так происходит? – спросила Джульетта. – Я хочу сказать, если он из хорошей семьи и вы…

– Причиной может стать семейная вражда. – В голосе вдовствующей графини послышалась горечь. – Остается лишь удивляться, на какие интриги способны родители и какие негативные последствия это может иметь для их детей.

– Именно поэтому все, что мы делаем, предпринимается исключительно в ваших интересах, – поспешно добавила герцогиня.

– Однако мой брат не настаивал на том, чтобы мы выходили замуж за человека благородных кровей, – сказала Амелия, – поэтому полагаю, что нам не стоит ограничивать выбор исключительно мужчинами с титулом.

Ей действительно претила мысль об этом, еще до того как она подслушала разговор на балу. Верно говорят: какое право у них с сестрой проталкиваться в общество, как будто они действительно заслуживают быть замужем за графом или виконтом, или… кем бы то ни было… словно леди, которых с рождения готовили к такому браку? Того, что их родители тоже принадлежали к дворянскому сословию, вряд ли достаточно, учитывая отсутствие у невест образования и воспитания. Например, до последнего времени они даже не подозревали, что существует нож для рыбы.

– Разумеется, не стоит, – согласилась вдовствующая графиня. Она перевела исполненный доброты взгляд на Амелию. – Но что плохого в том, чтобы стремиться к совершенству? Само собой разумеется, нужно выбирать человека, который нравится, того, с кем вы будете ощущать определенное… единство взглядов. Чем больше общего у вас будет, тем проще вам будет стать друзьями и достигнуть гармонии. А со временем ваши чувства перерастут в любовь. Так случилось у нас с супругом, и мы были вполне счастливы.

– В таком случае нам понадобится еще один лист бумаги, – сказала Амелия. Она уставилась на чашку, дожидаясь, пока внимание окружающих сосредоточится на ней. – Имени и состояния явно недостаточно для того, чтобы мы с сестрой смогли составить правильное мнение о потенциальных поклонниках. Нам также необходимо составить список того, что их интересует, и их личных качеств.

– А как же внешность? – спросила Джульетта.

Амелия почувствовала, как ее губы расплываются в улыбке. Она посмотрела на сестру.

– Привлекательная внешность помогает заинтересоваться человеком, но не является непременным условием счастливого брака. Вспомни нашу матушку, чтобы понять, что я говорю правду.

– Согласна. – Джульетта вскочила с кресла. – Я принесу бумагу, чтобы мы могли дописать необходимую информацию.

Следующий час они провели, кратко записывая, чем каждый из джентльменов предпочитает заниматься в свободное время, где расположены их поместья и остальные подробности, которые смогли припомнить леди Эверли и вдовствующая герцогиня. Амелия как раз писала о том, насколько хорошо мистер Лоуэлл играет в вист, когда в дверь постучал Пирсон.

– Прибыл герцог Ковентри, – возвестил он, и в гостиную вошел Томас.

Его волосы были аккуратно уложены, а не торчали во все стороны, как во время их последней встречи; безукоризненно сшитый костюм идеально сидел на могучей фигуре. Ковентри выглядел как аристократ-франт, коим, собственно, и являлся, и на мгновение Амелия забыла о том, как он вчера распекал ее, и о разочаровании, которое она тогда испытала. Но потом их взгляды встретились – и черты его лица посуровели. Он не забыл их вчерашнюю перебранку. Амелию тут же захлестнуло волной воспоминаний и чувств, которые эта ссора в ней пробудила.

– Дамы, вы просто неотразимы, – с поклоном произнес герцог.

В этом Амелия не могла с ним не согласиться. Сегодня она на самом деле выглядела гораздо лучше, поскольку решила надеть белое платье из тончайшего муслина, с рукавами-буфами и голубым шелковым кушаком. Стараясь произвести впечатление, Амелия держала спину прямо, а руки аккуратно сложила на коленях. Но сердце девушки вздрагивало при каждом шаге направляющегося к ней Ковентри, в особенности после того как она поняла, что единственное свободное место – рядом с ней на диване.

Опустившись на диван, герцог откинулся назад (внутри у Амелии все сжалось), выждал несколько секунд, а потом посмотрел девушке прямо в глаза, требуя ее внимания: