Продам мужа в хорошие руки - Лилия Тимофеева

Олигарх Аркадий Алексеевич Семенчук в реальной жизни оказался гораздо приятнее внешне, чем на фото в прессе и кадрах тв. Этот полный, сильный физически и морально мужчина, почему-то сразу располагал к себе. Он рассматривал меня пристально, не моргая, не отводя взгляда. Взгляд умных карих глаз, казалось, пронизывал насквозь. Рядом с ним было как-то спокойно и уютно. Я почувствовала, что дрожь во всем теле начинает утихать. Собрала волю в кулак и как можно увереннее сказала:

— Здравствуйте!

— И вам не хворать, Ольга Александровна! Рад, что пожаловали. Но мотива понять не могу.

Я усмехнулась:

— Точно, не за деньгами. Кстати, почему вы решили, что я от вас денег хочу.

Олигарх рассмеялся открыто, весело, по-детски. Ответил:

— А их от меня все хотят. Только их. Сам я никому в этом мире не нужен. Тешил себя иллюзиями, что Виолетте хоть чуток нравлюсь, но…

Взгляд богатея внезапно посуровел:

— Сначала решил, ты заработать хочешь. Дескать, купи, толстосум, забавную короткометражку, а то весь богемный мир узнает, что ты рогоносец.

— Что вы…

— Не перебивай! Твоя правда, неприятно узнать, что любимая женщина такое творит. Но я бы пережил. Посудачат да перестанут. Эка невидаль, баба любовника завела. Больно, не спорю. Да ты понимаешь, раз твой муж тоже главный герой. Я ведь для Виолетты все делал. Любое желание исполнял. Сказала бы честно: другого полюбила. Отпустил бы с миром. Насильно любить не заставишь. Но подло так зачем, за спиной, а? Я сразу, когда встречаться стали, предупредил: следить за тобой не стану, хотя возможность такую имею. Если кого встретишь, мне первому скажу… А она! Вот как так можно, Ольга?

Я не знала. что ответить. Аркадий Алексеевич продолжал:

— Мечтал: станет законной женой, деток родит. Только ей это не надо. Курорты, шоппинги, бизнес. Что угодно, только не семью завести! Так несколько лет и прождал. А мне куда дальше тянуть. Все бизнес поднимал, за прибылью гнался. Миллионы нажил. Очнулся, а мне уже сорок пять! Одноклассники внуков в школу повели, а у меня и детей еще не было.

Я хмыкнула:

— Вам ли переживать. Только свистните — из королев красоты очередь выстроится, будут на ваше сердце претендовать.

— На кошелек! А я искренности хочу. Неужели не могу я никому без денег понравиться? А эти королевны все… Где у них красота, куда судьи смотрят. Ладно, что-то меня прорвало. Рядом с вами, Оленька, почему-то себя спокойно чувствую, раскованно, будто давно знакомы. Итак… вернемся к нашим баранам…

— Точно, баранам! У нас целая отара! — я рассмеялась. — Что мой Олег, что ваша Виоллета сглупили, конечно. Да и я не лучше. Умно ли было собственного мужа продать?

— Продать? Мужа? Подобного я еще не встречал. А кому продала?

— Так вашей Виолетте.

— О-па! Рассказывай!

Я в который раз повторила все, что случилось в тот злополучный вечер.

Олигарх смеялся громко, взахлеб. Потом вытер выступившие слезы, сказал:

— Повеселили. Особенно когда ваш Олег перед горячими южными парнями струхнул. Значит, они комедию разыграли, чтобы вас на деньги кинуть. И меня… послать за ненадобностью. Я ведь нутром почувствовал: есть кто-то у Виолетты. Но слово держал, соперника не отслеживал. Ждал, что придет, покается. Мы ведь всегда порознь жили, по ее желанию. Недавно вот мэром решила стать. Даже последние деньги детдому пожертвовала. Такого не ожидал…