Большой Злой Опер - Чарли Маар

— Ваш завтрак, мадмуазель, - шутливо говорит он. – Кушайте на здоровье, да не обляпайтесь.

Я лишь фыркаю. Наглец! Нет, и как ему вообще хватает смелости так себя со мной вести? Это еще что за игры такие? Я просто пухну от злости.

«Тоже мне, опер. Я, между прочим, уже говорила, что такое я не ем».

— Как-нибудь обойдусь! – заявляю я, скрестив руки на груди и сверля его взглядом, - Если ты не заметил, я девочка самостоятельная. Сама могу себе поесть взять. А то еще посчитаешь, что я тебе за это секс должна, - говорю я, явно желая его подколоть. Напомнить ему, эдакому Дон Жуану, как он, бессовестный, так нагло воспользовался девушкой в состоянии легкого алкогольного опьянения.

Давид же просто усмехается, садясь за свой стол. Нет, ну ничем его не пробить. Ну что за непрошибаемая груда мышц. Он что, танк?

— Ну ты и сучка, - констатирует он, ставя перед собой стаканчик с кофе и разворачивая второй бургер, который принес для себя, - Спасибо бы лучше сказала, чем выводить меня из себя.

— А то что?- тут же цепляюсь я за его слова, схватившись пальцами за крышку своего стола, - Снова затащишь меня в постель? – язвлю я.

Давид закатывает глаза. Во всем его виде читается: я прав, а ты нет.

«Вот же козел, нет, ну фирменный самый что ни на есть настоящий козел!»

— Да просто признайся, что ты этого и ждешь, - говорит он вдруг. Я аж воздух проглатываю, скрипнув зубами.

«Нет, ну вы это видели?! А? Каков нахал! Просто бессовестный! Ух, я тебя…»

— Вот еще. Держи карман шире! – возмущаюсь я, кладя ногу на ногу и откидываясь к спинке скрипнувшего стула. Я стараюсь держаться максимально невозмутимо, но ему каким-то удивительным образом постоянно удается меня всковырнуть. Каждый раз рядом с ним я либо раздражаюсь, либо чувствую себя максимально неловко! Как ему вообще это удается?

Он ничего мне на это не отвечает, и моя раздражительность слегка сходит на нет. Я покручиваюсь туда-сюда на стуле. Давид перестает обращать на меня внимание. А мне, вообще-то, так не нравится. Некоторое время я просто изучающе смотрю на него, надеясь найти, к чему бы прицепиться, а после снова обращаюсь к нему:

— Ну, так, долго мы еще будем штаны в кабинете просиживать? Когда поедем по тому делу с наркодельцом?

— А тебя это не касается, - хмыкает он, - Я когда сам решу, тогда и поеду.

Давид, посчитав, что разговор окончен, с аппетитом кусает свой бургер, жуя его с довольным видом. Я недовольно надуваюсь, продолжая пилить его взглядом. Но ему, как будто, вообще всё равно. Прикончив эту холестериновую бомбу и щедро запив всё кофе, он открывает свой ноутбук и возвращается к делам.

Не желая даже показывать, что мне нечем заняться, я открываю блокнот, вгрызаюсь зубами в конец карандаша, и уже через несколько мгновений начинаю сосредоточенно писать.

Проходит пара минут в тишине, когда слышно лишь щелчки клавиатуры и тихий шелест карандаша о бумагу. А потом Давид снова подает голос:

— Как увлечённо строчишь, неужто секс наш описываешь? – усмехается он, выглядывая из-за ноутбука.

— Да и вспоминать-то особо нечего, - произношу я с непробиваемым лицом, глянув на Давида уничижительно. – Хорошо, что я и так ничего не помню.

Давид бросает на меня короткий взгляд исподлобья и вскидывает вверх бровь.

— Так может быть тебе напомнить? – хмыкает он.

— Ха! Размечтался! – фыркаю я, скривив губы. – Обойдусь. Вряд ли там есть что-то такое, что мне стоит вспоминать!

Давид выпрямляется, до этого сидящий сгорбленно, наклонившись к ноутбуку.

— Ох и нарываешься же ты, коза, - произносит он медленным властным тоном, смеривая меня таким взглядом, что меня аж слегка бросает в дрожь. Всё-таки взгляд у него, словно рентген. Он будто насквозь видит. Вот же ж.

Я ничего ему не отвечаю, снова уткнувшись в свой блокнот. Да и Давид больше ничего мне не говорит. Снова ссутулившись над своим ноутбуком, он что-то сосредоточено просматривает, иногда делая себе какие-то пометки, а иногда просто подолгу пялится в экран. Вот только на меня он уже не обращает никакого внимания.

Глава 15

Лия

Давид поел, и так увлеченно занялся своей работой, что я, как ни старалась, больше не смогла привлечь к себе его внимание.

Я уже и на стуле крутилась туда-сюда, скрипя им. И карандашом строчила в блокноте так, что у меня уже самой от этого звука начало прикипать. А Давид как сидел, уткнувшись в ноутбук, так и остался сидеть. Отчетами заниматься он меня больше не просил. Он просто сидел, весь погруженный в свою работу. Мне даже стало интересно, что такое он там изучает, но подойти и спросить не позволяла гордость, а сам он, судя по всему, не особо то и собирался посвящать меня в тонкости своей работы.

Когда мне, наконец, надоедает сидеть без дела, я вспоминаю, что так и не поела. Бросив взгляд на принесённый им для меня бургер, я молча беру его и бросаю в мусорное ведро. И тут же мой взгляд, взметнувшись к Давиду, следит. Что он скажет? Как отреагирует? Ну, хоть что-нибудь?

Ноль эмоций. Человек – машина.

«Бесит…»

Я поднимаюсь из-за стола, бросаю взгляд в зеркало, висящее недалеко от двери, поправляю свои волосы и говорю ему через плечо:

— Пойду в столовую, возьму для себя что-нибудь полезное и вкусное, в отличие от того, чем питаешься ты, - говорю я. И жду от него какой-нибудь ответ. Хоть колкость какую-то. Или хотя бы смешок. Но, нет. Давид настолько погружен в работу, что просто никак на меня не реагирует.

Хмыкнув, я выхожу из кабинета с высоко поднятой головой. Дойдя до столовой, я выбираю себе свежий витаминный салатик и