Манящая опасность - Барбара Ханней

- Ради бога, Пол! Конечно, нет. Как тебе это в голову пришло?

Пол глубоко вздохнул и дотронулся до медальона у нее на шее.

- Не знаю. Наверное, весь этот душещипательный вздор про найденное золото и прочее...

- Никто же не расплакался. - Она выдавила из себя что-то, похожее на смех.

На самом деле она была готова расплакаться. Слезы наворачивались ей на глаза при мысли о том, чего никогда не случится и чему суждено случиться вскоре. За последние два дня ее тайные мечты о том, что Айзек когда-нибудь вернется к ней, оказались беспочвенными фантазиями. Он вернулся, но не к ней. Он сделал ей подарок на свадьбу! Это могло означать только то, что он хочет, чтобы она вышла замуж за Пола.

Она так и сделает.

- Я не думаю, что он хранил золото специально для меня, - спокойно сказала она. - Может быть, он оставил его на память, а когда прослышал, что я собираюсь замуж, нашел ему применение.

Она говорила и начинала верить своим словам, - конечно, Айзек не хранил золото специально для нее!

Ее будущее было связано с Полом. Как будто для того, чтобы доказать это, она встала на цыпочки и дотронулась губами до его холодной щеки.

- Тебе не нужно ни о чем беспокоиться, - прошептала она.

Он привлек ее к себе и прижал ее губы к своим. И хотя ее сердце от этого не забилось сильнее, она почувствовала себя лучше. Если поцелуй Пола и казался сдержанным, так это, вероятно, оттого, что они стояли на середине улицы у всех на виду. Однако она почувствовала себя спокойнее, безопаснее. В общении с Полом не было ничего сложного и непонятного. Так и должно было быть.

Когда она возвращалась обратно, потратив полчаса на вежливую болтовню с мистером и миссис Хэммонд и на поцелуи с Полом на темной веранде, ее семья уже легла спать. Дом был окутан темнотой, которую разгоняли только несколько слабых настольных ламп, оставленных гореть, чтобы ей было легче найти дорогу. Но идя к себе в спальню, она заметила полоску света, идущего из комнаты Айзека. Дверь была закрыта неплотно.

Она остановилась в темноте коридора, и ее рука сама собой потянулась к медальону; на ощупь он был таким же великолепным и роскошным, как и на вид. Так же, как Айзек.

Его тень на мгновение заслонила свет, и она догадалась, что он ходит по комнате. Внезапно дверь распахнулась, и Айзек нахмурился, увидев Трезу.

- Тереза, я тебе нужен?

На нем были только джинсы, и выглядел он так мужественно, что первой мыслью было, как сильно он нужен ей.., в постели.

- Ты хотела поговорить со мной? - исправился он, едва заметно улыбнувшись уголком рта.

- О да, Айзек. Я хотела поблагодарить тебя за замечательный подарок. Я, кажется, забыла это сделать сразу. Он в самом деле великолепен.

Она пожирала его глазами. Широкие загорелые плечи, сильные руки, плоский живот. Она перевела взгляд. Он держал что-то в руке. Книгу.

- Я тут пересматривал книжную полку и нашел наш старый дневник. Как раз собирался заняться им. Тебе это интересно?

Тереза сглотнула, чтобы избавиться от внезапной сухости в горле, облизнула губы, которые только что целовал Пол. Стоя словно загипнотизированная, она думала, как бы повежливее отказаться.

- Да.., да, это интересно.

Как только она скользнула в комнату, ей в голову пришла мысль, что Айзек все это подстроил.

Какая ерунда! Разумеется, он не стал бы специально прислушиваться к тихим шагам, чтобы узнать о ее возвращении. Как она дошла до того, чтобы воображать такие глупости?

Как бы в противовес своим мыслям, она уселась в плетеное кресло около кровати, соблазнительно положив ногу на ногу.

- Думаю, теперь Пол успокоился? - спросил Айзек. - Ты сумела его утешить?

Она почувствовала, что ее брови удивленно поднялись. Похоже, Айзек ее ревнует?

- Я пришла сюда не обсуждать Пола.

- Конечно.

- Можно? - спросила она, кивнув на дневник. Он протянул ей дневник с такой естественностью, что она удивилась, как ему удается вести себя так непринужденно, в то время как она с трудом заставляла себя не смотреть на него в упор.

Тереза открыла первую страницу и тут же почувствовала приступ острой ностальгии.

- Смотри! - Она почти плакала, показывая на сделанную детским почерком выцветшую надпись:

"Айзек Питер Мастере, дом 45, улица Делавар Кресчент, Ярравонга, Таунсвилл, Квинсленд, Австралия, Южное полушарие. Земля, Вселенная".

Она подняла глаза.

- Боже, - вздохнула Тереза, борясь с желанием броситься к Айзеку в объятия. - Ты помнишь это? Я уверена, что каждый ребенок в определенном возрасте пишет что-нибудь подобное.

Айзек молча смотрел на нее, его смуглое лицо было спокойно и сурово.

Нервничая, она перевернула страницу и не могла удержаться от смеха, прочитав:

"Всякий, не являющийся Айзеком Питером Мастерсом или Терезой Роуз Морроу, кто возьмет эту книгу, умрет ужасной смертью в течение 24 часов. Ровно в полночь!!!"

Айзек сел на кровать, дотянулся до дневника и стал открывать страницы с загнутыми уголками.

- Здесь моя запись, - тихо сказал он. - Прочитай.

Тереза посмотрела на него и заметила, как ярко блестят его глаза.

"Я подарил Тессе на день рождения бусы из жемчуга". Она молчала.

- Это был твой четырнадцатый день рождения, - с грустной улыбкой сказал Айзек.

- Мне они понравились, - прошептала она и почувствовала, что ее губы слегка дрожат.

- Это было еще до того, как я начал подрабатывать. Я купил их в ювелирной лавке. Конечно, это была дешевая подделка.

Прядь волос упала ему на лицо.

- Я знала, что они недорого стоят, но ведь не в этом дело, прошептала она и добавила, радуясь, что он продолжает смотреть в дневник:

- Я их храню до сих пор.

Он откинул прядь волос с лица и взглянул на Терезу широко раскрытыми глазами.

- Эти дешевые бусы? Все это время?

Он дважды сглотнул с потрясенным видом.

- Они уже пару раз ломались, - призналась она.

- И ты.., ты их чинила?

- Да. Я носила их к ювелиру, и оба раза мне говорили, что они того не стоят.

- Конечно, нет.

- Но для меня это большая ценность, Айзек. Он сидел неподвижно и молча смотрел на нее. Ее рука дотронулась до медальона на шее.

- Это для меня тоже очень ценно.

Ее слова надолго повисли в тихом ночном воздухе. Айзек как будто задыхался. У Терезы сердце едва не выскакивало из груди. Она смотрела на него. Избегая ее взгляда, Айзек вцепился в грубое покрывало на кровати.