Домик номер семь - Наталия Романова

  Большую часть рабочего дня Захар находился со своей бабушкой, мамой Розы, Беллой. Она жила по соседству со спортивной базой и помогала руководить базой отдыха, принадлежавшей её семье. А иногда Захар проводил целый день с Матвеем. Почему никто другой не мог присмотреть в это время за малышом, Рита не знала. Только видела кудрявого, с карими глазами в половину лица, Захара рядом с отцом, чаще на его руках. Так Матвей и руководил всем немаленьким коллективом спортивной базы и детьми с Захаром на руках, под аккомпанемент «Брррр», «би-би-би», «пафайная тьифога».

  Рита бы с ума сошла, а Матвей или не замечал, или счастливо улыбался, смотря на сына. Перекидывал с руки на руку, целовал, щекотал – тогда Захар заливался звонким смехом на всю округу, или подкидывал в воздух, чем вызывал ещё больший восторг. Всё окружение млело от маленького Захара, похоже, одна Рита всерьёз опасалась его.

  Рыжие волосы девушки не на шутку интересовали Захара, он то и дело тянулся к ней, что-то рассказывал на своём языке и пытался добыть себе трофей – прядь Ритиных волос. Всерьёз страшно не было, это всего лишь маленький ребёнок, но Рита интуитивно всегда держалась подальше от Захара. Будто этот маленький мальчик может сглазить, и Рите всё-таки придётся родить, как того хотят мама и Серёжа.

- Привет, - Матвей кивнул Рите и показал взглядом, чтобы та заходила.

  Захар увидел вошедшую и с визгом радости припустил к двери, но был тут же остановлен огромной рукой отца и усажен на одно колено. Несколько движений, и ребёнок замер, зачарованно смотря на монитор. Раздалась весёлая музыка, Захар восторженно захлопал в ладошки и взвизгнул. Видимо, малышу нечасто разрешали смотреть мультфильмы.

- Десять минут у тебя есть, - подтвердил мысль Риты Матвей. – Ты по поводу этого? – мотнул головой в сторону журналов, сложенных стопкой. – Честное слово, сегодня вечером подпишу. Возьму домой и подпишу. Как раз Роза приедет… нда…

- Матвей Леонидович, дело ваше, - Рита вздохнула. – Но, если что, я больше в подсобке подделывать вашу подпись не буду.

- Мне стыдно, честное слово, - Матвей пересадил Захара с одного колена на другое, тот даже не пошевелился. Медвежонок Нуки выигрывал у рыжих волос Риты с разгромным счётом. – Я подпишу.

- Скворцов снова курил, - продолжила Рита, раз уж зашла в кабинет директора. – С ним Семёнов из третьего и Творцов.

- С этими я поговорю.

- А со Скворцовым?

- Ну что Скворцов… кончатся же у него когда-нибудь сигареты, - Матвей улыбнулся. – У местных не купит.

- Купит, - Рита махнула рукой. – Здесь продают что угодно и кому угодно.

- Не нашим, - Матвей только пожал плечами. – Иначе придётся говорить со мной, а это может сильно не понравиться.

  Рита посмотрела на Матвея Леонидовича. Всё-таки, если его не знать, то можно испугаться, Матвей умеет быть убедительным, даже пугающим. Большая удача, что Рита Матвея знала с детства, иначе бы она предпочла не работать на этого здоровенного мужчину, как и на его брата.

- Рита, ты бы не разговаривала со Скворцовым. Увидишь, что курит, скажи мне. Ты закончила педагогический, нисколько не сомневаюсь, вас там хорошо учили, но Скворцов – девиантный подросток. С такими тренеры наши умеют работать, некоторые воспитатели, Серёга Витальевич вне конкуренции, а ты держись подальше.

- Ладно, - Рита пожала плечами.

  В спортивном клубе «Русский богатырь» занимались и такие дети. Например, был Илья Голубь, Рита не помнила его, но по разговорам, в двенадцать лет Илья был неуправляемым подростком. В итоге он не только взял золото на чемпионате России по спортивному самбо, но и поступил в институт, учится, продолжает тренироваться. По его стопам идёт Сёмка Алимов.

  Матвей что-то проговорил Захару, тот недовольно скуксил личико, Рита была уверена, что сейчас раздастся детский плач, но малыша отвлекли щекоткой, и вместо отчаянного рёва из-за выключенного мультика по кабинету разнёсся звонкий и довольный смех.

- Пойдём в столовую, - подмигнул Матвей Рите. – Завтрак.

  Пока закрывали дверь, Матвей пристально следил, чтобы Захар не схватил за вожделенную прядь Ритиных волос, ловко перекидывая сына с одной руки на другую. Рита знала, что если поставить его на ноги, Захар тут же понесётся в одном ему известном направлении, так что проще немного подержать и отправиться в столовую, чем ловить и слушать возмущения упрямого кудрявого карапуза. Если он наметил себе цель, очень сложно сбить его с пути.

- Доброе утро, - раздалось за спиной Риты.

  Она обомлела, сжалась, боясь повернуться, опасаясь поверить себе. Вдруг это – мираж, просто совпадение, похожий голос.

- О, здорово, мужик, - ответил Матвей и сделал шаг вперёд, ближе к Рите.

- Моя! – воскликнул довольный Захар и вцепился в волосы Риты, сильно дёрнув на себя.

- Ай! – взвизгнула Рита, потянула голову от цепких пальчиков, борясь со слезами от боли.

- Мы не дёргаем людей за волосы, - спокойно приговаривал Матвей, выпутывая ладошку сына из Ритиных волос. – Тёте больно, ай-ай, как не стыдно хорошему мальчику Захару плохо поступать?

- Моя! – настаивал на своём Захар.

- Нет, - спокойно ответил Матвей, наконец-то оторвав сына от Ритиной головы.

  Матвей ещё раз перекинул Захара, отошёл подальше от Риты, пока та пыталась отдышаться от нападения почти двухлетнего поклонника. Захар недовольно сопел, но с папой не спорил, лишь поглядывал, наклонив голову. Совсем как отец, и Рита отчётлива понимала, что «Моя» – это почти приговор, и лучше ей держаться от Захара Матвеевича подальше.

- Добрался, рад видеть. Заселился уже? Я седьмой зарезервировал на «Ирбис».

- Да, спасибо, всё отлично. Зашёл поприветствовать.

  Рита медленно поворачивалась. Смотря в пол. Сначала она увидела белые кроссовки «нью беланс» и короткие спортивные носки с чёрной надписью «рибок». Долго смотрела, будто в белых кроссовках был сокрыт смысл мироздания. Его цель. Или конечный результат. Поднять глаза было страшно, убегать глупо, встретиться с реальностью - невозможно. Спортивные шорты из плотной тёмно-синей ткани Рита решительно проскочила взглядом, останавливаясь на пряжке спортивного ремня. Белая футболка на прокачанном теле. Том самом, об которое тереться своим голым – не лучшая идея. И улыбающиеся глаза, на этот раз синие.

- Привет, - Евсеев Олег, Красава, улыбнулся своей улыбкой, той самой, особенной.

  Рита промолчала, она не находила слов. Смотрела, как выходит на улицу Матвей с Захаром и глядит вопросительно на двоих, оставшихся с той стороны порога.

- Знаешь, я завидую Захару, - прошептал Олег.