Одно проклятие на двоих (СИ) - Ксения Акула

Вениамина ас Сольда в Академии Темнейших уважали, но не любили. Его приказы выполнялись безукоснительно, только вот стажеры ВСМП на собственной шкуре ощутили всю степень «хорошего» отношения к Вениамину ас Сольду местных профессоров.

Никто не узнает от меня о связи с наставником, даже Дава и Боян. У них и без того много проблем, не хватало еще переживаний за одну неудачливую стажерку. А они переживали, и каждую свободную минуту вытаскивали с собой на прогулку, рассказывая о том времени, что провели на Триедином острове, красочно описывая места, где успели побывать и делясь мечтами и планами.

Мы втроем при любой возможности пропадали в густых зарослях, окружающих синий сектор, и другие стажеры поговаривали, что ничем хорошим это не закончится. В любовном треугольнике, по их мнению, всегда кто-то остается с разбитым сердцем, а про нас шутили, что в этот раз сердце разобьют именно мне.

«Да-да, и в нашем мирке нашлись злоязычники, чего уж взять с темных магов, которым по жизни приписано творить черные дела, наводить порчу, устраивать козни друг другу и замышлять недоброе?»

Дава на эти идиотские приколы не обращал никакого внимания, а Боян и подавно. Он преданно и терпеливо дожидался, когда Алена освободится от своих бесконечных обязанностей, и они смогут сыграть свадьбу и поселиться, наконец, в Дарленде. Вениамин ас Сольд обещал им помочь с жильем.

Мы с Давидом с тоской ожидали этого момента, мысленно оттягивая его, как можно дальше, но за друга переживали. И слишком редко нам удавалось побыть наедине друг с другом, а тут еще и мои проблемы. Нет, ничего не расскажу им про приступы и про неконтролируемые эмоции, хватит и того, что Сафия с Максом знают. Если уж съедят, то ребята поделятся симптомами моей болезни с наставником. Может, тогда, Вениамин ас Сольд захочет меня выслушать, но, увы, мертвой я ему вряд ли поведаю хоть что-то.

Скрипя перьями (шариковые ручки в Академии Темнейших не в чести), мы записывали тему лекции и основные аспекты, а у меня от скуки челюсть сводило. Зачем, спрашивается, мне знать, как различить химеру мужского пола и женского? Раньше я думала, что у них вообще нет пола.

От резкого приступа головной боли перед глазами запрыгали мушки, и я надавила на виски, чтобы унять пульсацию и немного расслабиться, но не помогло. Словно по спирали, боль набирала обороты, заставляя меня буквально подвывать от неожиданного приступа мигрени.

— Что с тобой? — шепотом спросила Сафия, а я лишь прикрыла веки и упала лбом на сложенные ладони. Пусть Сивилла Аргонштальд хоть с курса меня отчисляет, но я так больше не могу.

Лекция прошла для меня, как в тумане, и все то время, что голос профессора жужжал где-то на периферии сознания, я словно находилась в другом месте, в очень странном и до боли знакомом месте, похожем на библиотеку.

Чувство дежавю не покидало меня до тех самых пор, пока я осматривалась по сторонам, но глаза притягивал артефакт, полыхающий рубиновыми гранями. Это проклятый камень призвал меня сюда для того, чтобы я помогла его хозяину, но артефакт явно ошибся с выбором, потому что прямо сейчас я собиралась создать Вениамину ас Сольду столько проблем, сколько способна создать одна предприимчивая особа в моем лице. Он не отделается извинениями за подобные фокусы, больше нет! Я терпелива, но до определенного момента, и моему терпению однозначно пришел конец!

Глава восьмая

Анкеты стажеров

Гораций

— Корделия! — позвал я девушку по имени, а она улыбнулась и счастливо рассмеялась, протягивая мне обе ладони. Прохладные пальцы скользнули по волосам, а наши взгляды встретились, и я не смог побороть волнующей дрожи, пробежавшей по позвоночнику.

Она заставляла меня забывать обо всем на свете, завладев моими мыслями и желаниями. Ее свежее дыхание касалось моего лица, и я мечтал лишь об одном — почувствовать вкус ее губ, познать тайны ее тела, окунуться в цветочный аромат ее души.

— Гор! — рявкнул кто-то у меня над ухом, и я очнулся, резко выпрямляясь и не понимая, что же только что произошло. Сладкая истома, завладевшая моим телом, никак не вязалась с гневным лицом Вениамина, нависшим надо мной.

— Ты здесь? — покрутил я головой, чтобы понять, что в очередной раз заснул в библиотеке. — Сколько времени?

— Утро, — недовольно произнес Вениамин, расхаживая перед диваном взад-вперед. — И мне требуется твоя помощь. Срочно!

Друг никогда не приходил в резиденцию просто так. И что на этот раз?

Я оценивающим взглядом пробежался по всклокоченному и измученному виду Вениамина, чей лабораторный халат покрывали пятна непонятного содержимого, а из кармана до сих пор торчала пустая колба. Из рукавов выглядывали белоснежные манжеты рубашки, которые носили на Земле, и я предположил, что после бессонной ночи другу пора отправляться на другую работу.

«Зелья!»

Вениамин, обучаясь на боевом, не особо хорошо разбирался в зельеварении, но лечебные и укрепляющие снадобья ему требовались довольно часто. Почему-то он не считал нужным использовать своих лаборантов для приготовления элементарных зелий, но пользовался моими услугами, предполагая, что подобным образом отвлекает меня от серого существования. Как же! Ему невероятно удобно так думать, а мои зелья действительно одни из лучших, недаром я колдун в энном поколении.

— Что на этот раз? — спросил я, вставая с дивана, чтобы немного размяться.

— Сильнодействующее обезболивающее, — прошипел Вениамин, буквально выстанывая гласные. Он упал на стул и приложился лбом о прохладную столешницу, массируя затылочную часть. Таким я его, пожалуй, еще не видел.

— Бурная ночка? — решил пошутить, открывая шкафчик, где хранил всякого рода склянки с необходимыми зельями. Отец часто работал в библиотеке, предпочитая ее кабинету, и сильнодействующее обезболивающее средство требовалось ему так же часто, как и Вениамину. Наряду с укрепляющими снадобьями, здесь хранились и мази от ожогов, ушибов и прочих неприятностей, способствующей бурной деятельности Вениамина, и я сунул ему в руки сразу несколько склянок.

— Ты бы снизил нагрузки, иначе рискуешь остаться седым и слабоумным к своим неполным сорока, — посоветовал я Вениамину, который вздрогнул и залпом опустошил обезболивающее зелье. По библиотеке поплыл приятный аромат лаванды, и я втянул его носом, прикрывая веки.

«Пора выбраться хотя бы в горы, иначе так и самому недалеко до сумасшествия!»

— Когда ты заменишь меня на посту руководителя ВСМП, я устрою себе