Мой любимый тиран - Ирина Кириленко

- Как скажешь, тебе решать, - брюнет отпустил охранника и, брезгливо обойдя, направился в сторону Валентины.

Голос брюнета с самого начала показался Вале знакомым, а когда уж она услышала его полное имя, все части паззла встали на свои места.

Она недоверчиво-оценивающим взглядом пробежалась по обоим мужчинам, отчётливо теперь вспоминая и второго. Кажется, это тот самый блондин, который в Олькином ресторане жаловался, говоря что-то о школе и поминая учителей.

- Я правильно поняла, что Ваша дочь учится в нашей школе? – обратилась она к Михаилу, пока вела их обоих за собой в класс.

- Правильно. Оксана Зайцева. Девятый «А». – охотно согласился Михаил, подмигнув другу, - Видишь? Я же говорил, что мы разберёмся!..

* * *

- Итак, - едва мужчины втиснули свои огромные тела за тесные парты, приступила к главному Валя, - что заставило таких солидных господ имитировать поведение педофилов?

- Валентина Николаевна, я Вам сейчас всё объясню! – радостно откликнулся блондин, - Видите ли, произошло чистое недоразумение! Мы собирались лишь пообщаться с подружками моей дочери!

- И на какой предмет? – девушка недоумённо сдвинула брови.

- На предмет поисков Ксюшкиного жениха! – выпалил брюнет, пристально вглядываясь в Валентину.

В девушке было что-то неуловимо знакомое, но Константин Сергеевич никак не мог вспомнить, где её видел. И это начинало его раздражать. Он чувствовал, что от него ускользает что-то важное, но что именно, он понять не мог.

- Извините, я не понимаю. Какого ещё «жениха»?

- Моя дочь, Зайцева Оксана, собирается замуж, - устало поведал Михаил, - А имя жениха не называет. Мы с матерью волнуемся, понимаете?

- Честно говоря, не очень, - Валентина Николаевна задумчиво разглядывала удручённого отца, - Оксана – в девятом классе. Сколько ей? Пятнадцать?

- Месяц назад исполнилось шестнадцать, - охотно подсказал Михаил.

- Ваша дочь беременна? – аккуратно, стараясь не повергнуть в шок несчастного папашу, поинтересовалась учительница.

- Господь с Вами! – возмутился мужчина.

- Оксану мать возила к гинекологу, когда девочка отказалась отвечать на вопросы. В этом плане у неё всё в порядке! – быстро отчитался Константин, стараясь поскорее свернуть неприятную тему, - Полная и безоговорочная невинность…

- Тогда, извините, я не понимаю, какая может быть женитьба в шестнадцать лет? – с некоторым облегчением удивилась Валентина.

- Ну как же? – принялся объяснять откровенно туповатой училке Ксюшин отец, - возраст согласия и все дела… И потом, она очень серьёзно заявила! Видели бы Вы её лицо в этот момент!

- Послушайте! – девушка устало вздохнула, оглядев паникёров, - В нашей стране замуж выходят только достигнув восемнадцатилетия. В особых случаях, например, если девочка беременна, да, срок вступления в брак можно отодвинуть. Но у вас же этого нет?

- Нет! Нет! У нас этого нет! – радостно заелозил на стуле воспрявший духом папаша.

- Я же тебе говорил, сначала надо к юристам! – пытаясь завуалировать смущение, резче, чем стоило, произнёс Константин Сергеевич, - Спасибо, Валентина Николаевна! – он повернулся к девушке, - дальше мы сами.

- Сами – это снова станете приставать с расспросами к посторонним подросткам? Думаю, наши охранники будут очень рады… проявить активность в отношение вас… - Валя насмешливо посмотрела Константину прямо в глаза.

- Что Вы предлагаете? – быстро перешёл тот к делу.

- К сожалению, я не веду девятые классы, - так же спокойно и деловито продолжила Валентина, - но я могу расспросить коллег. Если ваш «жених» - один из учеников, мы скоро его вычислим. В таком возрасте влюблённость не получается скрыть. Подростки стремятся провести друг с другом каждую свободную минуту. И вы бы всё сразу заметили, стоило вам просто понаблюдать за девочкой.

- Мы наблюдали, - снова поник отец, - Ксюша всё время общается только с подружками…

- Значит, «объект» «обитает» вне стен школы, - резонно заметила Валентина, - в сложившемся коллективе сложно скрыть такие вещи. Особенно, если, как я понимаю, чувства взаимны. Она же собралась замуж? Значит, мальчик тоже, как минимум, в курсе…

- Я думаю, это в школе! – упрямо гнул свою линию Михаил, - Оксана довольно равнодушно отнеслась к запрещению выходить гулять, но, когда жена хотела оставить её дома и некоторое время не пускать в школу, пока мы всё не выясним, дочка словно взбесилась…

Валентина Николаевна окинула сочувствующим взглядом обоих мужчин, потом, словно что-то вспомнив, сильно покраснела и отвела глаза.

- О чём Вы подумали? – прогремел резкий голос Константина Сергеевича, внимательно наблюдавшего за Валентиной, - Вы о чём-то сейчас догадались? Какие-то слухи? Выкладывайте сейчас же!

Валя растерянно взглянула на Нинкиного босса. «Теперь я понимаю, почему подруга периодически впадает в панику и дрожит! Он очень эффектно умеет давить… Даже у меня, хоть я от него никак не завишу, от такого его требовательного тона прям поджилки трясутся!», - пронеслось в голове у Вали.

Девушка испуганно посмотрела на Константина:

- Видите ли, в чём дело… Я даже не знаю, как это вам сказать…

- Да говорите уже! Что Вы тянете?! – мужчина стряхнул со своего тела «прилипшие» маленький стульчик и парту и навис над смущённой училкой.

- У нас в коллективе, - робко начала та, очень осторожно подбирая слова, - с этого года… начал работать молодой педагог… преподаватель истории…

- Дальше!!! – нетерпеливо рявкнул Константин Сергеевич и хлопнул ладонью по учительскому столу Валентины. Да так неожиданно, что девушка в ужасе подскочила.

- Очень симпатичный педагог… - совсем тихим голосом и неохотно продолжила та, - Мужчина…

- Хотите сказать, что в учительском коллективе работает педофил?! – наконец проявил себя в разговоре отец.

- Ни в коем случае! – более уверенно запротестовала Валентина, - Я хочу сказать, что все девочки старших классов, буквально, сходят по нему с ума. Думаю, что Оксана не стала здесь исключением…

- Я не понял? – всё так же грозно продолжил Нинкин босс, и Валя снова испуганно сникла, - Он – не педофил, не поддерживает и не провоцирует в маленьких девочках чувства, но Ксюха, почему-то, уверена, что выходит за него замуж?! Вы же только что нам тут компетентно объясняли, что их чувства взаимны!

- Сейчас же прекратите на меня давить! – Валя, наконец, взяв себя в руки, вскочила со своего места и отошла чуть в сторону. Грозная аура Константина её деморализовывала и подавляла, - О взаимности я говорила, когда вы оба меня уверяли, что мальчик – подросток! Со взрослым учителем всё иначе!

- И в чём же иначе?! – закипел Константин, - Вы тут сейчас пытаетесь нам втереть сказку про ответственность и педагогический долг?! У вас тут рука руку моет! Сами, небось, имеете виды на этого… Казанову!