Итальянец с дурной репутацией - Кэрол Мортимер

— Я так и знала, — сухо отозвалась она.

— Но я еще не закончил, — заявил он. — Я принимаю твое условие с одним дополнением: ты вправе отменить его в любой момент.

Белла занервничала.

— И что это значит?

Он улыбнулся:

— Это значит, что за мной остается право… ну, скажем, переубедить тебя.

Белла мгновенно смекнула, что у него на уме. Габриель мечтает получить право пленить ее, соблазнить, дабы заставить передумать!

Сможет ли она оказать ему должное сопротивление? Выдержит ли пытку каждодневного, ежечасного общения с мужчиной, который намерен соблазнить ее?

Делать нечего, решила Белла, придется попробовать.

— Ты застал меня тогда врасплох, Габриель, — бодро провозгласила она. — Впредь буду проявлять бдительность и пресекать все твои попытки… к возобновлению атаки.

Белла настроена весьма серьезно и решительно, догадался Габриель, невольно восхищаясь ее непреклонностью.

— И учти, Изабелла, никаких других мужчин! — строго предупредил он ее.

— Это правило обязательно и для тебя? — поинтересовалась она.

Он ухмыльнулся:

— У меня вообще-то другие вкусы…

— Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду! — не на шутку разозлилась Белла.

Он лениво пожал плечами.

— В моей постели не будет никакой другой женщины, кроме тебя, Изабелла, — с насмешкой произнес он.

— Меня там тоже не будет, Габриель!

Белла была уверена в этом, однако Габриель имел другое мнение по этому поводу.

— Ты выдвинула условия, при которых наш брак возможен, — сказал он. — Теперь выслушай мои.

— У тебя тоже есть условия?

— Естественно. — Габриель скривился. — Ты же не думаешь, что я позволю тебе все делать по-своему?

— Где уж мне, даже под венец тащат силой! — съязвила она.

Габриель вновь пожал плечами:

— У тебя есть выбор, Изабелла.

— Нереальный!

— Точно, — подтвердил он. — Тем не менее выбор.

Белла тяжело вздохнула, в изнеможении опустила голову. У нее не было сил продолжать этот разговор. Она надломилась эмоционально и физически. Ей захотелось убежать куда-нибудь, спрятаться и в одиночестве зализать раны. И привыкнуть к мысли о том, что ей предстоит стать женой Габриеля Данти!

Ах, если бы это случилось пять лет назад, какой восторг она бы испытала! Та ночь казалась ей началом чудесной новой жизни с клятвами, обещаниями, с предложением руки и сердца. Габриель покорил ее, очаровал настолько, что она совершенно потеряла голову и с радостью согласилась бы выйти за него замуж.

Но теперь и речи не было о чувствах, им предстояло заключить сделку. Брак по расчету. Ради спокойствия и благополучия малыша Тоби.

— Каково твое условие, Габриель? — спросила Белла.

Он не отвечал, только вплотную подошел к ней.

Белла с тревогой подняла на него глаза. Ее пронзило током от ощущения его близости. Она так сильно сжала руки, что ногти впились в ладони. Белла чувствовала тепло его тела, свежий мужской запах, видела золотые искры, пляшущие в темной глубине его глаз.

— Чего ты хочешь? — спросила она и с возмущением заметила, как губы его тронула ленивая усмешка. — Я спрашиваю о твоем условии, Габриель, — пояснила она поспешно.

— В данный момент я определенно хочу…

— Твои желания меня не интересуют, я спрашиваю об условии заключения нашего брака! — Белла прекрасно поняла, на что он намекает. Признаки его возбуждения были налицо: напряженное тело, сумеречный блеск в глазах, взгляд, медленно скользящий по округлостям ее груди.

— Ах да! Гм, условие? У меня вот какое условие, Изабелла, — тихо проговорил он. — Ради спокойствия твоих и моих родных предлагаю сделать так, чтобы они поверили, будто у нас брак по любви.

Белла недоуменно спросила:

— Ты хочешь, чтобы я притворялась, что влюблена в тебя?

— Только на людях, — пояснил он. Продолжая сверлить его взглядом, она уточнила:

— А с тобой наедине?

— О, только в пылу вожделения… Этого будет вполне достаточно. Пока… — Он усмехнулся.

Белла чуть не взвизгнула от негодования:

— Ах ты, мерзкий сукин сын…

— Оскорбления, затрагивающие честь моей матери, могут вывести меня из себя, Изабелла, — строго предупредил он.

— Ой, прости ради бога! — с ядовитым сарказмом парировала она. — Я намеревалась оскорбить тебя, а не твою мать!

Габриель и не думал обижаться, он ощущал прилив адреналина. Брак с Изабеллой обещал превратиться в пиршество эмоций и чувств — абсолютно всех!

Пять лет назад она была чудесна, как нежный цветок, раскрывшийся под его легкими прикосновениями. Но теперь Габриель осознал, что тогда сорвал всего лишь один лепесток. Белла — преданная, заботливая мать, автор нескольких бестселлеров, личность неординарная, богато одаренная. Габриель взглянул на нее другими глазами. Изабелла Скотт стала интересовать и привлекать его еще больше…

Он расплылся в ленивой улыбке.

— Я не оскорблен, Изабелла, — заявил он. — Возможно, заинтригован, но не оскорблен. Так ты принимаешь мое условие, да?

Белла уже плохо владела собой.

— Пойми, я так же, как и ты, не хочу расстраивать близких своим выбором. Ладно, прилюдно я постараюсь вести себя так, словно наш брак — предел моих мечтаний.

— Вот и хорошо, — тихо ответил Габриель и нежно взял ее за подбородок. Прежде чем она резко отпрянула, он успел почувствовать, как напряглось ее тело от его прикосновения. — Никто нам не поверит, если ты станешь так дергаться каждый раз, когда я прикоснусь к тебе! — недовольно буркнул он, опуская руку.

— Ладно, я постараюсь вести себя лучше при свидетелях, — огрызнулась она.

Габриель, прикрыв веки, продолжал следить за Беллой. Он заметил в ней усталость, подавленность и обреченность, которые она даже не пыталась скрыть.

Да, эту битву он выиграл, заставил Беллу признать его отцом Тоби и согласиться на брак с ним.

Однако Габриель не испытывал радости от победы, он чувствовал, что его неверные действия могут негативно повлиять на исход затеянной им войны…