Попаданка в стране драконов - Тася Тараканова

Почти как ты

Ларри поднялся с колена, не обращая внимания на испачканную травой штанину.

— Кругляши обладают магией. Они ненавидят людей. Говорят, кругляши появились в Верховии гораздо раньше людей. Они обладают магией. Люди прогнали их, кругляшам пришлось уйти в горы и леса.

Соня испугалась. Что, как не колдовство творилось на поляне. И цветок! Зачем он гнался за ней и сыпал пыльцу?

— Где ты их видела?

— Ночью в лесу случайно. Несколько кругляшей пробежали невдалеке от меня, — ответила Соня, подходя к ручью. Рассказать о волшебном цветке? А вдруг он с ней что-то сотворил, и верховенцы сочтут её опасной. А если магия кругляшей передалась ей? Нет. Надо молчать. Ничего не видела, ничего не было.

— Кругляши тебя заметили?

— Нет. Я спала под крылом Горыныча. Они к нам… не подходили.

— Ужас, что могло случиться, — Ларри зачерпнул холодной воды из родника, плеснул себе в лицо.

Соня смотрела на бледного Ларри. Похоже, одна кошмарная мысль в его голове сменилась другой, не менее ужасной. Сколько еще он будет пугаться и пугать её? Зачем он только сказал про магию!

— А дверники — это маги?

— О-о-откуда ты знаешь это слово? — Ларри от неожиданности пошатнулся и чуть не упал в ручей. Что за день-то сегодня такой.

— Эрвин говорил.

Она уже умылась, выпила воды и двинулась обратно к избушке. Ларри шел рядом и вздыхал, как будто решая трудную задачу.

— Дверники, действительно, обладают древней магией. Никто не знает, почему она вдруг проявляется в человеке, — словно через силу выдавил он.

— Считается, что у нас нет магии. А дверники могут из одной точки попадать в совершенно другую.

Ну, точно, как я

— Это редкий дар, — продолжал Ларри, — и те, в ком он проявлялся, скрывали его. Власти преследовали людей, которых подозревали в дверничестве.

— Почему?

— Перемещения могли происходить, — Ларри тяжело вздохнул, — между мирами. Пропадали вещи, люди, семьи. И, наоборот, в Верховию из других мест дверники могли принести что-нибудь опасное. Такое, что могло погубить всех жителей.

Болезни? Оружие? Войны? Соня задумалась. Ей, действительно, следовало молчать о своём мире. Но как узнать о возвращении обратно?

— Мне показалось, Эрвин имеет к дверникам какое-то отношение.

Ларри взъерошил волосы.

— Ты права, — опять вздох, — дело в том, что деда Эрвина обвинили в дверничестве, арестовали, а потом он пропал.

— Пропал?

— Его следы затерялись.

— Грустная история. А твои родители?

— С ними всё в порядке. Мы живем вместе: отец, мать, сестра и я.

— А родители Эрвина? У него есть семья? — заинтересовалась Соня.

— Да, — как-то уныло отозвался Ларри, — у него есть мать и её новый…муж. Бабушка умерла.

— А отец?

— Я ничего не знаю об отце Эрвина, — сморщился белый китаец.

— Вообще ничего?

Соня как будто тянула из Ларри каждую фразу. С трудом преодолевая внутреннее сопротивление, он всё-таки отвечал. Соня не осознавала, какую власть получила над парнем.

— Если честно, мать ушла от мужа еще до рождения Эрвина, там довольно темная история. Авивия никогда не рассказывала о муже. Но сейчас, Соня, мы должны поговорить о тебе.

Ларри снова затянул песню о бдительности и осторожности, его беспокойство могло бы стать заразным, но сейчас Соня не в состоянии воспринимать слова белого китайца. Она тихонько зевала, посматривая в сторону домика. Предыдущую ночь трудно было бы назвать спокойной.

Ларри вздохнул, печально распрощался и ушел. Он был встревожен, и Соня, что удивительно, разделяла его страхи. Если она дверница и об этом узнают…. Не зря Эрвин так беспокоился.

Ларри, бредя по тропинке, грустно вздыхал. Соня летает на драконе, а он даже представить такое не может, никогда не рискнёт взлететь.

Глава 5. Жёсткая посадка

Мысли о доме не отпускали Соню. За несколько дней случилось столько, сколько ни произошло за всю предыдущую жизнь. Что с родными? В городе, наверное, все ее ищут. Девушка не находила себе места, думая о маме и бабушке. Картины одна другой страшнее мучили и терзали ее. Находиться в четырёх стенах было невыносимо.

Отвлечь Соню мог только Горыныч. Поэтому, когда дракон опять захотел полетать, несмотря не вчерашнюю неудачу, она тут же согласилась. Лучше уж небо, чем ужастики в голове. Тем более Соня заметила, что перестала страшиться полетов. Как на сноуборде, который она любила до самозабвения: чем больше катаешься, тем увереннее себя чувствуешь. А когда еще представится возможность полетать на драконе?

Залезать в седло сбоку — одно сплошное мучение: высоко и неудобно. Подняться по жесткому чешуйчатому крылу тоже трудно: ухватиться не за что, и скользко, как на обледенелой горке. Несколько раз испробовав этот способ, скатившись с крыла на землю, Соня нашла способ вскарабкаться Горынычу на спину. Придерживаясь за гребень, она ступила на драконий хвост и осторожно взобралась по спине зверя, который, на удивление, стоял смирно, будто бы осознавая всю серьезность момента.

В результате Соня не спеша добралась до седла, удобно устроилась и пристукнула пятками, давая понять, что готова. Почувствовав уверенность всадницы, Горыныч облегченно вздохнул и рывками пошел на взлет. И тут Соня неожиданно осознала, раскачка дракона не вызывает в ней тошноты, лететь было легко. Как же быстро она приспособилась! Мысленно вручив себе поощрительную шоколадку, Соня гордо улыбнулась. Да из нее еще о-го-го какая наездница выйдет!

В этот раз они поднялись выше обычного. Горыныч почувствовал свободу и расправил крылья, пытаясь поймать поток. Но парение ему давалось с трудом, узкие крылья плохо справлялись с задачей. Дракон раз за разом повторял свой маневр. Соня поняла и возликовала: Горыныч осознает свое неумение плавно парить и, главное, хочет учиться. Значит, он умеет чувствовать, только не может об этом сказать. Горыныч умный и способный. Им обязательно надо учиться. И ему, и ей.

Горыныч заслужил похвалу, Соня похлопала его по жесткой шее:

— Молодец, ты всё правильно делаешь. Давай вверх. Там ветер сильнее.

Дракон воодушевился. Он набрал высоту, но последующий спуск снова оказался неровным. Впрочем, Соню это не беспокоило. Она могла без эйфории подниматься и безболезненно спускаться, не боясь резких срывов вниз и вертикальной посадки. Настоящая удача для дракона с узкими крыльями и девушки из другого мира. Вместе они неожиданно составили идеальную пару.

Весь день Соня и Горыныч провели в небе. А под вечер, когда дракон устал и расслабился, произошло чудо. Крылья Горыныча понесли его свободно и непринужденно. Всадница и дракон одновременно ощутили необычайную легкость полета, как будто кто-то нежно и ласково нес их на своих руках. Небо уже темнело, и