Соблазнить любой ценой - Нина Сингх

– Плохие новости, босс. Клиент покинул отель.

Черт бы тебя побрал, Ани!

Он не выставил охрану у дверей номера, посчитав, что службы безопасности отеля и швейцаров у лифта на каждом этаже достаточно. И ошибся.

– Она сказала, куда пошла?

– Нет.

Адам потер переносицу. Ну что за детский сад. Он же просил ее оставаться на месте.

В этот момент от Ани пришла эсэмэска:

«Я вышла. Мне необходимо проветриться».

Адам набрал ее номер, но был сразу перенаправлен на голосовую почту. Он так стиснул в руках трубку, что боялся ее раздавить.

Адам послал сообщение:

«Пожалуйста, напиши, где ты».

Пришел ответ:

«Понятия не имею. Мне нужно побыть одной, Адам, пожалуйста».

Ему хотелось запустить телефон в Сену. Ну и дела. Он лично вовлечен в международный скандал. Репутация его агентства, всемирно известного поставщика услуг телохранителей, наверняка безвозвратно испорчена, а ВИП‑персона, о которой идет речь, сейчас неизвестно где.

***

Ани присела на скамейку с видом на реку и выключила телефон. Сейчас ей ни с кем не хотелось говорить. Даже Мойра начала действовать на нервы. Не говоря уже о том, что ей не улыбалось быть обнаруженной всеведущим телохранителем.

Как все вышло из‑под контроля? Она пыталась сделать себе имя как серьезный классический музыкант, а единственное, что, как оказалось, волнует мир, – это ее личная жизнь.

Она невесело усмехнулась. Какая злая шутка. У нее нет никакой личной жизни.

Ее раздражало, что никто не говорил и не писал о ее исполнении или ее сочинениях. Главной темой были ее фотографии с Адамом.

Пришло время признать неоспоримый факт: она абсолютно не готова к испытанию известностью и славой. Это была реальность, которую нужно тщательно изучить и принять некоторые решения. Жизнь под прицелом фотокамер папарацци и бульварные статьи вовсе не то будущее, о котором она мечтала.

Ани потянулась за багетом в бумажном пакете, который купила по дороге. Тот, который вчера передал ей Адам, был невероятно вкусным. Просто таял во рту. Но сегодня у нее нет аппетита. Она даже не потрудилась его развернуть.

Какая ирония судьбы. Вот она в Париже, ясным солнечным утром, сидит на скамейке в парке со свежеиспеченным хлебом. Но не может насладиться этим.

Внезапно на скамейку упала тень. Ани не нужно было поднимать глаза, чтобы догадаться, кто это.

– Как ты меня нашел?

Он обошел скамейку и сел рядом с ней.

– Это то, чем я занимаюсь. Часть работы состоит в том, чтобы знать, как выслеживать людей, – ответил он.

– Понятно.

– Тебе не следовало уходить, Ани. Ты в незнакомом городе. И о чем, черт возьми, ты думала, когда выключила телефон?!

Она лишь пожала плечами.

Адам шумно выдохнул.

– Господи, Ани, как я должен тебя защищать, если не знаю, где ты находишься?

– Мне нужно было уйти, Адам. Надеюсь, ты меня понимаешь. – Она вздохнула. – Эйприл сказала мне, что последний имейл был послан из Далласа. Так что мне здесь некого опасаться.

– А что, если бы тебя узнали, как вчера?

Она выхватила из пакета багет и оторвала зубами горбушку, чтобы хоть чем‑то заняться. Очень некрасиво, но сейчас это не имело никакого значения.

– На мне широкополая шляпа и солнечные очки в пол‑лица, – заявила она, жуя багет, но не чувствуя вкуса.

– Ну и как? Помогло тебе одиночество?

– Не совсем. Пытаюсь понять, чем могла привлечь внимание желтой прессы. Вероятно, отсутствовали более интересные новости из мира знаменитостей.

Адам повернулся к ней, и, несмотря ни на что, Ани ужасно захотелось, чтобы он обнял ее сейчас. Она грезила о нем всю ночь. В ее мечтах Адам не ушел, а остался с ней.

– Ты правда не понимаешь? – удивился он, прервав ее размышления. – Ты привлекательна и талантлива. И люди к тебе тянутся.

Неужели он действительно так про нее думает?

Ани тряхнула головой, чтобы прояснить мысли. Ей нужно сосредоточиться. В данный момент у них были более неотложные дела. Не время думать о своих чувствах к Адаму.

– Я на это не подписывалась, – призналась она. – Таинственные письма. Толпы поклонников.

– Твоя жизнь не могла не измениться, котенок. И ты должна была это знать.

Она натянула шляпу пониже, словно хотела спрятаться от реальности.

– Наверное, я не подумала об этом, потому что слишком сосредоточилась на желании поделиться своей музыкой с людьми.

– К известности нужно привыкнуть. Это займет какое‑то время.

– В том случае, если я решу продолжить.

Адам невольно дернулся.

– Ты же не хочешь сказать, что откажешься от карьеры концертирующей пианистки?

Ани пожала плечами. Она сама пока этого не знала.

– Полагаю, что мне предстоит принять несколько важных решений, – ответила она.

– Мы найдем того, кто тебе пишет, Ани. Это дело времени. Ты столько работала, чтобы этот тур состоялся.

Она и сама прекрасно это понимала. Многочасовые занятия за инструментом с раннего детства. Бессонные ночи сочинительства и репетиций перед выступлениями. И бросить теперь все из‑за пасквиля в бульварной газетенке?

– Возможно, я стану преподавателем музыки. Неплохая профессия и гарантированный заработок.

Адам взял ее руку и тихонько пожал. Ани немедленно вспомнила, как эти руки ласкали ее вчера… Горячая волна разлилась по телу.

«Прекрати немедленно», – внутренне приказала себе она.

– Не делай поспешных выводов, – продолжил Адам.

Ани понимала, что Адам прав. Но правда заключалась в том, что последние события потрясли ее гораздо больше, чем она хотела себе признаться. И вопрос в том, что ей теперь с этим делать?

У Адама была тысяча разных дел, и сейчас, когда он нашел Ани, нужно немедленно ими заняться. Тем не менее они продолжали сидеть на скамейке, как обычные туристы.

Ани тяжко вздохнула.

– Мойра пытается убедить меня собрать пресс‑конференцию. Она считает, что это крутой пиар‑ход.

– Но ты не сторонник этого предложения?

– Абсолютно нет.

– Если передумаешь, немедленно дай мне знать. Подобное мероприятие требует тщательной подготовки.

– Я не передумаю.

– Ладно.

Ани хихикнула.

– Хотя мои ученики из центра были бы в восторге, если бы увидели меня онлайн.