Дважды в одну реку - Александра Васильевна Миронова

На кровати сидела женщина и смотрела в громко работающий телевизор. На голове платок, одета в теплую кофту и вязаные гамаши. На двух мужчин, вошедших в комнату, она отреагировала лишь вопросом:

– Кто там, сыночек?

– Гости незваные, – ответил сын, толкая Сергея на один из обеденных стульев, который он поставил посреди комнаты и предупредил: – Даже не рыпайся, я все равно быстрее и сильнее.

Внезапно Сергею стало обидно. Словно маленькая девочка, он нашел аргумент, чтобы уколоть соперника: мол, конечно, чем тому еще на зоне было заниматься, кроме как оттачивать физическую форму. Но озвучивать не стал, благоразумно решил промолчать.

– Давай на стол соберу. – Женщина спохватилась и встала было с кровати, как сын ее остановил.

– Не надо, мама, не те гости, – усмехнулся он.

– Я пойду, сыночек, чтобы не мешать, – засуетилась женщина и повернулась к Сергею.

Спустя секундную задержку тот осознал, что женщина слепа. Она не видит его. Что же, с версией о любящих и работящих бабушке с дедушкой тоже можно распрощаться. Что за день такой дурацкий?

– Ты не мешаешь, мама, но лучше иди, отдохни, – в голосе Андрея неожиданно прозвучало столько нежности и любви, что Сергей даже удивился. Он никогда так с матерью не разговаривал. Впрочем, та, главный бухгалтер крупного завода, носящая свой главбуховский апломб даже дома, к нежности особо не располагала.

Женщина неожиданно проворно поднялась с кровати и засеменила к небольшой двери в углу комнаты, которую Сергей вначале и не заметил. За ней скрывалась небольшая спальня. Женщина аккуратно закрыла за собой дверь, и в доме воцарилась тишина.

Андрей перевел взгляд на Сергея, сделал несколько шагов по направлению к нему и, понизив голос, предложил:

– Рассказывай.

– Что рассказывать? – огрызнулся Сергей. – Я приехал поговорить о вашей дочери Алисе.

– Какой дочери? – равнодушно поинтересовался Андрей, скрестив руки на груди, словно удерживаясь от удара по слащавой физиономии. – Надо же, ворье нынче пошло с фантазией. Нет чтобы честно признаться, что хотел украсть, сказки мне тут рассказываешь.

– Какие еще сказки? – снова огрызнулся Сергей.

– Венского леса. Нет у меня никакой дочери.

– А вот и есть! – с жаром возразил Сергей. – Ее Милена родила.

Он не понял, как опять оказался на полу. Лишь почувствовал, что лицо снова обожгло. Кажется, этот ненормальный его ударил.

Сергей автоматически закрыл глаза при падении, а когда открыл их, то увидел в опасной близости пару злобных зеленых глаз, пристально вглядывавшихся в него.

– Откуда ты знаешь про Милену?

– Ее мать мне сказала.

– Что именно она тебе сказала? – уточнил Андрей после небольшой паузы, поднимая Сергея и снова толкая его на стул.

– Сказала, что вы отец Алисы. – Сергей тряхнул головой, пытаясь отогнать капли то ли пота, то ли крови от глаз.

– Алисы? – усмехнулся Андрей. – Кто такая Алиса?

– Ваша дочь, сказал же! – неожиданно рассердился Сергей, дивясь такой бестолковости.

– Нет у меня никакой дочери, – процедил сквозь зубы Андрей. – Милена сгорела от рака.

– От какого рака? – фыркнул Сергей, неожиданно обретая уверенность и чувствуя почву под ногами. В голосе Андрея ему почудилась трещина сомнения. Он решил не упускать шанс.

– Если вы не будете меня бить и хотя бы пять минут сможете вести себя как цивилизованный человек, я покажу вам документы и все объясню.

После короткой паузы Андрей кивнул. Сергей провел рукой по лицу, с грустью оглядел окровавленную ладонь – кажется, этот идиот разбил ему лоб, тот нестерпимо болел. Он стряхнул листья и мелкие колючие веточки, зацепившиеся за одежду во время падения в малинник. Краем глаза следил за Андреем, раздумывавшим над его словами.

– Все? Навел красоту? У тебя пять минут. – Тот взглянул на часы. Время было слишком ценно, чтобы тратить его непонятно на кого.

– Чем это вы так заняты? – не выдержав, огрызнулся Сергей, доставая из кармана телефон. Он надеялся, что этот придурок его не сломал, пока валял его по земле.

– Четыре с половиной.

Сергей ускорился. Разблокировав телефон, принялся лихорадочно копаться в папке с фотографиями в поисках нужных – Алисы и ее свидетельства о рождении. Но память оказалась забита последними фото Снежаны, которые та, казалось, отправляла ему каждые две минуты. Андрей стоял рядом и от его внимания не ускользнули снимки голой женщины.

– Жена?

– Не ваше дело, – снова огрызнулся Сергей.

– Значит, не жена, – усмехнулся Андрей. – Три с половиной.

– Да прекратите вы на нервы действовать! Вот, смотрите, это Алиса. Мы ее удочерили два года назад.

Наконец-то он добрался до фотографий девчонки, сделанных на первое сентября. Кликнул на первое попавшееся – портрет Алисы и Регины – и сунул под нос Андрею. Тот взял телефон и уставился на экран, позабыв о времени.

Девочка была его копией, но в то же время чем-то неуловимо напоминала мать. Рыжие волосы, ярко-зеленые глаза, та же россыпь веснушек, которые украшали его физиономию в детстве. Но взгляд Милены. И ее улыбка.

Но это было невозможно. Просто невозможно. О том, что Милена умерла, он знал. Мать сказала. Но ему она это объяснила болезнью девушки. Якобы та серьезно заболела после того, как его посадили. Мария отвезла ее в санаторий куда-то на море, а потом вернулась одна. Объяснив, что дочь ее сгорела. Он поверил. Про дочь Мария никогда не упоминала.

Андрей сел на стул и как завороженный смотрел на фото девочки и красивой женщины рядом с ней.

– Ну что? – заволновался Сергей спустя десять минут. – Теперь вы мне верите?

Мужчина сидел неподвижно и смотрел на экран телефона, который время от времени вибрировал и разражался очередной соблазнительной фотографией Снежаны. Казалось, что он совершает путешествие не только в пространстве, но и во времени, что он настолько глубоко погружен в мысли, что перенесся в другое измерение.

– Скажу, что у тебя жена красивая. И что мне нужен тест ДНК, – в итоге проронил Андрей.

– Зачем? – заволновался Сергей.

– Хочу быть уверенным, что это моя дочь, – немного помолчав, добавил: – Не могли они мне ничего не сказать. Миленка бы написала. Или мать бы ее сказала.

– Слушай, ты что, тупой? – не выдержал Сергей, переходя на «ты». – Неужели сам не понимаешь?

– Не понимаю, – неожиданно миролюбиво согласился Андрей и разом обмяк, растеряв воинственность. С неохотой вернул Сергею телефон.

– Я не знаю, за что тебя посадили, – фыркнул Сергей, – но если ты с ней, с Миленой в смысле, ну это, до совершеннолетия, то тебе могли бы еще и растление несовершеннолетних припаять, если бы начали болтать, кто отец ребенка.

– У нас в стране возраст согласия шестнадцать лет, – буркнул Андрей.

– Ну я ж не знаю, сколько