Точка кипения - Кэрол Мортимер

Джинкс, не моргая, смотрела на Ника, не зная, что ответить на его вопрос. С одной стороны, чем меньше он знает о ней и ее семье, тем лучше. Но она также понимала: если она хочет, чтобы он ушел и держался от нее подальше, придется рассказать ему о том, что случилось полтора года назад.

– Пойдем в рабочий кабинет отца. Да, у него есть кабинет, – с грустью сказала она, заметив, что Ник удивленно приподнял бровь. – Правда, в этом доме он им никогда не пользовался. Но я перевезла сюда все вещи, когда мы переехали.

На всякий случай. Так она говорила себе все эти восемнадцать месяцев. На тот случай, если ее отец исцелится каким-то чудесным образом и решит закончить книгу о восстании якобитов, над которой он работал, когда... когда...

– Сюда, – она повела Ника дальше, открыла дверь в конце гостиной и впустила его внутрь.

«Кабинетом» комнату можно было назвать с натяжкой. Хотя стены от пола до потолка были скрыты полками с художественной и справочной литературой, письменный стол был полностью заставлен рамками с фотографиями.

Одну из последних, пряча взгляд, Джинкс взяла со стола и передала Нику. На фотографии была изображена счастливая семья, устроившая пикник на берегу реки.

Ее мать. Ее отец. Ее брат. И она сама.

Обычная семейная фотография.

Но все уже было в прошлом.

– А где твои мать и брат? – спросил Ник.

– Они умерли восемнадцать месяцев назад, – ровным голосом проговорила Джинкс. – Если это тебе интересно, девичья фамилия моей матери Уотсон, – проговорила она сухо.

Ник не отрываясь смотрел на нее, всем своим видом показывая, что ждет продолжения рассказа. Но что она могла добавить? Мама и Джейми умерли. Что еще можно добавить.

– Для моего отца шок оказался слишком сильным, – добавила она коротко, не в силах больше выносить это повисшее в воздухе ожидание. – С тех пор он такой... – она сделала беспомощный жест руками.

Ник еще раз пристально посмотрел на фотографию и поставил ее на стол.

– Ты не считаешь, что это несколько эгоистично с его стороны? В конце концов, это не только его жена и сын, это еще и твои мать и брат.

– Ты ничего не понимаешь! – огрызнулась Джинкс, возмущенная критикой в адрес ее отца. – Ты ничего не знаешь об обстоятельствах, Ник! Как ты смеешь приходить сюда и судить нас?

– Успокойся, Джинкс, – смягчился Ник.

– Я думаю, тебе пора уходить! – Она отвернулась. – Все уже в прошлом.

Как глупа она была, доверившись Нику; единственное, что ему нужно от нее – это права на экранизацию «Удивительного мальчика». А она об этом забыла!

Потому что, когда Ник был рядом, она могла думать только о своем влечении к нему. Она это чувствовала всем телом. Ее тело помнило все, что произошло в его номере отеля!

– Я хочу, чтобы ты ушел, Ник, – снова повторила она.

– Серьезно? Ты действительно этого хочешь? Или выдаешь желаемое за действительность?

Когда он успел так близко подойти к ней? В какой момент их разговора он оказался всего в нескольких сантиметрах от нее? Она нервно облизнула губы.

– Да. Я...

– А мне так не кажется, Джинкс, – хриплым голосом проговорил Ник. Он стоял сейчас настолько близко к ней, что практически ее касался.

Жар разливался по телу, словно раскаленная лава, и у нее перехватило дыхание, когда она наконец посмела поднять на него глаза.

– Нет, Ник... – только и успела тихо простонать Джинкс, прежде чем Ник наклонил голову и завладел ее губами.

Прошло всего несколько часов с того момента их расставания, но они уже успели изголодаться друг подругу. Руки Ника стальным обручем обхватили ее талию, и Джинкс полностью ощутила силу его желания, потому что он этого и не пытался скрыть.

Через несколько минут Ник с сожалением отстранился от нее.

– Мне кажется, что в данный момент есть несколько вещей, которые требуют нашего незамедлительного рассмотрения, – растягивая слова, произнес он, – и они гораздо важнее получения удовольствия.

Джинкс подняла на него глаза, подернутые пеленой желания.

– Например?

Он недовольно поморщился.

– Например, тот факт, что за дверью нас караулят журналистка и фотограф, которые, как бы сильно ты этого ни хотела, никуда не уйдут в ближайшее время. А это значит...

– Ты думаешь, что мне теперь здесь не жить? – Девушка замерла, отступив назад и освобождаясь из кольца его рук, чтобы поправить волосы, смущенная тем, что с таким неистовством кинулась в его объятия.

Джинкс сходила по нему с ума! Она хотела его. Но он был совсем не тем мужчиной, на которого ей можно было реагировать подобным образом.

Взгляд Ника погрустнел.

– Да, тебе и отцу лучше уехать отсюда. Хотя бы на время. Лучше переждать в каком-нибудь тихом месте. А когда интерес к тебе поостынет, можно будет и вернуться.

Она расширила глаза, услышав его слова! Неужели он это говорит всерьез?

– Послушай, это же смешно. По-моему, совершенно очевидно, что они охотятся за тобой, так что, как только ты уйдешь, они будут преследовать тебя.

Они с отцом переехали сюда шесть месяцев назад, потому что, как считала Джинкс, атмосфера их семейного особняка угнетающе действовала на отца. Его психические отклонения становились все более и более ярко выраженными. Сейчас положение хоть как-то стабилизировалось. Опять увозить его отсюда, пусть даже временно?.. Об этом не могло быть и речи.

Ник поднял темные брови.

– А если нет?

– Этого просто не может быть, – спокойно сказала она.

– Мне бы твою уверенность... – Ник покачал головой.

Джинкс пристально поглядела на него:

– Что ты имеешь в виду?

Он пожал плечами:

– Интуиция. Разве имеет значение, почему они здесь ошиваются? – Заметив, что она собирается возразить, он нетерпеливо продолжил: – Факт остается фактом: они здесь, и у них гораздо больше терпения, чем у тебя. И твой отец не всегда будет спать наверху, – добавил он мягко.

– Я все еще думаю, что они последуют за тобой, – упрямо повторила она.

Он отрицательно покачал головой.

– Хочешь попробуем, чтобы ты убедилась?

Джинкс прищурила глаза, подозревая по его уверенному тону, что он действительно знает, что журналистка и фотограф поджидают именно ее, а не его.

Но этого не могло быть! Впрочем... Она ведь встречалась с Ником Принсом этим утром в вестибюле отеля, а ведь он открыто признался, что выслеживает писателя Дж. А. Уотсона с целью получения прав на экранизацию книги. А ее утренний визит в офис Джеймса Стивенза? Журналистка вполне могла сделать определенные выводы.