Сладкое увлечение - Лиз Филдинг

— На самом деле я не Базил, — сказала Элли. — Меня зовут Лавидж Амери, и я отвечаю на сообщение, оставленное на телефоне. С кем я говорю?

— Сазерленд. Из «Сазерленд продакшн», — нетерпеливо представился мужчина. — Скажите Базилу, что мне нужен фургон в Верхнем Хотоне в восемь часов утра во вторник. Мы должны снимать сцены на открытом воздухе, пока стоит хорошая погода.

— Мне очень жаль, мистер Сазерленд. Базил уехал, и неизвестно, когда вернется.

— Что вы имеете в виду, говоря: неизвестно, когда вернется? Вы кто?

— Лавидж Амери, — повторила Элли.

— Кто вы — жена, дочь?

— Племянница.

— Ну, Лавидж, слушайте меня внимательно. Ваш дядя подписал контракт с моей студией. Более того, он взял задаток.

У Элли екнуло сердце.

— Но его здесь нет, — проговорила она, делая все возможное, чтобы сохранять спокойствие. — Он уехал по делам.

— На фургоне?

— Ну, нет…

— Тогда в чем проблема? Согласно условиям контракта, мне нужен фургон, загруженный мороженым, и водитель. Просто сделайте так, чтобы фургон прибыл в Верхний Хотон в восемь часов завтра утром.

— Но вы не понимаете…

— Нет, дорогуша, это вы не понимаете. Если фургон не появится на месте в оговоренные сроки, Базил будет оплачивать все расходы студии, которые она понесет, ища замену.

Элли почувствовала, как у нее засосало под ложечкой:

— Расходы?

— Съемочная группа, актеры в режиме ожидания и простой из-за плохой погоды.

— В этом не будет необходимости, — затараторила Элли. — Я приеду.

— Не опаздывайте.

— Можете ли вы сказать мне, сколько времени это займет? — поторопилась спросить Элли, боясь, что он повесит трубку.

— Я забронировал фургон на целый день, но, если повезет, дорогуша, мы отснимем сцены за час, — сказал Сазерленд, а затем в трубке послышались короткие гудки.

Засунув ладони под мышки, Элли попробовала унять дрожь.

В телефоне было еще несколько сообщений…

Пройдя в ванную комнату, она опустилась на пол, положила голову на колени и обхватила их руками.

— Элли?..

Девушка подняла глаза и встретила испуганный взгляд бабушки:

— Все в порядке, бабуль. Не о чем беспокоиться.

— Правда?

— Правда. — Она поднялась на ноги, которые по-прежнему дрожали. Ей с трудом удалось улыбнуться. — Меня немного подташнивало, что-то не то съела. Но теперь я чувствую себя гораздо лучше.

Элли злилась. На Шона, который очаровал ее своими голубыми глазами. На себя — за то, что не вняла голосу разума и забыла об осторожности, позволив себе увлечься мужчиной. На Базила, перевернувшего все в ее жизни с ног на голову.

Ей понадобилось около часа, чтобы обзвонить людей, которые отправили CMC-сообщения Базилу. Со всех клиентов он взял предоплату. Заказов хватило на два месяца вперед: семь дней рождения для взрослых и детей, серебряная свадьба, девичник, свадьба, корпоративная вечеринка, вечеринка по случаю выхода на пенсию и работа с кинокомпанией.

— Спасибо! Огромное спасибо!

Шон прикидывал по карте возможные варианты вырубки лесной просеки, когда в его офис ворвалась Элли.

Ее щеки пылали, волосы выглядели так, будто она чесала голову шариковой ручкой, на виске красовались чернила. Светло-карие глаза девушки метали молнии, однако Шону при ее появлении показалось, что взошло солнце.

— Лавидж…

— Не смей называть меня Лавидж. Меня зовут Элли! — возмущенно выкрикнула она.

— Мне очень жаль, Шон. — Следом за Элли в офис вошла его секретарша, Джесс. Шон покачал головой и махнул рукой. Джесс пожала плечами и удалилась.

Геодезист, избегая смотреть на него, собрал чертежи.

— Я изучу ситуацию и зайду к вам в конце недели, Шон, — предложил он и ухмыльнулся, закрывая за собой дверь.

Неудивительно, Элли выглядела как взъерошенная и ополоумевшая курица.

Шон сдержал улыбку, решив не злить Элли, которая и так уже была вне себя от ярости.

— Проблема? — спросил он.

— Можно сказать и так. Телевизионный продюсер угрожает подать на меня в суд, если я не доставлю завтра на съемочную площадку фургон, груженный мороженым. Базил не только подписал контракт со студией, но и взял задаток.

У Шона немедленно пропало желание расхохотаться.

— И это не единственный случай. — Элли оперлась руками о стол, словно ей было трудно стоять. Отодвинув стул, Шон взял девушку за руку и усадил ее. — Половину утра я обзванивала тех, кто оставил ему сообщения, и просматривала тетрадь с заказами, — продолжала она, глядя на Шона. — Он взял задаток по крайней мере еще у дюжины клиентов. Все они хотят заполучить Розочку или вернуть свои деньги.

— Ну, теперь понятно, почему он не оставил Розочку у меня, — мрачно заметил Шон.

— В самом деле? Что изменилось бы? — вяло поинтересовалась Элли.

— Я бы предложил им обратиться в суд.

Она сглотнула и побледнела:

— Я не могу этого сделать.

— Ведь не ты подписывала контракты, — бросил он.

— Не подписывала, но, честно говоря, я не совсем понимаю, каково мое нынешнее положение с юридической точки зрения. Кинокомпания заключила контракт на пользование Розочкой. А Розочка теперь официально зарегистрирована на мое имя.

— Хочешь, чтобы я с ними поговорил?

Элли покачала головой:

— Кинопродюсер не найдет замену Розочке за такой короткий срок. И потом, по его словам, я потрачу на съемку всего лишь час.

— Как скажешь. А остальные заказы?

— У меня нет денег, чтобы вернуть задаток, — вздохнула она. — А невеста, на свадьбе которой должна появиться Розочка, умоляла меня и плакала.

— Не сомневаюсь, что плакала, — пробормотал Шон.

— Ее жених на первом свидании купил две порции мороженого и отдал ей свою порцию Шоколадных хлопьев. Она говорит, что именно в тот момент поняла, что он станет единственным мужчиной в ее жизни, — объяснила Элли.

— Он, наверное, не любит шоколад.

— Шон!

— Извини.

— Во всяком случае, она мечтает поесть с мужем на свадьбе мороженое и отдать ему свою порцию шоколадных хлопьев. Это будет сюрприз, — закончила она.

— И я готов держать пари, ты тоже зарыдала, когда она тебе об этом рассказала.

— Нет… Да… Глупость какая. — Элли моргнула, едва сдерживая слезы. Он взял ее за руки и почувствовал, как они дрожат. Девушка оказалась в сложной ситуации. Базил сбежал, приняв кучу заказов и взяв задатки.