Мама для чужой дочки - Ксения Богда

Она опускает взгляд на неё и смущенно улыбается.

– У меня нет тут запасной одежды, – шепчет, а сама прикрывается от моих жадных глаз.

А я пользуюсь моментом и изучаю каждый сантиметр обалденного девчачьего тела. Моего тела.

– Пока ты будешь пялиться на меня, там все затопит, – тыкает в сторону ванной.

– Я же сказал перекрыть кран, – протискиваюсь мимо неё.

– Я попыталась, но порезала руку, – показывает ладошку.

Качаю головой. Ох уж эти девочки. И как хорошо, что у моей девочки есть я.

– Ладно, сейчас все решим.

Стягиваю пуховик, закидываю его на ближайший диванчик. Следом стаскиваю футболку.

– А, – Полина округляет глаза и смотрит на меня в немом изумлении, – ты что делаешь?

– Хочешь, чтобы я намок с тобой за компанию?

Мотает головой и краснеет. Мило так, что хочется забить на эту воду, подойти, закинуть на плечо и утащить в машину.

Встряхиваю головой.

Не место и не время для влажных фантазий.

Быстро справляюсь с поломкой. Все это время Полина не отсвечивает и не попадается на глаза.

– Ледышка, – повышаю голос, чтоб услышала, – иди сюда.

А она как будто под дверью стоит, сразу появляется в проеме.

– Есть полотенце запасное? Вытереться.

Полина скользит глазами по моей груди и сглатывает. Нервно кивает, скрываясь за дверью.

Не могу сдержать смешок. Искренняя. Невинная. Я думал, таких давно уже нет в природе, пока её не встретил.

Вытираю руки. Полина смотрит куда угодно, только не на меня.

– Держи, – протягиваю ей футболку.

Она удивленно выгибает брови.

– Зачем?

– Затем, что ты сейчас в мокром выйдешь на мороз и простынешь.

– А ты?

– А я в пуховике. Не, ты, конечно, можешь просто снять блузку и ничего не надевать, – держу губы плотно стиснутыми, чтобы не заржать при виде испуганного лица моей Ледышки, – но в мокром ты не выйдешь на мороз. Это мое слово.

Полина сжимает губы и выдергивает футболку у меня из рук. Скрывается в соседней комнате.

А мне приходится натянуть пуховик на голое тело. Неприятно, но здоровье Полинки для меня важнее, чем свой комфорт.

И вот до момента, пока я не увидел свою шмотку на Полинке, я не понимал, какого черта мужиков заводит вид женщины в их одежде.

Спасибо, понял.

– Тебе идет, – киваю на застывшую Полину.

Она неуверенно улыбается, окончательно отключая мои мозги от кровообращения.

Глава 12

Полина

– Выйди! – указываю Олегу на дверь. – Какого черта ты вообще вламываешься ко мне без стука?

Олег наклоняет голову и продолжает смотреть на свою футболку.

Да, черт! Это та самая футболка, которую он мне отдал после потопа в саду. И не скажешь, что это другая, потому что принт очень редкий и персональный. Как Олег потом сам рассказывал, они с Димоном специально такие футболки заказали. Отличительная черта.

Надпись: «Не лезь на рожон, будешь целее!» И кулак.

А у меня в свое время не поднялась рука просто выкинуть. Ниточка с прошлым, которую я так и не смогла разорвать.

– Это моя, Ледышка? – продолжает напирать.

Делает шаг ко мне, лишая вдоха.

– Да, твоя, – складываю руки на груди и смело встречаю его пронзительный взгляд, – дальше что?

Ухмыляется. И от ухмылки в глазах появляются вспышки.

– Да нет, – пожимает плечами, – ничего, Ледышка. Может, как раз вернешь? А то в этом свитере не очень комфортно.

Хмыкаю.

– А ты из тех бывших, которые забирают все после расставания?

Олег выгибает бровь. Конечно же, он не из таких, но кто мне запретит его побесить?

– Да я тебе могу хоть все свои футболки потом подарить. Если для тебя они так важны.

Вот гад! Скулы сводит от натянутой улыбки, но я упорно не перестаю улыбаться, глядя в его наглое и довольное лицо.

– Неси, мне для половых тряпок понадобится. Сэкономлю.

Олег запрокидывает голову и начинает громко хохотать.

– Ёжик какой, Поль. Отлично, я понял. Потерпим.

Удивленно хлопаю глазами. Ну вообще я имела в виду, что он может идти.

Сглатываю и сжимаю зубы, чтобы не отправить его домой. В конце концов, мы так и не поговорили о Лизе.

– Ты выйдешь? – стараюсь, чтобы мое требование звучало жестко. – Там Лиза одна.

Хотя какое дело Олегу до Лизы. Он не раз уже показывал, что ему все равно на малышку.

Но он больше не возражает. Выходит.

Быстро переодеваюсь и возвращаюсь на кухню. Брови подпрыгивают, когда вижу, что Олег вытирает руку Лизе.

– Что случилось? – подскакиваю к ним.

– Да ничего страшного, Ледышка, просто Лиза решила проверить чистоту тарелки на столе. Хорошо, на себя не опрокинула, я вовремя появился.

И так спокойно говорит, будто он каждый день с маленькими детьми дело имеет.

– Спасибо, – выдавливаю из себя и беру из руки Олега испачканную салфетку.

Он вопросительно выгибает бровь.

– За то, что уберег от травмы Лизу.

Достаю крошку из коляски и усаживаю на любимый коврик. Лизка тут же тянется за книжкой, полностью теряя интерес к нам.

– Да не за что, Ледышка, – он не сводит с меня взгляда.

И это немного выводит из равновесия. Хочется поправить волосы, проверить, все ли нормально с моим внешним видом. Хотя я пытаюсь себя убедить, что Олег в прошлом. Нужно как-то спокойнее относиться к его близости.

– Поль…

– Олег…

Одновременно, перебивая друг друга. И я уже знаю, что Олег даст мне возможность сказать первой. Проверено, и не раз.

Он всегда уступал.

– Говори, – усмешка на его губах заставляет на мгновение растеряться и постараться собрать мысли в кучу.

– Я хотела тебя попросить помочь мне с Лизой.

Хорошее настроение Олега тут же меняется.

– Полин, я же говорил, я с детьми не очень.

Поднимаю руку, прерывая его реплику. Бывший недовольно хмурится, но не пытается продолжать.

– Мне нужно, чтобы ты со мной сходил в опеку и мы оформили временную опеку над ребенком.

– Чего?

Голос Олега выражает весь спектр его эмоций. Недовольство, возмущение, недоумение.

Переплетаю пальцы и стискиваю их.

– Я поговорила с подругой. Она когда-то работала в органах опеки, и она сказала, что с твоей доверенностью ты можешь дать разрешение на временную опеку.

– И опека вот так просто согласится? Не будет ничего выяснять?

Пожимаю плечами.

– Думаю, им будет достаточно документов на ребенка, которые у нас есть. Тем более там они все. И свидетельство, и доверенность, и даже медицинская карточка.

Олег грубо смеется.

– Ни фига, все прям продумала некая Татьяна.

Он злится. Потирает